в железный сапог, который, вероятно, превращал обычный удар в смертельный.
– Значит, ты и с мечом сражаешься? – спросила я, указывая на украшенные древними рунами ножны на ее бедре.
– Ах, ты об этом! Он у меня уже несколько столетий, а я все никак не выброшу его из-за сентиментальности. Он называется «Экскалибур», может, слышала о нем раньше.
– Экскалибур?
Моргана широко улыбнулась, а затем с гордостью продемонстрировала меч, проводя острыми когтями по лезвию.
– О, люди до сих пор его помнят? Это радует.
– Как он у тебя оказался?
– Когда-то я знала валлийского короля и его рыцарей. Он был придурком, и я украла его меч, чтобы отомстить.
По ее интонации я поняла, что этим история не кончилась.
– А потом?
– Я переспала с его лучшим другом и самым верным рыцарем.
– А потом?
– А потом я все провернула так, будто его никогда не существовало.
– Ух ты. А чем он это заслужил?
– Раздавил одного из моих пауков. – Она в ярости сжала руку в кулак. – Эй, ты что, подросла?
Из-за гнева Морганы я решила с этого момента левитировать в воздухе рядом с ней, чтобы избежать столкновений с ее маленькими друзьями-пауками, ползающими по земле.
– В любом случае, я никогда не любила истории об Артуре и Круглом столе.
– Из всех этих идиотов мне нравился только Гавейн, – вздохнула паучиха. – А Тристан был самым большим идиотом на свете.
Не успела я сказать кое-что еще, как перед нами появилась знакомая фигура, испортив настроение до предела. Бельфегор прибыл с армией существ, которые, казалось, явились из ночных кошмаров: с пропитанными кровью шипами, когтями и острыми зубами. Форма их тел варьировалась от гниющих кусков мяса до…
– Конечно, и пауки тоже тут, – напряженно пробормотала Моргана.
Поскольку Бельфегор был прародителем ночных мар, я оказалась права в своем предположении.
– Как приятно! – Лень с насмешливым выражением лица огляделся вокруг. Как и его армия из ночных кошмаров. – Я искал Маб и хотел еще раз увидеть многоуважаемую королеву ведьм! Как прекрасно, что одним махом я смогу разрушить и Неблагой двор, и королевство ведьм.
На этот раз ни я, ни Блейк не желали играть по его правилам. Решив, что это была его последняя попытка напасть на меня, я кивнула своему демону.
Атака Блейка пронзила его насквозь. Десятки острых белых костей пробили все его тело, сломали каждую кость, и из многочисленных ран начала сочиться почти по-человечески красная кровь.
– Тьфу! Этим меня не остановить.
По щелчку его пальцев костяные шипы разлетелись на тысячи мелких осколков и устремились прямо на нас вместе с кошмарными созданиями.
Маб использовала магию ветра, превратив пыль в копье, которое проткнуло Бельфегора и отбросило на сотни метров назад, в то время как ее дети бросились на армию первородного князя. Волчицы откусывали головы более мелким существам. Фейри-крыса делала вид, что получила ранение, тем самым приманивая к себе противников. В последний момент, когда кошмарные создания с визгом и чавканьем устремлялись на нее, она распадалась на десятки крыс и с шипением набрасывалась на них. Ее сестра-сова хватала существ без крыльев и поднимала в воздух, только чтобы отпустить вниз – прямо на верную смерть. А фейри-пантера использовала свои когти и зубы, чтобы обезвредить других существ.
– Вот тебе и модный трюк, – выдохнула Моргана и вонзила Экскалибур в некоторых тварей, которые, к моему великому изумлению, растворились в воздухе. Были ли они вообще реальны?
Атропос жадно набросилась на то, что я бы назвала куклой-убийцей. И просто проскользнула сквозь нее.
– Нет! Это все иллюзия!
В тот момент, когда я уже собиралась предупредить остальных, Бельфегор выскочил из-за деревьев и рванул на нас – на Маб.
– Осторожно!
Морриган бросилась к Маб и нацелила копье на демона. Он в полете отбросил его в сторону, как какую-то палочку.
Я создала огромную теневую змею, чешуя которой блестела от яда.
– Сожри его! – скомандовала я. – Выиграй нам время.
Теневое существо в ярости бросилось на Бельфегора, но он так умело уклонялся от его атак, что змея становилась все слабее и слабее и постепенно исчезала.
– Берегитесь! – выкрикнула звездная ведьма. – Существа ненастоящие, а демон обладает способностью замедлять время. Это делает мою магию неэффективной. – Затем повернулась ко мне. – Откуда это взялось? – спросила Морриган, кивая в сторону змеи.
– Я надеюсь, что если уничтожу демонов, то мне больше никогда не придется сражаться. Поэтому я выложусь по полной, только чтобы эта война была последней в моей жизни.
– Жизнь и есть война, моя маленькая ночная тень.
– Может, ты воспринимаешь это так, но я думаю иначе. Я не воительница и не хочу ею становиться.
Бельфегор по-прежнему стоял на ногах, несмотря на все мои атаки, нападения Блейка и фейри. Он выглядел слегка уставшим, но ни физические раны, ни тем более яд не могли ему серьезно навредить.
Казалось, чем агрессивнее мы действовали, чем больше объединяли наши силы, тем снисходительнее становилась улыбка на его губах.
Этот сукин сын ни на секунду не переставал улыбаться.
Как будто все это было игрой, в которой он выйдет явным победителем.
К сожалению, сейчас дела обстояли именно так…
Зарычав, Блейк попытался отбросить демона назад, но Бельфегор не сдвинулся ни на сантиметр. Тогда нежить схватил его двумя руками, чтобы раздавить живьем, как какой-то фрукт.
Вместо крови и кишок первородного демона мы увидели кости скелета, когда смертный грех предстал перед нами в своей истинной форме.
По сравнению с Блейком демоническая форма Бельфегора выглядела почти крошечной. Рогатое чудище достигало трех метров и напоминало медведя – за исключением хвоста. Его тело было массивным, но это не помешало ему молниеносно наброситься на волчиц. Он схватил одну фейри за шею и швырнул на землю, где ее сестра – явно подверженная влиянию смертного греха – с воем прыгнула на нее сверху.
Моргана использовала паутину, чтобы помешать демону, и ее сестра могла отойти в безопасное место. Другую волчицу она тоже опутала сетью, и я по собственному опыту знала, что она так просто из нее не выберется.
Маб с криком налетела на Бельфегора и вонзила свои острые клыки ему в шею. Демон и Высшая фейри сошлись в схватке, пока из огромной раны хлестала кровь. Она ведь не собиралась откусывать ему голову?
– Только через мой труп ты тронешь хоть один волос моих дочерей или жителей этого царства!
Хотя половина головы Бельфегора была отрублена, в его голосе не слышалось ни намека на беспокойство. Только без конца хлеставшая из раны кровь мешала ему говорить.
– Очень хорошее предложение, и я
