Арым и Раад хмуро слушали.
Я жалась за спинами орков, потому что Дисир бросал на меня злобные взгляды, мол, только проговорись кому о том, что сейчас видишь. Да я и не собиралась. Вот ещё. Лок Дисир в качестве мстительного врага…
Только вот оркам, похоже, на всё его положение и злопамятность было наплевать. И что-то мне подсказывало: дело такого пренебрежения не только в том, что орки скоро уедут. Словно они и правда знали, как любому дать отпор.
Всё закончилось тем, что Раад заявил о трате времени и спросил, где купить коней.
Я заметила, как глаза трактирщика торжествующе сверкнули.
Мне стало всё ясно: похоже, кони у орков были слишком хороши. Вот и положил Дисир на них глаз. Подстроил пожар и украл. Не первый раз про такое слышу. Только вот доказательств не найти.
Похоже, заметила не только я. Варих и Арым шагнули к вмиг побледневшему Дисиру.
— Господа орки, я возмещу, всё-всё возмещу! — торопливо зачастил он.
Ого… вот это да… Никогда и никому ничего не возмещал, наоборот, вызывал охрану, чтобы те выгоняли слишком наглых постояльцев.
Но сейчас наоборот, охрана боязливо жалась за сгоревшей конюшней. И сам Дисир явно не собирался их подзывать.
— Возмещай, — кивнул Раад.
Дисир глянул на него и ещё сильнее побледнел, вытер испарину со лба и рванул в дом. Орки молча ждали.
— И часто у него конюшня горит? — спросил вдруг Арым, поворачиваясь ко мне.
Я вздохнула.
— За последние три года раз десятый, — боязливо оглядываясь, чтобы никто не услышал, прошептала я.
— То-то строеньице такое хлипкое было, — оскалился Варих. — Может, мы его?..
— Мы вчера уже, — нахмурился Раад. — Пусть расплатится, и двинемся дальше. Если всех будем учить, из города не выйдем. Варих, за вещами нашими в номер сходи. Проверь там все.
Тот молча кивнул и ушел. Вернулся быстро с несколькими перемётными сумками и парой кожаных мешков на широких плечах.
Орк нес их словно и не замечал тяжести, а я только мысленно прикидывала, смог бы наш местный кузнец, дядька Давыль, поднять все это разом или нет.
Выходило, что вряд ли смог бы. А вот Варих даже не морщился. Подошел скинул поклажу и подмигнул мне. Только в этот момент я поняла, что стояла разинув рот на него, как глупая курица.
Ой, стыдобища! Вот дуреха!
А Дисир и правда расплатился. Тощим потертым кошелём. Варих глянул в кошель, тяжело глянул на Дисира и оскалил враз показавшиеся клыки. Тот разом вспотел и дал ещё один кошель, потолще. Увидев приподнятую бровь Вариха, затрясся и развёл руками.
— Все вытрясла стража. По миру скоро пойду. В убыток себе ведь работаю, — заскулил он.
— Где лошадей здесь купить? — хмуро спросил Арым.
— На торговой площади, — торопливо произнёс Дисир. — Там крепкие скакуны. Вот по той дороге идите, не сворачивая, и в площадь упрётесь.
Орки молча направились в указанном направлении. И я между ними. Как-то так получилось. Пристроилась и вроде успевала за ними. Или они так перестроились, чтоб мне удобнее… Но это глупость, конечно.
А потом до меня дошло: они собираются покупать лошадь на торговой площади… Нет, это никуда не годится.
Я дёрнула Вариха за рукав. Он не повернулся, тогда я дернула второй раз уже сильнее.
— Не надо там лошадей покупать, — решительно сказала я в ответ на его вопросительно-снисходительный взгляд. — Я вам покажу место намного лучше.
7. Спор
Слушать меня стали не сразу. Мне пришлось объяснять, что мой отец — конюх, и я за лошадьми с мелких лет хожу, а на торговую площадь только обычных лошадей отдают, для простых приезжих как раз.
Только вот лучшие скакуны у дядьки Гисла в постоялом дворе. Он их разводит для благородных, да для королевских гонцов. Ещё и не всякому продаст. Но я попрошу.
Раад слушал хмуро, Арым заинтересованно. Варих, покосившись на лидера, забросал меня десятком вопросов. Когда можно поить горячего коня, как затянуть подпругу, если он вредничает и «надувается», и зачем хватать лошадь за ухо.
Я уверенно отвечала, что коня называют горячим, если он долго-долго скакал, и теперь в испарине, а значит поить его можно только через час, иначе копыта на следующий день опухнут. Что вредного коня надо провести чуть-чуть, и тогда он отвлечётся и можно быстро подпругу затягивать.
Правда, отец так не делал никогда. Он просто коленом в живот бил и тянул сразу. И мне каждый раз больно было от этого. Словно он меня в живот…
Я ведь старалась по-хорошему, лаской. Ни один, даже самый норовистый жеребец по кличке Зверь, ни разу не укусил и не ударил меня за все время. А вот на отца, да…
Ну, а ухо позволит тронуть только тот конь, который доверяет всаднику, просто надо себя уверенно вести. Лошади они вообще уверенных любят.
— Цветочки тоже любят уверенных? — вдруг спросил Варих и шагнул ко мне поближе, поигрывая бровями.
Это выглядело так забавно в сочетании с его ехидной ухмылкой, что я хихикнула, прикрывая ладонью рот.
— Я не лошадь, — не в силах сдержать улыбку, заявила я.
— Однозначно, — окидывая меня медленным взглядом с ног до головы, заявил Варих, — но если бы была молодой кобылкой, то была бы самой…
— Идем смотреть твоё лучшее место, — перебил Раад, глянув на Вариха так, что тот тут же осёкся.
Впрочем, этот насмешник тут же подмигнул мне и спросил:
— Так где эти волшебные кони твоего дядьки Гисла? Куда нам направляться?
— Он не мой дядька, — смутилась я. — Вот туда.
Дядька Гисл оказался на месте.
Признаться, я опасалась, что он может быть в городе, на закупках. Но нет, повезло.
Гисл, этот невысокий седовласый мужчина с натруженными и жилистыми руками хмуро глянул на меня, на орков. В ответ на мой вопрос мотнул отрицательно головой и направился в дом.
— Дядь, ты не торопись, — в удаляющуюся спину произнёс Варих вкрадчиво. — Мы серебром заплатим. Правильным серебром.
Гисл остановился. Оглянулся.
— За хороших коней правильным серебром заплатим, — в большом кулаке Вариха сверкнула голубизной и тут же скрылась монета. — Но меня сомнения берут, что хороши кони. Мы к северным привыкли, а к южным доверия нет.
Гисл аж побагровел.
— Да эти ваши северные! —
