Освещалась пещера довольно неплохо — у потолка мерцали округлые светильники. Как и на территории поместья Ковалля, зависли в воздухе, ничем не закрепленные, и время от времени меняли расположение. Так, чтобы нужная часть пещеры освещалась, а остальные тонули во мраке. Оригинально и красиво по-своему.
Вначале нашу группу вел Дарлий. Затем один из его сородичей, очень крупный, жилистый, довольно красивый, похожий на эдакого деревенского богатыря — кровь с молоком, да и только, — вышел вперед, а вожак притормозил. Поравнялся с Коваллем, подозвал Мейдриса.
Я двигалась почти в ногу с первородным, и, если отставала хотя бы на шаг, маг неизменно замедлял движение. Поэтому мы выстроились в шеренгу. Прочие агенты остались за спинами.
Дарлий опять смерил меня взглядом. Так смотрят на то, что напоминает о потере. Так женщина, у которой случился выкидыш, косится на здоровенького карапуза, который с удовольствием лопает молоко. Так вперится ребенок из детдома, заметив на улице счастливых родителей, с которыми вприпрыжку бегут дети. Все это было в глазах Дарлия. Боль, острое ощущение утраты и что-то еще… Отсутствие надежды? Полное, безграничное и неисцелимое отчаяние? Почему этот сильный мужчина отчаялся? Что бы ни утратил он в жизни, можно вернуть или найти новое. Тогда я еще не осознавала…
Мей резко выдохнул, заметно ссутулился, мазнул по мне красноречивым взглядом и почему-то сосредоточился на Дарлие. Тот кивнул, словно все понял.
Ковалль лишь покрепче сжал мою руку, будто разгадал пантомиму оборотней. Но прежде чем я успела что-то спросить, Дарлий начал беседу о деле:
— Как только прибудем в наше поселение, пошлю Латниса — моего бету, пусть вызовет вождей на большой совет. Мы объединились с другими племенами в некую общую коалицию двусущих. Она покрепче прежних союзов. Всем хочется окончательно избавиться от мятежников. Они очень неудобны на Сварайе. Проблемы преступников с земным правительством — меньшее, что нас сейчас волнует. А вот постоянное загрязнение планеты, которую мы с адским трудом реанимируем, — попытками создавать боевую магию, остаточными боевыми заклятьями заговорщиков — вот это вот для всех настоящая проблема. И решать ее мы готовы радикально. Как в случае с безнадежно больным органом. Удалить к чертям — и вся недолга!
Дарлий не стеснялся говорить откровенно, не пытался красоваться перед гостями, не стремился выглядеть преданным и лояльным. Не рисовался, но вызывал уважение. И мне это в нем очень понравилось. Вообще глава совета племен производил самое приятное впечатление. Мне все больше хотелось ему посочувствовать, какая бы беда со сфинксом ни приключилась. Верить, что все у него наладится. Кто знает, возможно, наше появление — ключ к разрешению ситуации Дарлия. Тогда я еще не знала — насколько права и насколько ошибаюсь в своих предположениях.
— Значит, мою войну вы поддержите? — так же в лоб уточнил Ковалль.
— Коалиция поддержит тебя однозначно! Даже если бы не проблемы с мятежниками, не их вандализм и разбой на Сварайе, я в любом случае тебя поддержал бы. И некоторые племена оборотней тоже. Сам знаешь, Ковалль, мы в долгу перед вами. Но не обещаю всеобщее содействие. Именно в плане участия в битвах. Любая вещественная, медицинская помощь вам от двусущих обеспечена без вопросов.
Первородный отмахнулся — и Дарлий умолк. Ковалль усмехнулся и произнес:
— Дарлий! Я знаю тебя отлично и столько лет, сколько не живут. Давай начистоту и без расшаркиваний. У нас ведь давние приятельские отношения. Говори — на сколько двусущих и магов мы в реальности можем рассчитывать.
— Точную цифру я не назову...
— Мне нужно прикинуть обязательный минимум, чтобы решать, как действовать дальше.
Я видела заострившийся профиль Ковалля и ожидала ответа Дарлия с не меньшей нервозностью и нетерпением. Даже сердце начало немного частить. Все понимали — от помощи оборотней зависит наша жизнь и благополучие на Земле. Свободные двусущие и маги Сварайи — последний форпост и заслон от мятежников, как бы пафосно ни прозвучало. И либо местные помогут нам выпутаться, либо закопают еще глубже. На битву выйдем в любом случае… Ковалль обещал, а Олтрикс потребовал.
Кто знает, на какие новые подлости способен второй возрожденный первородный. Олтрикс жаждал убить Ковалля, остальные заговорщики хотели того же. Они объединились под этим флагом, дабы не лишиться магии окончательно…
Теперь главные цели мятежников несколько отличались от предыдущих. Не только захватить власть над планетами, не только узаконить право сильного, но еще и уничтожить главную угрозу — мага, что способен сделать смертными даже самых сильных колдунов во Вселенной. Кажется, теперь сыворотка Ковалля — главный ночной кошмар заговорщиков и любых чародеев вне закона. Прежде они опасались лишь правительства, и то — слегка, всех не переловят, соратники помогут бежать из тюрем, а если не выгорит — тоже не трагедия. Отбыли наказание — и взялись за старое. Маги живут бесконечно долго, на их век возможностей хватит… Сыворотка стала для многих приговором, практически равным смертной казни. Сейчас заговорщики объединились в армию не только ради власти и денег, но еще и ради сохранения магии. И все это преотлично понимали. Ковалля просто так со Сварайи не отпустят. Олтрикс способен на что угодно. Убивать, пытать, уничтожать природу, лишь бы противник вышел на бой. Поддержка нужна нам практически как воздух… И каждый союзник на вес золота…
Лайгиллар выглядел суровым и сосредоточенным. Мейдрис уперся взглядом вперед, но было заметно, что он вслушивается, ловит каждое слово Дарлия.
— На четыре с половиной сотни оборотней вы можете рассчитывать в любом случае, — твердо произнес глава совета. — Еще две-три сотни двусущих — плюс-минус — пока у меня под вопросом. На данный момент я практически уверен, что два-три племени воевать откажутся. Однако, чтобы не выйти из коалиции, поддержат нас медикаментами и припасами.
