меня и спросил:
– Вы можете мне честно ответить на один вопрос?
– Я попытаюсь.
– Зачем вам надо все это?
– Что вы имеете в виду?
– Помощь моей дочери.
– Я много лет жил ради своего бизнеса. Я не замечал ничего, что происходило вокруг меня. И тут, вдруг, я попадаю в аварию, а потом, вдруг, этот поезд… Здесь происходит ряд событий, которые мало – помалу, заставляют меня задуматься о своей прошлой жизни. В завершении всего, я встречаю вашу дочь, которая окончательно меняет мое восприятие многих вещей. Самое главное, это то, что я понимаю, как сильно она любит своих родителей, и, как хочет вернуться к ним. Она рассказывает мне о своей дружной семье. Я знаю, что ее очень любят и ждут дома. А куда возвращаться мне? К своей работе? Ведь у меня нет ни жены, ни детей, да чего уж там, друзей – то настоящих и то нет. Вот я и решаю, что просто обязан вытащить Клару из этого поезда и вернуть к родителям. Я был бы счастлив, если бы у меня получилось осуществить то, что я задумал. Но при попытке сделать это, я терплю неудачу. Не по своей вине. Меня просто выбросили раньше времени с этого поезда. Я не успел помочь вашей дочери. Дальше, я очнулся в больнице. Потом у меня была встреча с вами. После которой, я познакомился с вашей женой, которая, к моему счастью, тоже успела побывать в этом поезде, поэтому, в отличие от вас, не сочла меня сумасшедшим. Как видите, это все правда, даже вы сейчас находитесь здесь. Теперь, и вам никто не будет верить, что вы тут были, если, конечно, мы отсюда выберемся, хотя, вы вряд – ли будете кому – то говорить об этом.
– С чего вы это взяли?
– Не знаю, вы ведь боитесь поставить себя в глупое положение, по крайней мере, мне так показалось.
– Я намерен рассказать об этом поезде всем, так что, вы заблуждаетесь на этот счет, мой друг. Я же писатель, а это может быть прекрасный сюжет для моего очередного романа.
– Ваше дело, но я не советовал бы вам писать об этом.
– Почему?
– Не знаю, мне кажется это слишком личное, не для всеобщей огласки.
– Глупости!
– Как знаете, в любом случае, давайте, вначале, доживем до благополучного возвращения домой, а там…
– Вы правы, мой добрый друг.
Он впервые назвал меня так, и это означало, что он мне поверил, и, возможно, теперь, нам удастся найти общий язык. Я не ошибся. Он протянул мне руку и представился. Я последовал его примеру. Наше рукопожатие вышло достаточно крепким, и это, тоже, был хороший знак. На меня всегда производили хорошее впечатление люди с такой «твердой» рукой.
Потом я рассказал ему о том, что у нас совсем мало времени, по тому, что здесь и там оно идет по разному. Многое было тяжело ему объяснить, но он пытался понять, что я ему говорил, и, в конце концов, он стал прекрасно представлять полную картину всего происходящего.
– Скажите, Макс, значит, первым делом, нам нужно найти мою жену?
– Да, это самое главное, и вы можете в этом помочь. Как вы думаете, где бы она могла быть?
– В вагоне ресторане, конечно!
– Да?
– Конечно, она, наверное, покупает шоколадки для Клары. Она сделала бы именно так!
– Действительно, вот я «тупица», мне можно было и раньше догадаться, – сказал я.
– Не ругайте себя, у вас же нет детей, этим все сказано, – пытался успокоить меня писатель, не понимая, что своим заявлением об отсутствия у меня детей, он «бьет» меня в самое сердце.
Тем временем, появились рыжеволосая Ольга. Видимо, она больше не смогла занимать Клару, хотя того времени, которое она нам подарила, было вполне достаточно, чтобы урегулировать все разногласия. Ольга посмотрела на меня, и я прочитал в ее глазах вопрос, успел ли я объясниться с писателем. Я улыбнулся ей и кивнул головой. Она кивнула мне в ответ, поняв, что все в порядке. Я сказал ей, что теперь наш путь лежит к вагону – ресторану и спросил у нее, в какую сторону нам следует идти, чтобы попасть в него. Ольга хитро посмотрела на меня. Я же вспомнил, что она первый раз покинула свой вагон, поэтому, вряд – ли сможет подсказать нам что – нибудь.
– Ах, да, – махнул я рукой, – ты не знаешь.
– Отчего ты так решил? – спросила она, – знаю.
– Правда?
– Конечно.
– Но ведь ты говорила, что тебе нельзя было покидать твоего вагона?
– А до того, как мне стало нельзя это делать?
– Хорошо, и куда мы должны пойти вправо или влево?
– Это, смотря с какой стороны, начинается отчет вагонов на этом поезде, по ходу движения поезда, или против.
– Ты что, издеваешься? – спросил я, – о каком отчете ты говоришь, если тут вообще нет никакой нумерации, кроме одного вагона, где везде стоит только одна загадочная цифра «шесть».
– Это ты издеваешься. Учил тебя Иван, учил, да видно все без толку, ты забыл, где ты находишься? Здесь все по – другому, здесь мысль материальна.
Только тут я вспомнил, что здесь надо представить себе, что ты заходишь в вагон ресторан, тогда это и произойдет. Но как мне было объяснить все это писателю?
– Я понял, спасибо, что напомнила, – сказал я Ольге.
Потом я обратился к Кларе и сказал:
– Клара, помнишь, мы с тобой обедали в красивом сказочном месте?
– Да, – ответила она.
– Так вот сейчас, при переходе в следующий вагон, мы войдем не в обычный вагон, а в вагон ресторан.
– Хорошо, я согласна.
– И встретим там маму! – вмешалась Ольга.
Тут писатель сделал вдох и хотел что – то сказать, но я, предвидя его вопрос, дал ему знак, чтобы он замолчал. Потом я попросил его наклониться ко мне и прошептал ему тихо на ухо:
– Не удивляйтесь ничему. Здесь, действительно, мысль материальна, и, если, мы хотим что – то увидеть, то должны представить себе это. Понимаете?
– Не совсем.
– Это не поддается никакому логическому объяснению, но, если мы хотим попасть в вагон – ресторан, то сделать мы это можем одним единственным способом – это представить себе, что мы туда, действительно, попали. То же самое касается и встречи с вашей женой. Поэтому, Ольга сказала об этом Кларе. Ну, а теперь, очередь за вами. Если вы не послушаете нас и не сделаете так, как я говорю, то, боюсь, что в вагоне – ресторане, нам придется появиться без вас.
– Как
