Когда мы заняли места в просторной библиотеке с камином, наша хозяйка представила первую из двух чтецов — Айван-Мелиссу Пелл. На ней была голубая матроска, короткая, но стильная юбка и высокие сапоги, хорошо сочетавшиеся со всем прочим. Бус не было и в помине — взамен она предпочла подходящие жемчужные ожерелье, браслет и серьги. Она откашлялась, нацепила на нос большие очки в роговой оправе и принялась читать наизусть «Маннахатта» [22], периодически театрально указывая на парк позади себя. Ей даже удалось говорить нормальным голосом, а не пищать. Ее трансформация в интеллигентную любительницу поэзии поистине поражала. Когда она закончила, выступила Ана-Мария Вердадес и по-испански прочла «Ясную полночь» — так, как читала в фильме. Затем она дрожащим голосом повторила ее по-английски — уроки языка шли настолько успешно, что Ана-Мария уже могла ежедневно звонить Аллегре и спрашивать, нельзя ли ей вернуться в Каракас на Рождество.
Толпа, растроганная ее прочувствованным выступлением, разразилась аплодисментами, после чего перетекла в другую комнату, где были приготовлены десертные вина и крохотные пирожные. Перед уходом я поблагодарила от имени «Глориос» Ану-Марию и Айван-Мелиссу.
Американская кинематографическая общественность обратила внимание на невинную прелесть Аны-Марии и ее почти совершенное владение английским языком. Теперь у нее имелся агент в Лос-Анджелесе, который рьяно выискивал для нее подходящие поводы, и мы заготовили длинный список интервью, предстоявших в ближайшие две недели. Фил полагал, что стараниями Аны-Марии, режиссера и отряда выдающихся чтецов «Молочник» засветился достаточно, чтобы быть номинированным.
Прогресс отмечался и на фронте «Ворона-2». Эрик записал английскую версию «Ich habe Fieber». Во время пения его акцент исчез — в традициях «АББА» и к вящему огорчению Тони. Ролик постоянно крутили по MTV, а Эрик завязал романтические отношения с литовской супермоделью. Неразлучная парочка не пропускала ни одного мероприятия, куда бывала приглашена. Им нравилось фотографироваться, и снимки появлялись в многочисленных репортажах о прошедших вечеринках.
Тем временем картина была готова, и фанатам первого фильма не терпелось ее увидеть. Они завалили вебсайт теориями и догадками насчет содержания и околачивались в вестибюле нью-йоркского отеля, где поселился Эрик. Каждое его появление сопровождалось своеобразными движениями с их стороны: фанаты порывались метнуться к нему, одновременно совершая поклоны. Каждое утро, приходя на работу, я видела мужчину, переодетого Вороном и стоявшего на часах неподалеку от здания, на углу. Он был чокнутый, но в остальном — вполне безобидный. Когда похолодало, я обнаружила, что он закутался в шерстяной плед. Этот парень, имени которого я так и не узнала, не мог оставить метафизического пристанища Ворона из-за какого-то там холода. Однажды даже Тони остановился и сфотографировал его.
Отдел продвижения, которым правила Деила Биллингс — обладательница черных как вороново крыло волос, — координировал рекламу на радио на пятьдесят штатов. Кроме того, к кампании подключились утренние ди-джеи со всех участвовавших радиостанций — они беспрестанно гоняли в эфире органную тему, возвещавшую появление Ворона. Каждый двадцать седьмой позвонивший (двадцать семь — важное число в воронологии) участвовал в лотерее и мог выиграть поездку в Лос-Анджелес. На секретный просмотр фильм накануне премьеры предстояло отправиться по одному счастливцу от каждой радиостанции. Затем эти везунчики должны были поехать на банкет — без знаменитостей, но с массой памятных даров от Ворона. Будет разыгран даже главный приз — настоящая пелерина, которую Эрик носил, исполняя роль.
Правда, у «Ворона-2» была серьезная проблема, которую мы тщательно замалчивали. Говоря без обиняков — «Ворон-2: Никогда» был ужасен. Если первый фильм оказался отменным хитом и пополнил число беззаветно преданных Ворону за счет тех, кто даже и не слышал об исходных комиксах, то второй фильм должен был их разочаровать. До невозможности. Но к моменту, когда Тони, Фил и старшие администраторы «Глориос» уразумели, что держат в руках не триллер, а настоящее бедствие, планы зашли уже слишком далеко, чтобы можно было что-то изменить или отменить.
Фокусная группа участников, посмотревшая фильм, была единодушна в его неприятии. Когда показ для отдела закончился, мы молча потянулись шеренгой, не зная, чем помочь «Ворону-2». До сих пор всеобщим спасителем выступал сам Ворон.
Всецело занятый «Молочником», Фил не хотел отдать «Ворона» целиком Тони, а потому предпринял ряд действий. У фильма было много фанатов, и можно было надеяться, что в первую неделю сборы удастся спасти, но только если правильно разыграть козыри. Нельзя было прибегнуть к сценарию, использованному в истории с «Гробокопателем», и нашпиговать премьеру знаменитостями, так как в фильме не было никого выдающегося, помимо Эрика, но тот мог в лучшем случае сойти за лишь восходящую звезду. Защитить фильм от суда критиков было легко благодаря предновогоднему затору: основное внимание рецензентов было в данный момент приковано к фильмам — кандидатам на выдвижение. Единственным камнем преткновения в тихом перемещении «Ворона-2» на экраны кинотеатров было радио.
Тони хотел все отменить, но уже были заказаны авиабилеты и забронированы гостиничные номера для сотни человек. Отмена привела бы к тому, что те же радиостанции, что продвигали фильм на протяжении месяца, обязательно пустились бы в долгие спекуляции о причинах случившегося. От побережья к побережью полетят вопросы, которых компания не могла допустить.
Аллегра и Тони десятки раз звонили друг другу, пытаясь решить, что делать и как быть. Был понедельник, показ был назначен на пятницу, а для победителей викторины — на четверг.
Они разработали план и решили, что для его реализации в среду в Лос-Анджелес полетит Вивьен. Вивьен возражала, говоря, что добьется большего, если останется в Нью-Йорке и будет работать над «Молочником». Аллегра объясняла, что дело требует присущих Вивьен точности, дисциплины и дипломатических навыков. Марлен предложила взамен себя, и это, вкупе с комплиментом от Аллегры, вынудило Вивьен с головой уйти в организацию всего предприятия. Не проходило и минуты, чтобы мы с Дагни не получали все новых и новых приказов, исходивших из ее кабинки.
— На пятницу мне нужны два роскошных — роскошных! — экскурсионных автобуса; скажите им, что пока не знаете, куда ехать, но этот вопрос решается: посадка будет у лос-анджелесской «Холидей инн» на Саут-Фигуэроа в шесть утра, а вернуться нужно будет туда же примерно в восемь вечера.
