class="p1">– Доброй ночи, ваше величество. – Я поклонилась как можно ниже. Она девчонка, ей бы в куклы играть и по саду бегать, и в моем представлении не я должна перед ней заискивать, но… Она императрица, этим все сказано. – Я бы хотела принести извинения за…
– Вы за этим пришли?! – Лицо ее величества ошарашенно вытянулось.
Рио со вздохом выступил вперед, опустил руки вдоль тела и сжал ладони в кулаки.
– Ваше величество, у меня есть все основания полагать, что в городе затевается мятеж. Думаю, пока только в этом городе. Также я знаю, кто украл во время войны магические амулеты, за кражу которых пострадала мисс Торвик. Ваш отец расследовал то дело и обвинил чародейку, верой и правдой служившую империи много лет.
Императрица нахмурилась, собиралась что-то сказать, но советник мягко положил руку ей на плечо, и она промолчала.
– За моей спиной стоят люди, которые пострадали от человека, укравшего эти амулеты. У меня нет никаких доказательств всему, что я сейчас рассказываю, поэтому я прошу пригласить менталиста. Я тоже кое в чем виноват, но признаюсь в этом только под ментальным воздействием, чтобы не разгневать вас раньше времени.
Мне, моему папе и Лие эта его просьба не показалась чем-то сверхъестественным, а вот Ираина почему-то побледнела еще сильнее.
– Ты не можешь… Рио, нет.
– Пригласите менталиста, ваше величество, – твердо повторил чародей. – Это касается вашего дяди – Альфреда Блэквуда, и я не стану обвинять его, пока вы не будете уверены в моих словах полностью.
– Ты мне жизнь спас, – не проговорила – прошипела Ираина. – Я не подвергну тебя ментальному воздействию!
Советник склонился к уху императрицы, и та вздрогнула, посмотрела на Эдмунда. Что он шепнул ей, никто не расслышал, но губы ее величества вновь сжались в линию, а в глазах застыла тревога.
Рио спас императрицу? Он рассказывал мне многое о своей жизни, даже в подробности отношений с семьей посвятил, а об этой детали умолчал. Почему? И как это произошло? Столько стражей во дворце и за его пределами, а во время войны ее величество все время была здесь, под присмотром. Рио охранял ее родителей на границе… Или спасение произошло еще раньше?
Пока я размышляла, когда мой муж вошел в безграничное доверие к императрице, советник куда-то исчез.
В глазах Ираины блестели слезы, тонкие пальцы сжимали подлокотники трона.
– Расскажи мне все сам, Рио, – просила она. – Я тебе поверю, разве может быть иначе? Ну же?
Почему она так не хочет, чтобы его проверили менталисты? Я углубилась в размышления, снова пожалев о том, что не изучала историю магии. Нет, что-то я читала, но так поверхностно…
Маги с даром менталистов рождались редко и всегда, без исключения, изымались из семей. Они поступали на службу во дворец практически с рождения, но до совершеннолетия учились под строжайшим контролем. Менталисты опасны, даже опаснее чародеев, и, чтобы они не натворили ничего ужасного, они давали клятву императору или императрице – смотря кто правил – отдавая им право на свою душу. Казалось бы, менталист может предать, наплевав на клятву… Но и тут была подстраховка: в таком случае семья и все близкие люди погибали вместе с ним. Оставался риск, что у менталиста не будет никаких чувств ни к семье, ни к друзьям, и, чтобы не произошло и этого, их всячески устраивали в жизни. Родителей селили во дворце, общаться им не запрещали. Друзья обязательно были, и любви хоть отбавляй. Менталистам не запрещено заводить нескольких жен, это даже поощрялось, пусть этого нельзя делать больше никому во всей империи. Так был шанс, что хоть к кому-то давший клятву маг проникнется, а значит, будет защищать любой ценой и уж точно не подвергнет их казни.
Это не объясняло, почему императрица переживает за Рио! Я сжала виски пальцами. Думай, Атали, думай, вспоминай.
Воздействие ментальной магии на неодаренного человека в большинстве случаев заканчивается смертельным исходом… На магов – помутнением рассудка…
– Альфред сделал что-то плохое? – допытывалась императрица. – Рио, он мой дядя, но не думаешь же ты, что наша родственная связь может перекрыть его предательство? Он меня предал, ты это хочешь сказать?
Чародей упрямо молчал.
Я беззвучно лила слезы. Существует огромная вероятность, что, когда ее величество все узнает, из дворца выйдем только мы трое, без Рио! Если его рассудок помутится, то кем он станет? Овощем, безвольным овощем!
Меня тянуло к нему, хотелось обнять мужа, успокоить его и успокоиться самой. Я стояла на месте, не в силах пошевелиться, и ждала с ужасом, как смерти, когда советник приведет менталиста.
– Ты сказал, что затевается мятеж. – Ираина встала с трона, но с места не сошла. – Это не в первый раз, я не боюсь. Каждый такой мятеж без труда подавляется. Народ, знаешь ли, не ожидал увидеть на престоле ребенка. Я защищена, как ты можешь видеть. Все маги империи во дворце, и если под такой защитой мне кто-то навредит, то, значит, недостаточно мудрая из меня правительница и мне не место здесь. Я не хотела такой судьбы! – Тихий голос императрицы превратился в крик. – Но судьбу не выбирают. Скажи мне, Рио. Скажи, пока не стало поздно.
– Со мной ничего не случится, – проговорил чародей. – Не все ведь рассудка лишаются, верно?
– Не все. Но каковы шансы?
Рио пожал плечами, усмехнулся.
– Слушай. – Ираина вдруг спрыгнула с возвышения и подошла к чародею, но была такой маленькой в сравнении с ним, что ей пришлось сильно задрать голову. – Если ты боишься, что я не поверю твоим словам и прикажу казнить тебя, то не проще ли воспользоваться этим шансом? Может, я поверю?
– Я сказать не могу… Только не сам. И не за себя боюсь. – Рио произнес это так тихо, что я с трудом разобрала слова. – За моей спиной женщина, которую я люблю. Ты будешь вынуждена наказать и ее, потому что она мне помогала, пусть и против своей воли. Впрочем, и я был безволен… Я не могу обвинить твоего дядю без веских доказательств, а доказательства может добыть только менталист. И заставить меня говорить может только он, потому что кл… – Рио выругался, с шипением дотронувшись пальцами до своего горла. Клятва не давала ему признаться.
– Где он? Где Альфред?
– В домике, что стоит рядом с моим особняком. Надеюсь, что он еще там.
Императрица тоже сжала ладони в кулаки и задышала так тяжело, что, казалось, ей вовсе нечем дышать. Злой взгляд метнулся к кучкующимся у выхода стражам.
– Найти и привести сюда Альфреда Блэквуда и Олайю Торвик, немедленно!
