воина, Иджил-Буха!
Услышав это имя из уст Хайсана, Сон Ин вмиг очнулся и поднял глаза. Он увидел, как прежний ван заходит в юрту вместе с одним из своих стражей. Встретившись взглядами с побледневшим и усталым Воном, Сон Ин наконец понял, что происходит.
– Ваше величество шутит надо мной? – заскрипел зубами он.
Хайсан пожимал плечами, словно ничего не понял.
– Не ты разве сказал, что одной лишь встречи с Иджил-Бухой будет достаточно? Я исполнил твое желание: позволил тебе встретиться с со своим государем. – Живо глядевший на него правитель Хуайнина переключил внимание на Вона, и в глазах его заплескалась игривость. – Как впечатления, Иджил-Буха? Было интересно?
– Великолепная пьеса, Хайсан. Великолепное представление, Сон Ин! – с трудом улыбаясь, ответил Вон. Губы его чуть дрожали.
– Я думал, ты очень умен. Вот и счел тебя полезным… Хотя слишком уж умные склонны приближать свою смерть.
– Ваше величество тоже человек мудрый, – удовлетворенно улыбнулся Сон Ин и спросил: – Разве вашей мудрости не известно, что прежний ван нарушил вашу клятву побратимов, вступил в сговор с вашей матерью и долгие годы тайно замышлял возвести на престол принца Аюрбарибаду, а не вас? Так чего ради он прибыл сюда, чтобы приблизить собственную смерть?
– Хайсан, ты! – удивленно взглянул на него Вон, и Хайсан, хмыкнув, ласково приобнял Сон Ина за плечи.
– И впрямь удивлен, Иджил-Буха? Я давно уже знал о твоем предательстве. С тех пор как тебя изгнали из Корё и послали в Тэдо с десяток лет назад, я регулярно получал подробные донесения о том, какие дела ты ведешь. В последнем из них сообщалось, что ты, призвав Аюрбарибаду в Тэдо, мне о смерти каана не сообщил. Догадываешься, кто доносил мне на тебя, не так ли?
– Как ты смел, Сон Ин! – дрожа от гнева, потянулся схватить его за горло Вон. – Ты уверял, что хочешь служить под началом будущего вана, а теперь предаешь своего господина? Где теперь то будущее Корё, которое ты желал построить вместе со мной?
– Я никогда не считал тебя своим господином, а значит, и не предавал, – нагло бросил он. Тон его был неподобающим для подданного. – Будущее Корё, которое я желал построить, возможно лишь без вашего величества. Оба мы по натуре своей не умеем делиться властью, поэтому ужиться никак не сумели бы.
– Так ты собираешься избавиться от меня, как вздумается управлять моим отцом, а Ван Чона сделать марионеточным правителем, чтобы заполучить всю власть, которой так желаешь? Впечатляющий план.
– Теперь до власти мне нет дела. Она меня больше не интересует. Я лишь хочу, чтобы ты поплатился за все, что заставил меня пережить. Сожалений и корысти во мне нет.
– Заставил пережить тебя? Я? – От нелепости обвинений Вон не сумел сдержать усмешки, даже гнев его поутих. – Ты загнал меня в тупик, а теперь говоришь подобное? Не я разве должен жаловаться на пережитое из-за тебя, мерзавец!
– Десять лет назад ты убил прямо у меня на глазах девушку, ваше величество, – мертвенно тихим голосом спокойно произнес Сон Ин. Но, несмотря на видимую хладнокровность, в его тусклых глазах плескалось опасное безумие, точно он вот-вот сорвется и вновь примется размахивать клинком.
– Что ты несешь?
Голос Вона звучал раздраженно. Глаза Сон Ина, направленные на прежнего вана, видели не его, а нечто иное. Нечто, что уже исчезло и больше не существует, но навсегда осталось у него на сердце.
– Ту девушку я когда-то отыскал у горы Тайшань, – потускнел его голос. – Прежде чем попасть мне на глаза, она была лишь низкородной девчонкой. Но даже так она была настоящей жемчужиной. Отполируй – любого мужчину очарует. Поэтому я забрал ее и воспитал, чтобы она стала нитью, которая свяжет вана, превратит его в марионетку, которой я смогу управлять по своему разумению.
– Она… – действительно удивившись на сей раз, лишился дара речи Вон.
Сон Ин продолжил за него:
– Догадался, о ком я? Его величество дал ей идеально подходящее имя – Муби. Сказал, что никому и ничему на свете с ней не сравниться. Теперь-то точно понял?
– Так это ты привел ее во дворец?
– Это имя вашему величеству хорошо знакомо. Муби, кого порой звали Торасан. Она, как и ее имя, была несравненна: в красоте, развратности, вульгарности и коварстве! Она была моей женщиной, ваше величество. Что это значит? Что я, Сон Ин, не желал отдавать ее никому. Пусть она разделяла немало ночей со старым ваном, но и телом, и душой она принадлежала мне. Вы ведь слышали, что она сказала перед смертью? Что счастлива умереть любимой тем, кого любит сама. И видели улыбку, которую она подарила тогда. Счастливую улыбку! Мне – тому, кто привел ее во дворец, превратил в игрушку для старика и отдал вам в руки! Вы ведь прекрасно помните, кто одним ударом меча лишил ее жизни?
Глаза Сон Ина прояснились, точно он вернулся к реальности, и холодно усмехнулся. Вон горько усмехнулся ему в ответ.
– И ты устроил все это, чтобы убить меня? Правда хочешь, чтобы правитель заплатил за смерть какой-то ничтожной девки собственной жизнью?
– У каждого жизнь лишь одна, поэтому смерть – самая справедливая плата за смерть. Жаль лишь, что я не увижу, как ты бьешься в муках над изуродованным телом госпожи из Хёнэтхэкчу… Что ж, ваше величество правитель Хуайнина, покарайте предателя. Прежний ван Корё императорской крови, а значит, как заведено, пусть умрет бескровно – от удушения.
С этими словами Сон Ин повернулся к Хайсану, который так и держал его за плечо. Тот, неловко улыбнувшись, отпустил мужчину и подошел к Вону.
– Так бы и следовало поступить… Но, видишь ли, возникла проблема.
– О чем это вы? Иджил-Буха поклялся, что в притязаниях на имперский трон поддержит вас, а не вашего брата?
– Ну… можно и так сказать.
– Но он, полагаю, убедил оставить тому место при дворе, а не ссылать его? Быть может, даже сделать наследным принцем?
– И впрямь ты необычный человек. Захотелось забрать тебя себе.
– Если вы согласитесь, престол тотчас отойдет вашему брату. Если сейчас пощадите Иджил-Буху и проявите великодушие, надеясь заручиться его верностью, в будущем он непременно вонзит вам нож в спину. Верьте моим словам, ваше величество. Если вы не убьете его прямо здесь и сейчас…
Не успел Сон Ин договорить, как ему к горлу приставили острие меча. То был безмолвный воин, стоявший за спиной у Вона, точно каменное изваяние. Хайсан же лишь пожал плечами.
– Может, ты и прав. Но я не трону Иджил-Буху – слишком уж он устрашающий.
Почувствовав холодный, мерцающий взгляд из-под спутанных прядей, Сон Ин невольно вздрогнул. Что-то в этих глазах показалось ему знакомым. Когда он понял, кем был этот воин, лицо мужчины перекосилось от ужаса.
– Ван… Лин? П-почему ты здесь с прежним ваном?..
Широко распахнув глаза, Сон Ин переводил взгляд с Вона на Хайсана. И тут все стало ясно: они уже достигли согласия относительно предательства прежнего вана. Удивление на лице Вона, вторивший ему Хайсан – все это было лишь притворством. Он заподозрил неладное уже в тот миг, когда вслед за Хайсаном в юрту вошел и Вон. Теперь же Сон Ин ясно видел, что финал для него лишь один. Бежать некуда, скрыться негде. Загнанный в угол, он вновь обрел привычную дерзость и, невзирая на холод металла у самого горла, гордо вскинул голову:
– Знай я, что ваше величество теперь вместе с Суджон-ху, я бы не стал убивать госпожу из Хёнэтхэкчу, чтобы показать вам ее обезглавленное тело. Достаточно было бы просто привести ее к вам – тогда я мог бы с наслаждением наблюдать, как вы в кровавой бойне изорвете друг друга в клочья…
Острие меча опасно впилось в шею Сон Ина: еще слово – и он рисковал оказаться насаженным на клинок, точно мясо на вертеле. Однако замер он лишь на мгновение, а после снова пустил в ход свое скользкое, ядовитое красноречие:
– Если ваше величество желает завладеть ею, на сей раз нельзя сплоховать, как тогда, придется убить Ван Лина. Но тогда… вас ждет лишь ее ненависть. Я потерял свою женщину, но по крайней мере ее любовь принадлежала мне. Что до вас… Как и предсказывала Муби,
