– Нет! – Она судорожно сглотнула, затаив дыхание под пристальным взглядом короля.
– Нет? – Он нахмурил брови. – Но ты служила ей своим луком, верно?
И снова она, не колеблясь, ответила:
– Да!
Тень набежала на лицо Саксона, когда король прошел мимо него и приблизился к девушке. Саксон пошел было следом, но ему обнаженным мечом преградили дорогу. Он потянулся достать что-то из-под туники, но не успел этого сделать, потому что другой страж короля плашмя ударил его по руке мечом. Он стиснул зубы, но ничего не сказал.
Мэллори понимала, что Саксон в ярости, потому что она позволила своей боли ослепить себя и лишить здравого смысла. Всего несколько часов назад она клялась оставить прошлое позади, но оно снова ворвалось в ее жизнь, чтобы окончательно предать ее, как это сделал Саксон. Как же можно сердиться на него за это, если она сама предала себя?
– Не верю, что стрела была пущена по ошибке, – сказал король Генрих, останавливаясь прямо перед ней. – Думаю, такой превосходный стрелок тщательно выбрал цель.
Мэллори ничего не ответила. Он ведь не задал ей вопрос. Пока он ее не спросит, она будет молчать и подождет случая объясниться, не предавая королеву. Но что она может сказать королю, не открывая всей правды?
– Ты обучалась в аббатстве Святого Иуды, не так ли? – спросил король.
– Да, ваше величество.
Он заморгал глазами, услышав ее спокойный ответ. Неужели он ожидал, что она солжет? Мэллори понимала, как важно оставаться честной, потому что сама пострадала от слишком большого количества полуправды Саксона.
– Если ты из аббатства Святого Иуды, значит, служишь королеве.
– Да, ваше величество.
– Зачем ты здесь? – Он приблизил к ней лицо и промычал: – Шпионишь для королевы?
– Нет, ваше величество.
– И все же зачем?
– Чтобы передать вам послание короля Людовика с предложением заключить перемирие.
– Послание привез Саксон Фицджаст. Зачем ты здесь?
Мэллори пришла в замешательство. Она была честна с королем Генрихом. Повторить еще раз то, что она уже говорила, означало бы, что она считает его неспособным понять все с первого раза, поэтому девушка сказала:
– Я отправилась вместе с Саксоном, потому что мы решили, что путешествовать вдвоем более надежно.
– Ты признаешь, что предала королеву?
– Нет, ваше величество! Я прибыла сюда в надежде положить конец мятежу и умолять вас помиловать королеву!
Король грозно посмотрел на нее, и все рассказы о его бешеном нраве сразу же всплыли в ее памяти. Он выхватил меч у одного из рыцарей. Когда он приставил клинок к ее шее, Мэллори посмотрела через его плечо на Саксона. Ей хотелось, чтобы последним, что она увидит в жизни, было его лицо.
– Мэллори…
Он действительно произнес ее имя, или ей просто этого очень хотелось?
Девушка вздохнула, когда король Генрих опустил меч и вонзил его в землю возле ее ног. Повернувшись спиной, он подал знак своим людям. Они бросились к ней и схватили за руки. Она крепко прижимала локти к себе, чтобы они не заметили тяжести, оттягивающей вниз ее рукава.
Когда король ушел, Саксон еще раз попытался пробиться вперед, чтобы добраться до нее. Его тоже схватили и поволокли.
– Нет! – закричала она.
– Молчи, женщина! – злобно оборвал ее мужчина слева.
– Не позволяйте королю казнить его! Он не сделал ничего плохого!
Рыцари рассмеялись, и тот, что стоял слева, сказал:
– Не беспокойся о Фицджасте! Король знает, как верно Фицджаст служит ему.
– Побеспокойся лучше о себе, – добавил тот, что справа. – Используй это время, чтобы составить список своих грехов для последней исповеди.
Мэллори оторвала взгляд от Саксона, которого гнали вдоль реки, и в страхе уставилась на своих недругов.
– Но ведь король не убил меня. Он…
– Не захотел, чтобы изменница умерла такой легкой смертью! – Мужчина справа от нее снова рассмеялся. Схватив ее за горло и вынуждая смотреть себе в лицо, он проревел: – Скоро ты будешь молиться, чтобы он снес тебе голову здесь сегодня!
Глава 19
Саксон сидел на земле возле палатки короля. Он ждал удобного случая поговорить с королем. Это продолжалось последние пять часов. Над головой простиралось ясное голубое небо, и птицы весело распевали в листве деревьев.
Упершись лбом в согнутые колени, Саксон лихорадочно соображал, что делать дальше. Сообразительный, умелый, настойчивый, он умел решить любую задачу. Но сейчас зашел в тупик. А ведь был уверен, что ему удастся защитить Мэллори в королевском лагере. Вместо этого он предал ее, ранив так, что она от горя потеряла контроль над собой. Она, конечно, сделала глупость, но на это у нее были веские причины.
Саксон залез под тунику и достал пачку писем, которые нашел вместе с предложением короля Людовика о переговорах. Возможно ли с их помощью купить Мэллори жизнь? Что, если он ворвется в палатку короля, требуя разрешения доказать, что он действительно привез Мэллори сюда, потому что опасался за ее жизнь в случае, если король Генрих обрушит свой гнев на Пуатье? Подарит ли ему король жизнь Мэллори в награду за то, что он доставил ему письма, которыми королева обменивалась со своим первым мужем?
– Вот ты где! – послышался знакомый голос.
Саксон снова спрятал письма в потайной карман и поднялся навстречу отцу. По лицу Джаста Фицджаста было видно, что он уже слышал о смерти своего старшего сына, потому что глубокие морщины, которых еще не было около года назад, когда Саксон уезжал в Пуатье, избороздили его щеки и лоб. Плечи его согнулись, словно под тяжестью кольчуги, надетой под темно-синим сюркотом с изображением белой львиной головы и полумесяца.
– Доброе утро, отец, – сказал Саксон.
Его отец откашлялся, прочищая горло, и сказал.
– Теперь ты наследник, Саксон! Твой долг – принести присягу королю и получить титул.
– Я понимаю.
– Король Генрих ждет, что ты разоблачишь женщину, которую привез с собой из Пуатье.
– Дочь лорда де Сен-Себастьяна? – Ему не стоило бы использовать такую тактику со своим отцом, но было необходимо сделать все возможное, чтобы найти для Мэллори союзников.
– У графа много детей.
– Она законная дочь графа. Она ушла в монастырь, когда умерла ее мать, а граф женился на другой.
– Законная? – фыркнул отец. Опомнившись, он вздохнул. – Очень жаль. Твой брак с дочерью графа позволил бы нашей семье добиться тех преимуществ, которые мы надеялись получить после женитьбы твоего брата. – Он горестно покачал головой. – Неужели этот глупец не видел, что там происходит?
– Он был так опьянен идеей жениться на леди Вайолет, что больше беспокоился о свадьбе, чем о женщине. Не вините Годарда за недальновидность. Даже я ничего не замечал.
