я устала, не выспалась, толком не поела и плохо соображаю. Если ты хочешь знать моё мнение, то вот оно: думаю, Дамир им нужен гораздо больше, чем я, а я нужна Дамиру, так что нам не станут особо мешать.
— Это ещё бабушка надвое сказала, — Мужчина снисходительно улыбнулся.
— Посмотрим.
Битва взглядов продолжалась недолго, но последний удар нанёс Дитер.
— Вполне возможно, ты достанешься более нужному и достойному, Рика. — Мужчина встал, отнёс грязную посуду на стойку и уже на выходе обернулся: — Мне, например.
Я покрылась гусиной кожей от ужаса, но заставила себя доесть завтрак, отнести грязную посуду к утилизатору и твёрдым шагом вернуться в каюту. Никто не должен знать, что мне сейчас ужасно не по себе. Если Дитер не солгал насчёт уникальных способностей, возможно, перевес действительно на его стороне. Кто знает, что там на уме у наших электронных или вполне живых себе «свах», быть может, они нарочно выдают нам противоречивую информацию, смотрят на реакцию и корректируют планы. В любом случае это предпочтительнее, чем ситуация, когда пары умных детишек расписаны задолго до знакомства. Если система продвинулась до такой степени, это, мягко говоря, пугает.
Интуиция тихонько звякнула в колокольчик, намекая, что именно так всё и происходит, но предположение было слишком невероятным и показалось нелогичным. Я предпочитала думать, что от меня многое зависит, а если это вдруг не так, придётся поднатужиться и изменить систему. Или обхитрить её.
Внимание Совета — это ведь не только большие проблемы, но и большие возможности. Если действовать с умом: не торопиться, функционировать в рамках системы, прощупывая её границы, разбираясь в хитросплетениях, рано или поздно я получу нужные рычаги управления. А я получу.
А пока Дитер может праздновать победу. Временную. Я даже подыграю и приму испуганный вид, чтобы он наслаждался как можно дольше и как можно меньше докучал мне, мешая выигрывать войну. Долгосрочную, непростую, но безумно интересную.
Не позволила себе улыбнуться или испытать яркие чувства, привлекая внимание камер и окружающих. Накрепко заблокировала мысли и спрятала эмоции под самый современный электронный замок — мозг. Я не Дитер. Я не собираюсь раскрывать карты до финала.
Глава 22. Герои среди нас
Дамир
Маруся лишила меня кофе по рекомендации главврача академии. Я пил чёрный чай, бесился, вскрывал системы вредной кофемашины, вступившей в заговор с медиками, и одним глазом присматривал за приёмной и кабинетом шефа, который должен был с минуты на минуту вернуться с совета.
Причина внеплановой встречи Совета Тринадцати была строго засекречена, но у меня были сведения, что одна из древних рас вышла на контакт. Опасная, куда более развитая, чем все нам известные, и… непонятная.
Информации было преступно мало. Я надеялся, господа адмиралы Традо и Монро по давней привычке засядут в уютных креслах и всё мне расскажут, потому сидел в засаде у компьютера, забаррикадировавшись от внешнего мира.
Я заканчивал создавать виртуальный клон Маруськи и переносить на неё запрет медслужбы на кофе, когда заметил, что адмирал Традониадаль влетел в приёмную, в два шага её проскочил и исчез в кабинете. Притом даже не поздоровался с Анжелой! Та, бедная, сидела и глазами хлопала.
Спустя некоторое время она всё–таки заглянула в кабинет шефа с осторожным вопросом, не подать ли ему кофе, но ей велели зайти и прикрыть за собой дверь.
Я оторвался от дел и переключился на экран, активировав наушник, чтобы Маруська не подслушивала.
— Значит так, девочка, — обратился к Анжеле шеф, — тебя у меня забирают. Проект с Крауфом видоизменили, но твоя роль остаётся в изначальном виде. Понимаю, что стать женой такого человека — это хороший шанс, но если что пойдёт не так, а это не исключено, ты всегда можешь вернуться ко мне. Мы сработались, ты меня устраиваешь и, надеюсь, я тебя тоже.
Анжела кивнула, подтверждая предположения начальства.
Адмирал сидел в кресле, задумчиво переворачивая раритетные песочные часы и, казалось, совершенно забыл о присутствии девушки. Энжи смотрела, как фиолетовые кристаллики соли перетекают из одной чаши в другую и, кажется, потихоньку уплывала в некое подобие транса, потому что сильно вздрогнула, когда шеф вновь обратился к ней.
Впрочем, я тоже дёрнулся. Не люблю, когда про меня говорят.
— Ты хорошо знаешь Дамира? — спросил шеф.
— Н-нормально.
— Вот и хорошо. Я вынужден улететь, пока не знаю, надолго ли. Связь будешь держать с ним, он тебя проконсультирует и, если возникнет необходимость, поступишь под его чуткое руководство. Не знаю, чем он тебя займёт, да и не важно это. В общем, дождёшься меня, если с Генрихом не срастётся. Если я не вернусь… Нет, неправильная постановка. Когда я вернусь, решим по тебе вопрос. Поняла?
— Да.
— В твоих интересах зацепить этого хмыря. В моих, конечно, тоже, но лично тебе это важнее в разы. Вас прогнали по базе, вы на самом деле отлично подходите, так что чисто теоретически всё пройдет без особых проблем. Генрих непрост, у него сильные ментальные способности, так что не проколись. Искренность — вот твоё главное оружие.
— Сделаю всё, что в моих силах, шеф.
— Хорошо. С завтрашнего дня тебя возьму в оборот наши специалисты, так что сегодня я тебя отпускаю и рекомендую заняться неотложными личными делами. Кофе мне не нужен, я и так в тонусе. Всё, девочка, беги. Вечером с тобой свяжется куратор проекта. Удачи.
— Спасибо, шеф. И вам удачи. Вернитесь к нам, пожалуйста, целым и невредимым, — искренне попросила Анжела и я, признаться, про себя последнюю фразу.
— Обязательно! — пообещал с улыбкой адмирал. Только вот его жёлтые глаза были жестокими и холодными, он не верил, что вернётся. И, похоже, у него для этого были все основания.
Секретарь вышла и шеф грузно осел в кресле, откинув голову на подголовник и запустив пальцы в волосы. Выстраивает список дел, которыми нужно заняться до отлёта.
Я не ошибся. Спустя несколько минут шеф начал диктовать
