умны! К вам и не подойдешь! В самом деле, вы чудовищно умны, сударыня! Но пойдемте, ваша бабушка вас уговорит, и тогда-то вы не будете так жестоки!
Мадам Дюваль с готовностью вмешалась. Она потребовала, чтобы я больше не отнекивалась, сказала, что поедет на бал сама, и настояла, чтобы я ее сопровождала. Сопротивление оказалось напрасным: я лишь разгневала ее. Мистер Смит, с торжествующим видом отдав оба билета мадам Дюваль, сказал, что зайдет за нами вечером, и ушел.
Я очень огорчилась, что таким образом оказалась хоть чем-то обязана столь наглому молодому человеку. Но я решила ни за что не танцевать с ним, даже если это его оскорбит.
Вечером, когда мистер Смит вернулся, было очевидно, что он хочет очаровать и поразить меня своим внешним видом. Он был разодет в пух и прах, но совершенно безвкусно. Его напыщенные манеры и нарочитые попытки казаться благородным джентльменом вопреки полученному воспитанию вкупе с тем, как он постоянно осматривал непривычный для себя костюм, полностью разрушили его намерения и сделали все усилия напрасными.
Во время чая вошли мисс Брэнгтон и ее брат. Мне было жаль видеть, как она поразилась и расстроилась, увидев мистера Смита. Я хотела загодя спросить у нее совета, как лучше с ним себя вести, но так и не смогла: ее резкость и нелюбезность всякий раз отпугивали меня. Она несколько раз взглянула то на мистера Смита, то на меня, и с явным неудовольствием уселась в оконной нише, едва отвечая на вопросы мадам Дюваль. Когда же я с ней заговорила, она и вовсе отвернулась.
Мистер Смит, истолковав это поведение как подтверждение того, что его считали важной персоной, возликовал и лениво развалился на стуле, стараясь скорее выразить свое удовлетворение, нежели скрыть его.
– Боже правый! – вскричал молодой Брэнгтон. – Да вы весь сияете, как новехонький пятипенсовик! Куда это вы собрались?
– На хэмпстэдский бал, – отвечал мистер Смит.
– На бал! Это что же, тетушка тоже едет на бал? Ха-ха-ха!
– Да, конечно, – вскричала мадам Дюваль, – с чего бы мне не поехать?
– И что же, тетушка, может быть, вы еще и танцевать будете?
– Может быть, и буду! Но, сэр, думается мне, не ваше это дело – буду я танцевать или нет.
– Боже! Я бы тоже съездил! Я бы все отдал, лишь бы глянуть, как тетушка пляшет. Но загвоздка в том, что вряд ли она найдет себе кавалера!
– В жизни не видывала такого грубого мальчишки! – гневно воскликнула мадам Дюваль. – Вот возьму и расскажу твоему отцу, что ты тут наболтал, уж я такой дерзости не потерплю!
– Тетушка, с чего это вы так злитесь? Я и слова не сказал, а вы уже на взводе! Вы такая же злюка, как Бидди или Полл – вечно бранитесь!
– Говори за себя, Том, – вмешалась мисс Полли, – нечего меня почем зря приплетать.
– Ну вот, и эта взвилась! Женщины только и знают, что цапаться, мне кажется, их хлебом не корми, только дай устроить перебранку.
– Фи, Том! – вскричал мистер Смит. – Вечно вы забываете о манерах при леди. Посмотрите на меня, уж я-то такого себе при дамах не позволяю.
– Боже, да вы же тот еще франт! А мне все равно. Так что, если хотите, будьте любезны и потанцуйте с тетушкой сами!
И, громко рассмеявшись, он заявил, что было бы очень весело на них поглазеть.
– Весело или не очень, но вам того не видать! Придержите свои грубые шуточки, мне они не по вкусу! А что до моих танцев с мистером Смитом – тоже мне чудеса! Да каждый день и не на такое насмотришься!
– Сударыня, – сказал мистер Смит в изумлении, – я думал, что вы собираетесь играть в карты, и намеревался танцевать с молодой леди.
Я с радостью воспользовалась возможностью заявить, что не собиралась танцевать вовсе.
– Не собиралась танцевать! – повторила мисс Брэнгтон. – Ну конечно, для того-то люди и ездят на балы!
– А я бы хотел, чтобы она и впрямь не танцевала, – сказал брат, – тогда мистеру Смиту не с кем будет плясать, кроме как с тетушкой. Боже, как же он взбесится!
– Я уверен, – парировал мистер Смит, – что сумею переубедить молодую леди, когда введу ее в бальную залу.
– В самом деле, сэр! – вскричала я, крайне задетая его дерзостью. – Вы ошибаетесь, поэтому я хотела бы вывести вас из заблуждения: уверяю вас, что мое решение не изменится.
– Не сочтите за наглость, мисс, – с насмешкой вскричала мисс Брэнгтон, – зачем же вы тогда едете?
– Лишь потому, что я подчиняюсь требованию мадам Дюваль.
– Мисс, – воскликнул молодой Брэнгтон, – Бид только и мечтает быть на вашем месте, она-то давно положила глаз на мистера Смита!
– Томас! – возмутилась его сестра, вскакивая с места. – Я сейчас надеру тебе уши! Да как ты смеешь такое говорить про меня?
– Черт подери, Том, это нехорошо! – сказал мистер Смит, жеманно улыбаясь. – Это дурно – разбалтывать секреты леди. Но не переживайте, мисс Бидди, я ему не поверю.
– Бид бы все отдала, лишь бы поехать, – не сдавался брат, – вот только мистеру Смиту, как и всем остальным, куда больше нравится мисс!
Пока его сестра злобно осаживала молодого Брэнгтона, мистер Смит тихо сказал мне:
– Сударыня, как вы можете быть настолько более красивой по сравнению с вашими кузинами и при этом настолько жестокой? Да на них никто и не смотрит, когда вы рядом!
– Мисс, – вмешался молодой Брэнгтон, – что бы он вам ни плел, вы ему не верьте, замыслы у него недобрые! Клянусь, он никогда на вас не женится. Он мне сотню раз повторял, что ни в жисть не пойдет под венец. А если бы он надумал, то Бид уже давно бы его прибрала к рукам и глазом не моргнула!
– Ну-ну, Том, не рассказывайте чужих секретов, иначе девицы будут меня бояться. Но, уверяю вас, – сказал ему мистер Смит шепотом, – если бы я и женился, то только на вашей кузине.
«Если бы!» Вы когда-нибудь слышали, мой дорогой сэр, такую непозволительную дерзость? Я посмотрела на мистера Смита с презрением, которое и не думала скрывать, и отошла в другой конец комнаты.
Он послал за наемным экипажем. Когда я попрощалась с мисс Брэнгтон, она гневно отвернулась от меня, ничего не ответив. Наверное, она считает, что я скорее искала, нежели пыталась избежать внимания и любезностей этого самоуверенного молодого человека.
Бал давали в длинной комнате в Хэмпстэде.
Комната – наиболее подходящее слово. Трудно было бы описать ее иначе, ведь она не была ни украшена, ни элегантна, в общем, ничем
