один лекарь из тех, что были доступны, не смогли помочь. Мы встали в очередь на исцеление силой Великого осколка, но… Не дождались».
«А часы тут при чем?»
«Они исчезли. В день, когда Владимир умер, они еще были на месте. Не знаю, почему я обратила на это внимание. Просто врезалось в память — он ведь скончался прямо за письменным столом… А на следующий день часов уже не было в кабинете. Я перепроверила все! Перетрясла каждого слугу! Воспользовалась своим даром и просканировала каждого, кто мог заходить в кабинет Владимира! Даже специально ездила к следователям и медикам. Которые работали на месте смерти. Проверила каждого, кто в тот день входил в кабинет…»
«И что?»
«И ничего», — отрезала Наталья. — «Часы исчезли. Как раз перед тем, как должны были приехать специалисты из Тайного отделения. Из Петрополя. Все же смерть графа, пусть и казавшаяся естественной, — дело важное, и для порядка высылают группу проверки. А у них хорошее оснащение, и они проверяют помещения на предмет воздействия чужеродной силой, анализируют все артефакты…»
Я понял, к чему вела Наталья. Она думала, что убивший графа артефакт мог быть спрятан в часах. Или сами часы были им. В принципе, такое теоретически возможно — создать нечто, что будет мягко и постепенно убивать человека. Но это дорого, сложно и требует особых навыков. Очень редких.
«Ты рассказала о пропаже прибывшим специалистам?»
«Ты меня совсем за дуру держишь⁈ Конечно!»
«И что?»
«И ничего. Зафиксировали, обещали поискать… Но ничего не нашли. А само дело закрыли за неимением состава преступления. Официальная причина смерти — слабое сердце. К тому же в легких нашли воду».
Увы, даже одаренные не бессмертны. И даже великолепный лекарь не всегда сможет исцелить другого аристократа. Случаи разные. А сила Великого Осколка, которую могли использовать для этого, тоже была не бесконечна, и поэтому с особо серьезными случаями приходилось подавать запрос в императорскую канцелярию и отстаивать длинную очередь. Так что да, со стороны все выглядело вполне трагично, но естественно.
«Хорошо. Предположим, я поверил, что ты решила отыскать губителей и устроить им собственное возмездие. Но что это был за граф, который подарил твоему мужу эти часы? Ты знаешь его имя?»
Наталья криво улыбнулась — из-за спазма улыбка вышла жуткой, как у пораженного инсультом человека.
«Конечно, знаю. Не только имя. Генрих фон Альтанн», — сказала она. — «Отец твоего друга Фридриха».
Глава 29
Она надо мной издевалась, да? Какой еще к черту Генрих фон Альтанн? Ну каким образом все это могло быть связано?
С другой стороны, если предположить, что все поиски Натальи завершились успехом, то все это обретало какой-никакой смысл. А я, как обычно, влез не в свое дело и застрял в нем по уши.
«Ладно», — сказал я. — «Побереги силы. Я придумаю, как нас вызволить».
«Ты что, не понимаешь⁈» — вскричала у меня в голове графиня. — «Это конец! Все! Мы слишком много знаем. Каралис ни за что не отпустит нас живыми».
Ага, как будто я намерен у него спрашивать.
Впрочем, шанс спросить представился довольно быстро. Массивная железная дверь отворилась, и внутрь зашли трое: Каралис собственной персоной — даже не сменил выходной костюм — и еще два тихих человечка в белых халатах. Понятно, пришли менять нам наркоту.
— Вижу, вы очнулись, ваше сиятельство, — проговорил Ночной король, когда я уставился на него в упор. — Что ж, и здесь вы проявили удивительную стойкость. Коктейль из интравенозных анестетиков, опиоидных анальтетиков и мышечных релаксантов мало кому удается перебороть…
Я молчал и позволил подошедшему человеку в халате заменить мне мешок в капельнице. Пока нельзя бить. Нужно копить силы. Но если коктейль из этой наркоты польется с новой силой, может не получиться сконцентрироваться. Значит, времени мало.
— Сволочь! — прохрипела Воронцова.
Ну Наталья, ну зачем тратишь силы?
— Отчего же сразу сволочь, ваше сиятельство? — улыбнулся Каралис. — Во всем вы можете винить только себя, Наталья Дмитриевна. Это вы начали копать там, где не следовало. Это вы проявили упрямство и не остановились, хотя вам несколько раз прозрачно намекали…
— Вы убили его! Вы убили моего мужа!
— И снова нет. Его сиятельство умер своей смертью.
— Лжешь! — несмотря на то, что в графине было полно успокоительных, она выглядела как разъяренная кошка. — Лжешь, тварь!
— Увеличьте Наталье Дмитриевне дозу, — распорядился Ночной король, и стоявший возле Воронцовой медик кивнул.
Воронцова дернулась.
— Не смей!
«Заткнись и прекрати тратить силы!» — рявкнул я ей в голову. — «Сделай вид, что лекарство начало действовать. Нужно усыпить их бдительность».
К счастью, она послушалась. Для вида дернулась еще пару раз, но затем стихла, когда новая порция коктейля полилась ей в вену. Умничка.
Каралис наклонился надо мной, достал носовой платок и промокнул испарину на моем лбу. Тоже мне, мамочка.
— А вы, Николай Петрович, настоящий бриллиант, — улыбнулся он. — Такой персонаж, как вы, станет настоящим украшением нашей коллекции.
Я приподнял брови в немом вопросе.
— Не пугайтесь, убивать я вас не стану. Вы слишком ценный экземпляр для того, чтобы пускать вас в расход. И на вас у моих хозяев большие планы.
«Хозяев», значит. Если Каралис, Ночной король, их слуга, то что же там за общество такое? Пусть говорит. Пусть расскажет как можно больше.
— С одной стороны, мне жаль, что вы оказались впутаны в эту историю, Николай Петрович, — Каралис оперся подбородком о ладонь и взглянул на меня. — Это вообще вас не касалось, но вы влезли в эту историю еще в Земуне. И влезли крайне неудачно. Тем не менее, для моих… нанимателей вы станете большим приобретением. Русский князь, богатый, молодой, легко заводящий знакомства… И большой поклонник Сербии, как я погляжу. Для вас непременно найдется отличная роль. Они находят роли для всех.
