готова принять его обратно, готова понять и простить, но абсолютно не готова к тому, что он опять отвернется в первый же тяжелый момент.
Именно это разбило меня окончательно год назад.
Я бы все пережила, если бы Кей тогда был со мной рядом.
Но у него всегда есть куча причин, почему нам лучше не быть вместе, стоит чему-то пойти не так. И он искренне в это верит.
Я не такая требовательная, но и мне нужна минимальная защита со стороны своего парня и знание: что бы ни произошло – он со мной, за меня, для меня.
Хочу верить Кею и закрыть на все глаза.
«Но не верю».
Хочу дать ему второй шанс исправиться, но склоняюсь к тому, что мне придется убедиться в обратном: новое испытание в наших отношениях, и вот я становлюсь ненужной, тяжелой обузой, за которую Кей не готов нести ответственность. От которой откажется по щелчку пальцев.
Осталось пять минут, чтобы я приняла решение.
Я должна уйти, вызвать такси и, не прощаясь, уехать домой – так будет правильно.
Но я этого не делаю.
Я не могу.
Я настолько зависима и безумна в своей любви, что готова наступить на грабли повторно.
«Господи».
«Я что, действительно готова?»
Я вздрагиваю, когда ко мне на скамейку неожиданно приземляется незнакомый парень. Погрузившись в свои мысли, я полностью утратила чувство реальности, но жизнь идет свои чередом, по дороге мчатся машины, люди едут по каким-то своим делам, слышен гул клубной музыки – «Левада» сияет неоновыми огнями.
– Девушка, – обращается ко мне незнакомец с длинными дредами.
«Как невовремя».
– Что? – буркаю я, не здороваясь. Вообще не до него. Абсолютно.
– Я не местный, – поясняет он, оставляя гадать, для чего мне эта информация.
Я с нетерпением смотрю в его глаза, которых на самом деле не вижу из-за темных очков. Не местный – и что? Внешность чистого мексиканца и так говорит об этом, или он имеет в виду район?
– Мне посоветовали клуб «Левада», типа там круто, все такое. Я заехал в этот район, брожу тут часами и не могу найти.
Звучит как бред: парень явно знаком с достижениями науки – в его руке современный телефон, можно легко найти нужный объект в «Гугл-картах», даже если ты действительно заблудился. Но опять же, может, у него проблемы со зрением? Зачем ему солнцезащитные очки ночью?
В редколлегии у нас был парень, и он постоянно ходил в темных очках – от любого света его глаза слезились и раздражались. Мало ли.
Тем более мексиканец буквально находится напротив «Левады» – через дорогу высится здание, и только полуслепой его не заметит.
Я указываю пальцем в сторону мерцающих огней.
– Туда.
Парень смотрит левее.
– Но там же торговый центр?
Точно слабовидящий или имеет проблемы с косоглазием.
– Вон туда. – Я поднимаюсь со скамейки и уже вытягиваю повторно руку в нужном направлении. – Там огоньки, перейди дорогу, иди прямо и попадешь, куда нужно.
– Не понимаю где, – мямлит он, вставая за мной вслед.
У меня нет ни времени, ни желания становиться провожатым. Я уже все предельно ясно объяснила, в конце концов, даже имея проблемы со зрением, парень как-то же смог добраться сюда?
Поэтому, не прибавив ни слова, я делаю шаг к пешеходному переходу.
И тут же чувствую ледяные руки, смыкающиеся на моей шее. От неожиданности и испуга я начинаю кашлять и пытаюсь делать вдох, но пальцы вжимаются все сильнее, угрожая задушить меня.
«Что происходит? Что происходит? Что происходит?»
Я вцепляюсь в сжимающие шею холодные руки, но у меня нет сил, чтобы разжать их. И, как назло, поблизости вообще никаких прохожих.
«Меня хочет задушить маньяк. Я умру».
Плотные заросли деревьев и кустов полностью закрывают хоть какой-то обзор с парковки. Можно даже не надеяться, что меня увидит Кей.
«Точно умру. Идеальное место – и никто не заметит».
– Не дергайся, сучка, – с нотками нездорового веселья приказывает мне душитель.
Он на секунду ослабляет хватку, чтобы я могла сделать судорожный вдох. Я хочу воспользоваться коротким моментом и закричать, но из горла вырываются только слабые хрипы.
А потом его пальцы снова сжимаются.
– Иди вперед.
Я не хочу. Никуда не хочу. Но урод подталкивает меня в спину, и я, спотыкаясь, иду в указанном направлении.
Мне хочется брыкаться, заехать ему ногой по яйцам, но подонок все предусмотрел, не отпуская мою шею и лишив меня нужного количества воздуха, поэтому я безоружна. Перед глазами начинают мелькать мушки, и я полностью теряю концентрацию.
Воздух, попадающий через нос, не помогает мне никак, еще немного – и мне попросту сломают шею.
Я бесполезная, бессильная кукла, которую тащат неизвестно куда, и я покорно волоку ноги.
Чувствую, что меня куда-то заталкивают. Чей-то автомобиль, он вроде совсем близко от того места, где я сидела. Видимо, отсюда за мной и наблюдал маньяк, выжидая момент.
Я все еще плохо понимаю, что вообще происходит.
В какой-то момент я даже отключаюсь, то ли от недостатка кислорода, то ли от боли.
«Если суждено умереть – пусть я ничего не почувствую».
Но, к сожалению, довольно быстро прихожу в себя.
Первым делом я начинаю глубоко и хрипло дышать, поняв, что мою шею больше не стискивают чужие пальцы, держащие ее в стальной хватке. От резкого прилива воздуха в легкие на глаза выступают слезы.
Меня куда-то везут.
Впереди за рулем – еще один незнакомый парень, а мы с моим похитителем – на задних сидениях затонированного салона.
Шок блокирует хоть какое-то понимание происходящего. Мало того, что легкие горят огнем, шея кажется сломанной, вместе с этим еще сердце от страха бьется так сильно, что я готова потерять сознание.
В таком состоянии даже речи не может идти о самообороне, о которой я знаю постольку-поскольку.
«Какая я слабая, господи».
Я могу только в ужасе смотреть на парня с дредами, пытаясь сообразить, что меня ждет.
Он замечает мой взгляд и лениво спрашивает:
– Как думаешь, золотая рыбка, насколько ты дорога Кею Хиршу?
Кей?
Кей причастен к этому?
Ничего не понимаю. Вообще ничего.
Я хочу хоть что-то сказать, но из горла вырывается хрип.
Парень усмехается, глядя на мою беспомощность в чистом виде.
– Я дам тебе шанс это проверить, маленькая сучка.
Он ударяет меня по щеке – не больно, но унизительно, и смеется надо мной. Я делаю попытку собраться с силами и закричать. Не получается, бесполезно в моем случае. Водитель явно причастен и помощи мне не окажет.
Я должна сделать хоть что-то!
