3
Я думала, отправимся дальше, по болотам. Вместо этого Дарлий и его сфинксы окружили нас, пока драконы один за другим сбрасывали одежду и ныряли прямо в песок, на полянке, откуда недавно и появились. Три шага, прыжок — и нет оборотня.
На то, чтобы нападавшие скрылись из виду, ушло минут двадцать, если не больше. Отряд оказался весьма внушительным. Более многочисленным, нежели думалось.
Впрочем, в пылу кровопролитного сражения трудно адекватно оценивать ситуацию. В особенности мне, впервые участвовавшей в самой настоящей бойне между оборотнями…
Последним на полянке оставался Тарвальд. Он обернулся скорее на Дарлия и виновато пожал плечами. Стянул одежду, аккуратно сложил ее, засунул в готовый аурный карман, быстро обратился и нырнул в песок.
Ковалль усмехнулся в сторону Дарлия.
— Стремитесь к цивилизации, даже окультуриваетесь? Раньше вы одеждой не заморачивались.
Сфинкс ответил невеселым смешком — кажется, иного от него не дождешься. Было нечто такое в оборотне… не знаю даже. Надломленное, отчаянное. Не такое, как у самоубийц-трусов или тех, кто чувствует себя ниже плинтуса, — забитых, опасливых и одиноких. Скорее, как у тех, кто безвозвратно утратил самое дорогое, что имел в жизни. Не понимает, как теперь существовать дальше… Но существует усилием воли — ради родственников, друзей, потребностей племени. Исполняет свой долг, потому что уйти, сдаться, не жить — это ведь легче легкого. Сильные легких путей не ищут, не кидают тех, кто на них рассчитывает. Они делают выбор в пользу трудного, но правильного. Вот именно так я воспринимала Дарлия.
Вожак косился так странно и с болью, словно именно я, заезжая химера, напоминала ему о горечи потери — о том, что возвратить невозможно в принципе.
И у меня складывалось стойкое ощущение, что остальные спутники все понимали. Но мне пока почему-то не рассказывали. Ладно, попозже у Ковалля выясню.
— Исполняем договор с Земным правительством, — после недолгой паузы ответил Дарлий. — Они помогают очистить Сварайю, вернуть планете прежнюю природу, а мы стараемся поддерживать порядок. Ловим мятежников, что бегут от расплаты в надежде скрыться на просторах Сварайи. Пытаемся подавить очаги восстания, насколько возможно в нынешней ситуации. Не претендуем на северные территории, которые земные чиновники выделили под экспериментальные тюрьмы для заговорщиков, секретные правительственные лаборатории, полигоны для испытания всяческих заклятий и прочие подобные им штуковины.
— Как вы смирились с этим на Сварайе? Помнится, ты чуть ли не шашкой размахивал! Протестовал против полигонов! Да и лаборатории особо не жаловал… Не говоря уже о тюрьмах и колониях-поселениях… — тотчас вклинился в диалог Лайгиллар.
Дарлий усмехнулся, пожал плечами.
— Я не дикарь, как многие думают. Да и местные оборотни тоже не такие. Мы весьма цивилизованные и разумные двусущие. Вождей сводили на первые полигоны, показали, что природа нашей планеты там защищена специальными куполами. Продемонстрировали, что все вполне безопасно: Сварайе не угрожает очередное загрязнение ни множественными кусками разных заклятий, ни остаточной энергией разрушенной магии. Мы возражали не против присутствия ученых, тех, кто занимается передовыми разработками, пусть даже и в сфере обороны-нападения. Мы опасались новых очагов загрязнения. Если их нет — то какая проблема?
— Хм… А раньше земное правительство пыталось купить вас новыми технологиями, работой, продуктами, одеждой и обувью, — задумчиво протянул Лайгиллар.
— Они ошибались, — заявил Дарлий. — Мы сами способны всего добиться. Наши технологии хуже земных, но с помощью магии разрыв ликвидируется. Главное, чтобы другие не мешали. А так… Оказывается, и на Земле полно лабораторий, темниц и полигонов. При нынешней защите — ничего страшного. Только бы сильных магов-анархистов приструнить, отловить и обезвредить. Их еще немало бродит по планете. Земляне в этом нас тоже поддерживают. В целом мы весьма довольны сотрудничеством. И никаких претензий не имеем.
Пока Дарлий беседовал с агентами, шесть оборотней, что его сопровождали, — мускулистых, с каштановыми и светлыми волосами, простыми, открытыми, округлыми лицами — ждали молча и практически не двигались. Когда короткая беседа закончилась, сфинксы без предупреждения сбросили одежду и нырнули в песок вслед за драконами.
Я опасливо оглянулась на Ковалля.
— Не бойся. Подземных ходов несколько. Уверен, драконы ушли другим. Дарлий не стал бы заставлять нас нервничать, — ободряюще произнес первородный и ласково погладил мои пальцы. Агенты Бриолиса тем временем обнажились. Я последовала их примеру. И под перекрестными взглядами Ковалля с Мейдрисом — жадными, голодными и очень красноречивыми — крепко зажмурилась и нырнула в песок.
Секунду чудилось — он забивается повсюду: в уши, в глаза, в пасть и в нос. Дышать совсем нечем, хотелось расчихаться и закашляться. Но уже в следующее мгновение под ногами возник каменный пол. Теплый и немного шершавый. Я открыла глаза и поразилась. Сфинксы уже стремительно одевались. Мои спутники агенты-оборотни тоже. Ковалль приземлился совсем рядом. Я еще не так навострилась прятать и доставать одежду из аурных карманов, поэтому сейчас немного замешкалась и ощутила взгляды первородного с Мейдрисом. Прямо и откровенно они не пялились, делали вид, что заняты созерцанием стен. Но я чувствовала, что мужчины сосредоточились и сфокусировалась на мне полностью.
В одежде сразу стало комфортней.
И только теперь я огляделась.
Дарлий и его спутники не торопили, позволяя нам оценить обстановку. Мы находились в теплом подземелье, которое подогревали специальные заклятья. Я видела их по всем стенам, потолку, полу и крутым сводам, что соединяли отдельные гроты. Тонкая энергетическая паутина светилась оранжевым и фиолетовым.
Чудища с огромными золотыми глазами, похожие на скорпионов с львиными головами, медузы с длинными щупальцами спрута и знакомые уже охранники-тарантулы пялились на меня с любопытством и дружелюбием. Почувствовали трехликую в первое же мгновение. Я наконец-то входила в полную силу. Любые заклятья сразу узнавали и демонстрировали доброе отношение.
