на Марсе». Через два года, используя более точное оборудование, Синтон подтвердил свои прежние выводы: «
Наблюдаемый спектр очень точно соответствует тому, какой обнаруживается в органических соединениях и особенно в растениях. Заманчиво предположить… что тёмные области [
на Марсе]
, появлявшиеся на протяжении истории наблюдений за планетой, также содержат органические молекулы. Если это верно, то органические молекулы образуются в локализованных областях за относительно короткие промежутки времени. Рост растительности, безусловно, представляется наиболее логичным объяснением появления органических молекул». То была иллюзия, порождённая парами тяжёлой воды в земной атмосфере, но от неё практически невозможно было отказаться: отказ от «растительной» гипотезы означал крах последней надежды найти на Марсе хоть какую-то жизнь.
Рис. 42. Один из снимков поверхности Марса, полученный американским космическим аппаратом «Маринер-4» 15 июля 1965 года. NASA/JPL.
Но признать горькую правду пришлось. В ноябре 1962 года начались исследования Марса с помощью космических аппаратов: к планете стартовала советская межпланетная станция «Марс-1» (2МВ-4 № 2). Её главной задачей был пролёт над марсианской поверхностью для фотографирования с последующей передачей изображения по радиолинии на Землю. К сожалению, 21 марта 1963 года связь с ней была потеряна. Удача улыбнулась американцам: 28 ноября 1964 года они успешно запустили аппарат «Маринер-4» (Mariner IV). 15 июля 1965 года он пролетел в 9846 км от Марса и передал на Землю двадцать два снимка.
Они показали поверхность, густо изрытую кратерами (при первом же обзоре было идентифицировано 70 ударных кратеров) и… совершенно безжизненную. Никаких признаков каналов или растительности на Марсе обнаружено не было. Получалось, что скептики правы, и Марс больше похож на Луну, чем на Землю. Его атмосфера слишком слаба, чтобы защищать поверхность от метеоритов. Даже если бы там и возникли какие-то зачатки жизни, они были бы уничтожены непрекращающейся метеоритной бомбардировкой. Теоретики, отстаивавшие образ Марса как пустынной планеты, могли торжествовать. Но хотелось ли им торжествовать? Человечество было поставлено перед фактом: оно, скорее всего, одиноко в Солнечной системе, и в ближайшее время контакт с братьями по разуму вряд ли возможен.
Тех, кто рассчитывал обнаружить на Марсе руины древней цивилизации, тоже ждало разочарование: согласно существующей методике датировки кратерообразования, получалось, что самые большие и древние кратеры появились на планете два или больше миллиарда лет назад, значит, уже тогда она была безжизненной или стала таковой в результате столкновения с крупными космическими телами – астероидами и кометами.
Отсутствие следов воздействия на кратеры водных потоков (а именно так постепенно разрушаются ударные кратеры на Земле) похоронило и гипотезу о том, что на Марсе есть открытые водоёмы. Но если на планете нет воды, там не смогли бы развиться даже самые примитивные формы жизни.
Поразительно, но некоторые учёные, получив достоверную (хотя и обрывочную) информацию о реальном Марсе, не сумели преодолеть сложившиеся стереотипы. В качестве примера можно привести статью американского ботаника Фрэнка Солсбери «Разум на Марсе», которая, вероятно, никогда не публиковалась на языке оригинала и была написала специально для советского научно-популярного сборника «Населённый космос» (1972). Признавая, что снимки и сведения о природных условиях на Марсе, которые успел передать «Маринер», прямо опровергают все гипотезы о возможности существования там какой-либо биосферы, Солсбери писал: «Так как марсианская среда коренным образом отличается от нашей, мы должны ожидать, что жизненные формы там тоже сильно отличаются от земных… Марсианские организмы могут расщеплять кислород из окисей железа, содержащихся в почве „пустынь“, подобно тому как происходит расщепление кислорода из воды в процессе фотосинтеза у земных растений… Животные могут решить биохимические проблемы марсианской среды так же, как решили их растения. Марсианские „моря“ мы можем считать чем-то аналогичным нашей растительности. Но в такой биологической ситуации возможны и самодвижущиеся организмы… А если есть животные, то мы должны признать для них возможным достижение того уровня, на котором начинается сознательное взаимодействие со средой, а это мы называем „рефлективным разумом“… Мы должны умственно, эмоционально и научно приготовиться к тому, что наш ближайший космический сосед, быть может, населён разумными существами».
Проблема астроботаники и ранней астробиологии состояла прежде всего в том, что их сторонники оперировали методом аналогий. Однако их предшественники говорили о том, что законы развития жизни на Земле можно распространить и на другие планеты, если там сложились более или менее подходящие условия, а теперь утверждалось, что она может зародиться в любой среде, но мы в силу ограниченности возможностей нашего инструментария или представлений не способны её увидеть. Доказательство через отсутствие доказательств. Понятно, что такой подход был ошибочным по сути, поэтому неизбежно породил целую ветвь лженаучных теорий и домыслов.
3.2. Секретные материалы
Хотя взгляды учёных на обитаемость Солнечной системы менялись в первой половине XX века драматическим образом, профаны не заметили особой разницы. Благодаря фантастике, которая теперь массово распространялась через дешёвые палп-журналы (pulp magazines) и кинематограф, у обычных людей складывалось впечатление, что соседние планеты буквально кишат жизнью, а инопланетяне прилетают к нам с незапамятных времён и тайно вмешиваются в дела человечества.
В качестве иллюстрации рассмотрим вклад в ксенологию знакомого нам американского изобретателя Хьюго Гернсбека, выходца из Люксембурга, который учредил множество журналов и, как считается, ввёл в употребление в англоязычном мире термин «научная фантастика» (scientif ction). В 1915 и 1916 годах он написал цикл рассказов о приключениях современного барона Мюнхгаузена в Солнечной системе. Прибыв на Марс, барон находит его населённым: «Цивилизация на Марсе, должно быть, существует уже несколько сотен тысяч лет. Закон эволюции учит нас, что мы должны ожидать присутствия там очень культурной и совершенной расы. Как показывает наша земная эволюция, человеческая голова всё время становится больше и больше. Должно быть, на Марсе было то же самое, потому что условия там почти такие же, как на Земле. Следовательно, мы должны ожидать встретить расу с огромными головами. Поскольку воздух на Марсе разрежён, звук разносится не так хорошо, как в более плотной атмосфере, то мы должны ожидать, что марсиане располагают большими воронкообразными ушами, а так как крупная голова почти всегда снабжена огромными глазами, мы можем с уверенностью сделать вывод, что у марсиан большие глаза. Однако есть одно важное отличие физических условий на Марсе по сравнению с земными, а именно – гравитация. То, что весит один фунт [0,45 кг] на Земле, на Марсе весит всего 0,38 фунта [0,17 кг]… Меньший вес тела приводит к его чрезмерному росту по той причине, что сила тяжести меньше воздействует на каркас туловища. Небольшой расчёт, основанный на приведённых выше значениях силы тяжести, наводит нас
