проговорил он добродушно. — Насколько я знаю, когда он отправлялся в столицу, женитьба в его планы не входила. Я даже письму его не сразу поверил, но теперь встретил вас и понял, в чём дело.
— В самом деле? — Улыбка чуть не сползла с лица Виктории, когда она уловила скрытый намёк. — Что ж, полагаю, удивление в таких обстоятельствах вполне оправдано. Вы не желаете выпить чая, мистер Диксон?
— С большим удовольствием, ваша светлость.
Мистер Мартин Диксон развернул коня, и они не спеша побрели к конюшням.
Беседа не клеилась. Виктория пыталась развлечь собеседника разговором о необычайно тёплой для октября погоде, но тот неожиданно сделался очень задумчивым и лишь коротко соглашался с её репликами.
— Вы гуляете в парке в сопровождении одной горничной, ваша светлость? — неожиданно спросил её мистер Диксон.
— Да…
— На мой взгляд, это весьма неосмотрительно, — заметил он. Его добродушные глаза вдруг сделались цепкими и строгими. — Раз уж герцог попросил меня позаботиться о… Ривенхол-парке и его обитателях, я могу составлять вам компанию на прогулках.
Это предложение не вызвало у Виктории особого восторга.
— И, кстати говоря, привратник почему-то отсутствовал на въезде в поместье, — продолжал мистер Диксон. — Сюда мог приехать вообще кто угодно. Как вы поняли, что я — именно тот человек, которого направил к вам муж?
— О, это было очень просто. Дело в том, что герцог подробно описал мне вас, мистер Диксон, — сказала Виктория со всей светской невозмутимостью, на какую была способна, — он упоминал, что вы очень высокого роста и крепкого сложения…
Мистер Диксон склонил голову набок и посмотрел на неё с весёлым недоверием.
— Именно так и сказал?
— Да.
— Ни за что не поверю в это, — усмехнулся он. — Не нужно щадить мои чувства, герцогиня, вы можете быть со мной предельно откровенны. Мы с Ривенхолом дружим с семнадцати лет. Неужели вы думаете, что мне неизвестна его манера изъясняться с изяществом сапожника?
Настойчивость мистера Диксона порядком смутила Викторию. Если бы она заранее знала, что он возьмётся выспрашивать у неё подробности разговора с Ривенхолом, то не стала бы упоминать о нём вовсе. Но теперь, похоже, было проще выложить правду.
— Он… мой муж сказал, что вы похожи… — Виктория буквально заставила себя произнести остаток фразы: — на медведя, которого одели в сюртук.
Мистер Диксон разразился громким и совсем не джентльменским смехом.
— Вот это уже больше похоже на него. А знаете, что он написал мне про вас? — Виктория покачала головой. Она даже не была уверена, что хотела знать это, однако мистер Диксон не оставил ей шанса: — Дословно, он написал, что если я увижу богиню со взглядом строгой гувернантки, это и будет его герцогиня.
Салли позади тихо и возмущённо охнула, и Виктория полностью разделяла её чувства. А ведь герцог Ривенхол утверждал, что может поручиться за характер и манеры своего друга. Но, видимо, этим рекомендациям не стоило доверять слепо. В конце концов, сам Ривенхол в вопросе манер недалеко ушёл от мистера Мартина Диксона.
Тем временем они повернули к дорожке, что вела прямиком к конюшням, и внимание Виктории неожиданно привлекло странное движение у распахнутых ворот.
Там стояли двое мужчин. Виктория ещё не успела запомнить всех слуг Ривенхол-парка, однако эти люди определённо не были похожи ни на конюхов, ни на кучеров. Оба в пыльной и поношенной одежде, один — приземистый, коренастый, с багровым обветренным лицом, второй, повыше, — с нервными и дёргаными движениями.
Викторию так насторожили эти двое, что она не сразу заметила стоящего чуть позади Грэгори. Он был бледен и явно взволнован и что-то быстро говорил тому типу с красной физиономией.
— Какого дьявола… — пробормотал мистер Диксон. Он поднял свою внушительную ручищу, давая знак Виктории и Салли не идти дальше, а сам двинулся вперёд. — Эй! Господа, — крикнул он, — позвольте узнать причину вашего визита?
Все трое у конюшни разом обернулись на голос. Грэгори тут же попятился и юркнул за угол, а его собеседники начали торопливо седлать лошадей. Не прошло и минуты, как всадники галопом понеслись прочь, оставив после себя облако пыли.
Только когда стук копыт окончательно стих, Виктория нашла в себе силы приблизиться к застывшему в напряжённой позе Мартину Диксону.
— Мистер Диксон, — обратилась она к нему негромко. — Вы знаете этих людей?
— О да, — мрачно кивнул он. — Это помощники Натаниэля Пиготта, ростовщика из Саутлока.
У Виктории вырвался изумлённый вздох. Помощники ростовщика? Что забыли такие люди в Ривенхол-парке?
— Пиготт отвратительный делец, — услышала она словно издалека, — даёт деньги тем, кому больше никто не даст. Под такие проценты, что должники потом не вылезают из долговой ямы. А помощники его — форменные душегубы.
В груди у Виктории похолодело. И эти люди приезжали к Грэгори? Неужели… он должен им денег?
А те травмы, что он пытался объяснить несчастным случаем с перевернувшейся коляской… Неужели он получил их в стычке с помощниками ростовщика?
Виктория сцепила онемевшие от страха руки в замок.
— Нужно поставить в известность герцога Ривенхола, — сказал мистер Диксон, поворачиваясь к ней лицом, — как можно скорее.
Да, Виктория уже тоже вовсю соображала, как сообщить об этом герцогу. Письмом? Или отправить кого-нибудь из доверенных лиц прямиком в Маусхол? Если бы ещё Виктория знала, кому можно доверить такую информацию…
И что делать с Грэгори, пока послание будет в пути? Он убежал так стремительно, что Виктория теперь сомневалась, сможет ли вообще его найти.
— И, герцогиня, — снова окликнул её мистер Диксон, — не гуляйте по парку без мужского сопровождения.
45
Вдовствующая герцогиня сидела в столовой.
Увидев её неестественно прямой, тёмный силуэт за столом, Виктория замерла на пороге и даже не сумела поприветствовать её. Что, разумеется, было верхом грубости.
— Доброе утро, ваша светлость, — поспешила исправиться она.
Женщина подняла глаза и улыбнулась тихой страдальческой улыбкой. Выглядела она ещё более нездорóво, чем раньше. Бледная, с тёмными кругами под глазами и тусклым взглядом.
— Доброе утро, Виктория, — произнесла она слабым голосом. — Я... надеюсь, я вам не помешала?
— Нисколько, — откликнулась Виктория и заставила себя пройти к столу. — Как ваше самочувствие?
Герцогиня благодарно улыбнулась уголками губ. Было видно, что даже это простое действие даётся ей с трудом.
— Немного лучше.
Несколько
