начиная с того момента, как из окна увидел идущего по дорожке Генри. При нем был чемодан, и Сората на миг почувствовал, как пол уходит из-под ног. Это было то самое счастье, за которым он гнался всю жизнь, но которое никак не мог догнать. Пусть ощущение было коротким – один удар сердца, – но на эту секунду весь мир принадлежал ему.
– К вам посетитель, – сообщили ему. – Имени не назвал, но просил передать, что рад, что все закончилось хорошо.
Сората сразу понял, кто решил его навестить.
– Попросите секретаря Симаду провести гостя в директорскую, – велел он и вытер руки полотенцем. – Мори-сан, закончите тут без меня.
Он снял фартук и покинул кухню.
Акихико Дайске не давал о себе знать с конца прошлого года, после того, как прислал письмо на электронную почту, но Сората ни на миг не сомневался: он следил за их приключениями и, кто знает, может, приложил к чему-нибудь свою руку. Таков уж он был.
Сората только успел сесть в кресло, как в дверь постучали. Секретарь Симада впустил в сумрак кабинета его бывшего владельца.
– Аки… – заикнулся секретарь. – Вы?!
– Ммм, мне нравится, что вы ничего не изменили, – довольно протянул он. – Добрый день.
– Добрый день, Акихико-сама, – вежливо поприветствовал Сората. – Рад вас снова видеть.
– Можете не притворяться, меня это не обидит.
– И все же я говорю правду. К сожалению, у меня не было возможности отыскать вас до открытия приюта, но мое предложение все еще в силе, – Сората поднялся на ноги и отошел в сторону от стола. – Согласитесь ли вы занять пост директора?
Акихико хмыкнул, и в загадочных фиолетовых глазах промелькнуло сытое удовлетворение хищника. Он прошелся по кабинету, заложив руки за спину, будто приценивался.
– Где картина? – спросил он, наконец.
– На чердаке.
– Я бы хотел взглянуть на нее. Один.
Сората кивнул и набрал номер секретаря.
– Симада-сан, проводите нашего гостя на чердак.
Секретарь не услышал, глядя на Акихико, как на привидение.
– Вы знакомы? – догадался Сората.
– Да, – кивнул Акихико, – и я рад, что смог оказать моему бывшему ученику услугу.
Сората перевел удивленный взгляд на Симаду. При приеме на работу тот обмолвился, что кто-то прислал ему ссылку на открытую вакансию, а еще он был взволнован и постоянно с интересом оглядывался по сторонам. Бывший ученик… По возрасту подходит, он мог жить в «Дзюсан» в первые годы после открытия.
– И окажу еще одну, если позволите, – продолжил Акихико. – Вам обоим. Кимура-сан, вам ведь все еще нужен учитель физкультуры и, скажем, неплохой тренер по баскетболу? У меня есть подходящая кандидатура, и она сейчас должна как раз входить в здание. Сато Шуичи. Я попросил его взять с собой все документы.
Он еще договаривал, как секретарь Симада уже бросился к выходу. Хлопнула дверь, и в коридоре раздались его торопливо удаляющиеся шаги.
– Простите его. Кажется, он услышал знакомое имя.
Сората даже удивляться не стал, тем более что помощник, как оказалось, присланный Акихико, стал настоящей находкой и спасал новоиспеченного директора приюта от огромного количества унылых обязанностей.
Они с Акихико Дайске посмотрели друг на друга, и впервые Сората почувствовал некое родство с этим странным, поразительным человеком. «Дзюсан» больше не был той академией, которая стала и домом, и тюрьмой для Акихико, и пусть он не дал ответа, здесь ему больше нечего было делать. Его долгая и трудная работа закончилась.
Дайске лукаво улыбнулся, словно поймав отголоски его мыслей, и вернул поклон.
– С вашего позволения, Кимура-сама.
Сората вздрогнул, услышав это обращение. Дайске снова улыбнулся и вышел за дверь, а вскоре после этого в кабинет ворвался Генри.
– Это же был Акихико? Да?
– Да. Зашел по старой дружбе.
– Надо его допросить! – азартно воскликнул Генри, и Сората засмеялся. – Эй, почему ты смеешься?
– В тебе опять проснулся детектив. Успокой его, пожалуйста. Акихико-сан действительно просто нанес визит вежливости, и еще… Думаю, не только нам.
– Он пошел на чердак?
– Да. Он пошел на чердак.
Бывший замдиректора вернулся через час. Никто не знал, чем он занимался все это время, но Сората почему-то думал, что он просто разговаривал. Представить его извиняющимся было трудно, но вернулся с чердака он с видом человека, который наконец-то скинул с плеч добровольный груз. Сората читал по его глазам, что призраки из портрета получили свободу, и Дайске получил ее вместе с ними.
– Насчет вашего щедрого предложения, – начал он без предисловия. – Никогда не мечтал о повышении, так что оставлю тяжкое бремя руководства вам двоим. Но могу помочь с речью. Знаете, День Странствующих Душ был моим любимым днем в году. Жаль, детям было скучно меня слушать. Им бы все танцы…
Рассуждал он как старик, но Сората видел – ему бы хотелось еще раз выступить со сцены актового зала «Дзюсан».
– Речи мне пока удаются не очень хорошо, так что лучше всего будет, если вы дадите мне урок.
Акихико с достоинством кивнул и отказался от комнаты, предпочтя провести время до вечера на берегу.
– Здесь особенный ветер, – с грустной улыбкой сказал он. – Хороший.
Акихико ушел, а ему на смену пришли новые гости. Сората, Генри и Симада сбивались с ног, чтобы встретить и расположить журналистов, попечителей и других приглашенных важных лиц. Он все еще был под присмотром, и первые месяцы работы «Дзюсан» обязаны доказать его способность справляться с такой ответственной должностью. Пожалуй, что праздник пришелся как раз к месту.
– Смотри, это там не Руми? – Генри подошел к окну комендантской, куда они заглянули буквально на пять минут, перевести дух. – А где ее муж? Как его там звали? Хасегава Джиро?
Сората тоже приблизился к окну, и вездесущий взгляд Руми мгновенно их нашел.
– Эй! Привет-привет! – закричала она, ничуть не смущаясь расстояния. – Так вы все-таки вместе?
Генри прижал ладонь к лицу и сдавленно пробормотал:
– Надо срочно ее остановить.
Сората был с ним полностью согласен. Эта женщина могла уничтожить его репутацию буквально в три неосторожно сказанных слова. И, кажется, она уже начала.
В холле, по счастью, больше никого не было, и Руми, влетевшая в него на всех парах, произвела впечатление только на них двоих.
– Хасегава-сан, – Сората кивнул. – Все блистательны.
– Вообще-то я снова Асикага. Так мне больше нравится, – ответила она и подмигнула. – Тебе жена не нужна? А тебе, Генри-кун?
– Вы развелись? – не понял Генри.
– Овдовела, – вздохнула она в притворном огорчении. – Скоропостижно.
– О… Соболезную.
– Не бери в голову, – отмахнулась она и повела плечиком, привлекая внимание к нарядной насыщенно-фиолетовой юкате в крупных бело-розовых цветах. Алая отделка широкого пояса оттеняла яркую помаду. Волосы Руми
