развернула перед ним книгу учёта и показала самые жирные строчки.
— Видите? Пятьсот тысяч золотых на магические формуляры. И это только за год! За эти деньги можно нанять целую бригаду поваров и кормить всё королевство на протяжении десяти лет! Вы понимаете, что это значит?
Родион растерянно смотрел на цифры.
— Что деньги уходят в никуда, — сказал он тихо.
— Не в никуда, а в чей-то карман, — поправила Карина. — Степан заказывает формуляры, Захар получает. А где гарантия, что они вообще существуют?
Родион поднял на неё глаза.
— Вы обвиняете управляющего в воровстве?
— Я не обвиняю, а показываю цифры. Выводы делайте сами, пожалуйста!
Родион закрыл книгу.
— Вы знаете, что если это правда, мать вас не похвалит?
— Догадываюсь, но промолчать не могу! Из-за какого-то воришки страдают люди, вы только посмотрите, что творится с вашими подданными!
Родион помолчал. Карина видела, как он борется сам с собой — его взгляд менялся, как у человека, перед которым стоит непростой выбор.
— Что вам нужно? — спросил он наконец.
— Доступ ко всем счетам за последние три года, — выпалила она. — И разрешение проверить склад формуляров.
— Хорошо, — сказал Родион после долгой паузы. — Я пойду вам навстречу. Но у вас будет ровно один день, чтобы ознакомиться со всеми счетами. И если ваши предположения не подтвердятся… — он помолчал. — Королеве это, мягко говоря, не понравится. И боюсь, она уже не будет к вам столь благосклонна.
Выходя из библиотеки, Карина обернулась.
— Лорд Родион, — сказала она. — У меня есть ещё одна просьба.
— Какая?
— Мой кот Тихон. Он остался дома один. Если я не вернусь домой, он погибнет… И у меня нет ни одной идеи, как это сделать. Быть может, при дворе есть какой-нибудь маг или волшебник, который…
— Вы просите меня достать вашего кота? — Родион приподнял бровь.
— Я прошу вас поговорить с вашей матерью. Может, она сможет что-нибудь придумать, чтобы Тихон оказался здесь. Я была бы вам очень благодарна.
— Вы первая, кто просит у меня не свободу, а кота, — усмехнулся Родион.
— Я просто его очень люблю.
Родион посмотрел на неё долгим взглядом.
— Я поговорю с матушкой.
— Спасибо, — сказала Карина и вышла.
За дверью она прислонилась спиной к холодной каменной стене и закрыла глаза.
Глава 5
Суд, кот и дегустатор
Карине приснилось, что она — кот. Она лежит на подоконнике в Челябинске, греет пузо на мартовском солнце, которое пробивается сквозь грязное стекло, и лениво следит, как за окном спешат по своим делам прохожие. Где-то рядом хлопает дверь холодильника, и она (ну, то есть кот) подумала: «Хозяйка вернулась». Потом проснулась в кладовке, поняла, что она не кот, а бухгалтер в чужом мире, и что холодильник ей только снился.
— Ненавижу этот замок, — сказала Карина вслух и села на ящик.
Она посмотрела на дверь, потом на свои новые туфли, потом снова на дверь. Оставалось всего четыре дня, чтобы доказать драконице, что она не шпионка, и попытаться вернуться домой.
— Значит, план такой, — сказала она себе. — Сходить на склад, проверить отчётность, постараться не погибнуть. Звучит не так уж и сложно.
Она встала, одёрнула новое платье и вышла из кладовки.
Варфоломей ждал её у дверей кухни. Стоял, сложив руки на груди, и смотрел исподлобья.
— Вы готовы? — спросил он.
— А вы?
— Я боюсь, — сказал Варфоломей честно. — Если королева узнает, что я вам помогаю…
— Не узнает. Идёмте.
Склад формуляров находился в подвале, дальше, чем Карина ожидала. Им пришлось пройти три лестницы и два коридора, прежде чем они оказались на месте. От хранилища их отделяла только запертая дверь, которую Варфоломей открыл своим ключом.
— Вот, — сказал он.
Карина зашла и остановилась.
Помещение было огромным. Высокие стеллажи уходили в темноту, но на полках — пусто. Она насчитала тридцать ячеек по описи, и только пять из них были заполнены. В остальных — пыль, паутина и старый хлам.
— А где другие формуляры? — спросила Карина, хотя ответ уже знала.
— Не знаю, — сказал Варфоломей. — По документам они должны быть здесь, а по факту…
— По факту их, видимо, съели, — закончила Карина.
Она подошла к первому ящику, открыла. Пусто. Ко второму. Пусто. К третьему. Паутина и дохлая муха.
— Посветить бы, — сказала она, пробираясь вдоль полок.
— Я принесу факел, — сказал Варфоломей и вышел.
Карина осталась одна и подошла к единственному чадящему светильнику, который висел у самого входа. Она достала из кармана учётную книгу, которую прихватила вчера из бухгалтерии, и начала сверять. Цифры не сходились — сотни тысяч золотых уплыли на формуляры, которых никто никогда в глаза не видел.
Варфоломей вернулся с факелом, свет упал на полки, и Карина увидела то, что не заметила сначала, — на одном из стеллажей лежал свиток с королевской печатью.
— Это печать Степана, — сказал Варфоломей. — Он лично проверял склад месяц назад.
— И подписал, что всё в порядке?
— Да.
Карина усмехнулась.
— Значит, Степан либо слепой, либо вор. Или и то и другое.
— Идёмте к лорду Родиону, — сказал Варфоломей. — Это уже выше моего понимания.
༺༻ ༺༻ ༺༻
Родион сидел в кабинете, читал что-то, склонив голову. Карина замерла на секунду в дверях и вдруг подумала: а ведь он симпатичный. Тёмные волосы, прядями падающие на лоб, добрые внимательные глаза, волевой подбородок. Карина поймала себя на том, что рассматривает его уже несколько секунд, и ей стало немного неловко. Она пришла по делу, а не любоваться посторонним мужчиной!
— Лорд Родион, — сказала она, подходя ближе к письменному столу. — Посмотрите, пожалуйста. Я нашла кое-что интересное.
Она выложила перед ним учётную книгу, опись склада и акт проверки, который составила, пока ждала Варфоломея.
— Формуляров нет, а деньги, как видите, ушли. При этом на документах везде стоит подпись Степана.
Родион растерянно смотрел на бумаги, а потом поднял голову.
— Вы уверены? — спросил он, поднимая голову. — Степан в эти дни уезжал по делам в другой город. Он не мог проводить проверку…
— Конечно, я уверена! — перебила его Карина. — Если это сделал не он, значит, кто-то
