это тоже не про меня.
Перебирая идеи в голове, я пью жутко сладкий до противности кофе и смотрю в окно на утренний город, который проснулся и шумит привычным гулом ранних пробок, гомоном толпы, куда-то спешащих людей, въедливыми повторяющимися мелодиями из расположенного рядом популярного торгового центра.
«Сирене нравился такой ритм жизни и этот вид. Она всегда хотела переселиться из безмятежного Даствуда в крупнонаселенный район с высотными зданиями, разветвленным метро, блестящими магазинами, шумом и светом».
Думаю, что в принципе, переехав из родного города, она исполнила свою мечту.
«Опять же без моей помощи».
Так, хватит этих мыслей. Чем больше думаю о Сирене, тем хуже. Потому что все сильнее хочется приехать к ней и забрать к себе силой, что будет полным дном. Заставлять девушку насильно быть с собой – такие истории меня не прельщают.
«Интересно, через какое время я найду себе оправдание, что и подобные поступки для меня – не такое уж и дно?»
Так, стоп.
Я тащусь с кружкой обратно в спальню, чтобы найти телефон. Ночью я его выключил, когда на меня посыпались звонки от Алека. Он либо хотел узнать, чем закончился мой побег за Сиреной, либо оторваться на мне за драку в его коронном клубе. А я точно не хотел обсуждать с ним ни первое, ни второе в своем дурном настроении, понимая, что сорвусь на нем.
Но уже начался новый день, и я не собираюсь прятаться от мира, отключившись полностью от связи.
И первыми на меня ожидаемо сыплются сообщения друга, разделенные на три этапа его настроения.
Сначала все в таком стиле.
Алек: «Гребаный ты мудак, устроил мне тут».
Алек: «Скажи спасибо, что я тебя отмазал перед копами, урода кусок».
Алек: «Я решил вопрос с этим типом – он не будет писать заявление, немедленно благодари меня, щенок».
Я усмехаюсь.
Потом тон меняется.
Алек: «Ну что у вас там? Вы вернетесь? Вдвоем? Один? Мне ждать?»
Алек: «Я все понял, удачно потрахаться и все такое».
Как бы не так.
И под конец – непривычно серьезно-сдержанное.
Алек: «Хирш, нам бы с тобой встретиться. Есть что обсудить. Набери мне, как сможешь».
Допивая кофе, я уже готов ему позвонить: только из-за последнего сообщения. Вежливый Алек Брайт – это всегда скорее настораживает, чем радует. За все время я так привык к его обычно раздражающей манере общения, что, когда он начинает говорить как нормальный человек, я чувствую сигнал, мол, случилось что-то сродни Армагеддону.
Но пока я добираюсь до изображения зеленого телефона рядом с его контактом, он опережает меня ответным звонком.
Не глядя на экран, я принимаю вызов и тут же спрашиваю:
– Что за катастрофа у тебя, Брайт?
– Брайт?
Стоп, это вообще не его голос.
Я разворачиваю экран телефона к лицу и понимаю, что поспешил с выводами. Мне звонит не Алек, я вижу чей-то чужой номер, которого нет в моих контактах.
– Кто это? – уточняю я, решив не извиняться за свою оплошность перед неизвестным собеседником.
Переживет, кем бы он ни был.
– Не узнаешь? Или успел удалить мой номер?
Тянущий гласные звуки акцент. Я знаю, кто мне звонит. Но еще лучше знаю – мне с этим человеком говорить точно не о чем. Я надеялся, что мы все решили и он меня понял, кстати, он так и написал, но, видимо, до его мозгов не дошло.
– Что надо, Юсуф? – Я с трудом вспоминаю странное имя, потому что по привычной кличке – Чувак – больше не хочется к нему обращаться.
С Чуваком у меня были дела в прошлом, о которых хочется забыть. С Юсуфом – у нас вообще нет тем для разговоров.
– Немногого, Кей. Лишь каплю справедливости в этом мире.
Забавно от него такое слышать. По справедливости, он должен сидеть за решеткой.
«Возможно, там же должен находиться и я сам».
– Конкретнее?
– Ну знаешь… все довольно просто и давно обкатано в нашем мире, – мурлычет Юсуф мне в трубку. – Когда человек увольняется с работы, он либо находит себе замену, либо должен отработать, пока ему ищут замену, – распространенная практика, не находишь?
Я точно был наивен, когда думал, что так легко отделался от этого дерьма. Твою мать, только этого мне не хватает для полного счастья – разборки с Чуваком, мол, что я там должен, а что – нет.
Я понимаю, к чему он ведет.
Поэтому сразу обрубаю:
– Заканчивай, я на такое не ведусь. Разводи других идиотов.
– Кей, дорогой. – От обращения меня тянет блевать. – Ты должен отработать прежние заказы в удвоенном количестве за свое кидалово. Второй вариант – придется отдать нехилую сумму, которой я лишаюсь за твой уход. Я ведь могу и кое-что шепнуть копам о тебе анонимно и представить доказательства.
Ни первое, ни второе.
Я уже никогда не подпишусь на подобное дерьмо, зная, насколько опасен «Окси». К тому же я не уверен, а получали ли таблетки от меня люди, которые действительно нуждались в них? Или мне «повезло» только с Дастином, а остальные просто использовали лекарство как дурь?
Мне даже не хочется узнавать, скорее всего, меня ждет еще большее разочарование. Как в принципе и угроза ареста, если я сунусь в это вновь, когда Штаты до сих пор стоят на ушах в связи с новыми расследованиями и арестами.
Второй вариант кажется менее опасным. Но на самом деле это чистый шантаж. Даже если я найду сумму, через некоторое время с меня начнут тянуть вдвое больше, почувствовав аппетит. В итоге я опять буду работать на Юсуфа, хоть и в ином формате, отдавая ему деньги, чтобы он не подставил меня.
Но он охрененно ошибся, решив поиграть со мной в подобные игры.
Я бываю порой достаточно внимателен – и у меня есть все основания полагать, что Чувак сам давно жрет таблетки, естественно, не имея ни законного рецепта, ни реальной нужды. Мне не составит труда сдать Юсуфа куда нужно, а анализы продемонстрируют следствию прямые доказательства его вины.
Меня разводит не сильно умный торчок, и в его интересах никоим образом не провоцировать меня на какие-либо ответные действия.
– Отвали, гондон, – сразу предупреждаю я. – Иначе огребешь проблемы.
– Значит, нет?
– Правильно понял.
– Грустно, конечно, – не меняя тона, продолжает он, и я готов уже сбросить вызов, чтобы не тратить время на тупого барана. – Но я переживу и это предательство от тебя. Успокою себя тем, что хотя бы трахну одну горячую девочку по имени
