Евгения Владимировича.
– Я так рад вас сегодня видеть, – сказал он, коснувшись своего подбородка. – Вы недавно пришли?
– Да, мы, к сожалению, опоздали на собрание.
– Ничего срочного не было.
– Если собрание окончено, почему никто еще не ушел? – удивилась Алиса.
– Пока не уйдет Верховный, все должны оставаться здесь.
– Шкукотища, – сказала Стася с полным ртом, жуя сладкую тарталетку.
– Таков порядок.
– В следующий раз постараюсь не опаздывать, – сказала Алиса с надеждой в голосе. «Я ведь даже не знала, что собрание началось, когда ко мне пришла Стася».
– Вы, должно быть, успели познакомиться с Воронами?
– Не со всеми, – уклончиво ответила она.
– Среди нас невероятное множество талантливых и одаренных людей. Повара, хирурги, депутаты, адвокаты, радиоведущие, бывшие разведчики и военные, руководители огромных компаний, – сказал он с придыханием, не скрывая своего восхищения. – И это лишь малая часть профессий, где могут встретиться Вороны. Наш мир полон чудес…
– Прям «Таня Гроттер», – хихикнула Стася.
– Попрошу вас, не упоминайте при мне этот позор современной литературы, – одернул ее Евгений Владимирович.
– Тогда «Гарри Поттер».
– Не люблю это название, – признался он и, наклонившись к будущей Верховной, добавил: – Совершенно некорректно. Это как если бы нашу историю назвали «Алиса Воронова», а не «Великие Вороны».
– Ну так цикл о взрослении именно Гарри Поттера, – вступилась Стася. – Поэтому логично, что история называется в его честь. С некоторым уточнением в каждой последующей книге…
– Вздор! Мне искренне нравится история о Хогвартсе. Но я не понимаю решение автора назвать такую большую вселенную именем одного героя. Далеко не один Гарри является действующим лицом.
– Ох, Евгений Владимирович, но посмотрите на это с другой стороны…
Пока Стася спорила со своим преподавателем, кто-то коснулся плеча Алисы. Она невольно дернулась и обернулась. В шаге от нее стоял Смерть – назвать его «Гришей» даже в мыслях было невозможно, – который одарил ее легким кивком и тихо произнес:
– Верховный ожидает тебя в своих покоях.
– Меня?
На ее вопрос Смерть лишь молча моргнул, не отводя пристального взгляда холодных голубых глаз от лица девушки. Алиса посмотрела на сцену и поняла, что мужчины там уже не было.
III
Белый вошел в кафе с незыблемым желанием во всем разобраться. Лже-Сергей сидел за столиком у стены, спрятав руки в карманах брюк. Подойдя к нему, Александр первый начал разговор:
– Ну здравствуй, Сергей Кузнецов. Или мне лучше назвать тебя настоящим именем, Питер Хо́лтер?
Он ожидал увидеть на его лице удивление, страх, непонимание, злость, но никак не улыбку. Мужчина качнул головой и с одобрением в голосе сказал:
– Молодец, Белый. Я ждал, когда же ты поймешь.
– Пойму? – возмутился Александр. – Что пойму? Что ты обманом втерся мне в доверие? Чтобы… Чтобы что?
– Мне можно доверять, – добавил Питер с серьезным выражением лица.
– После такого? – воскликнул он. – Ты в своем уме? Я не могу больше здесь находиться. Это какой-то сюр…
Белый уже развернулся, чтобы уйти, но Питер Холтер встал из-за стола и схватил его за руку. Парень вырвался и злобно посмотрел на человека перед собой. «Как и сказала Лера. В моем окружении плут». Но не успел он что-либо сказать, как мужчина опередил его:
– У меня есть ответы. Те ответы, которые тебе так нужны.
Бесстрастный уверенный тон. Питер не умолял остаться, не угрожал, просто констатировал факт. Оставлял ему свободу выбора. И это задело Александра, заставило задуматься.
– Как я могу тебе верить? После того, как ты намеренно меня обманул.
Питер не ответил, без слов достал из кармана телефон и повернул экраном к нему. Белый взглянул на фотографию и застыл на месте. На ней была изображена Юлия Бакуменко в компании незнакомого ему парня, которая забралась на памятник Тургеневу. Судя по обстановке и освещению, фото было сделано ночью и относительно недавно.
– Откуда это у тебя?
– Присядь. Я все тебе расскажу.
Неуверенно переступая с ноги на ногу, Александр все же сделал то, о чем его просили. Он занял место за столом и угрюмо посмотрел на своего «напарника». Мужчина пролистнул фотографию и показал еще несколько снимков с других ракурсов. Белый приблизил их и четко рассмотрел девушку. «Это точно она».
– Эта девушка жива. По крайней мере, пока, – сказал Питер ровным голосом. – И я знаю, что ты ее ищешь уже больше полугода.
– Когда ты ее видел?
– В ночь с пятого на шестое июля.
– Что за парень рядом?
– Это не имеет значения. Он ушел раньше нее, а Юлиана… Хотя, будет точнее сказать, Юлия вернулась на Думскую в поисках приключений.
– Ты следил за ней?
– Целенаправленно – нет. Но не заметить ее было трудно, – увидев вопросительный взгляд Белого, он уточнил: – Слишком громко она смеялась.
– И ты знаешь, где она?
– Предполагаю.
– Почему я должен верить тебе? Все же ты уже раз обманул меня.
– Потому что хочу того же, что и ты – справедливости. Есть причины, по которым я не мог сразу сказать тебе свое имя.
– Ну да, лучше представиться другим человеком, втереться мне в доверие и подождать, пока я сам нарою на тебя крупицы информации, чем сказать все прямо, – саркастически ответил Александр. Ему пришлось изрядно постараться, чтобы найти данные на этого мужчину. В их базах он не числился, поэтому пришлось схитрить, чтобы установить его личность.
– Считай это проверкой, – сказал Питер совершенно серьезно.
– Я здесь не за тем, чтобы играть в твои игры.
Александр поднялся, отодвинув стул, который громко скрипнул ножками о пол. Питер Холтер тихо выдохнул и качнул головой:
– Шифр Гронсфельда.
– Что?
– Я предположил, что Алиса изучала криптографию в институте. И оказался прав. Она без труда расшифровала мое послание.
– Так это был ты? – воскликнул Белый.
Несколько сидящих неподалеку человек обернулись на него и одарили осуждающими хмурыми взглядами. Смутившись, следователь вновь сел за стол и наклонился к Питеру:
– Это ты отправил тот шифр.
– Да.
Перед мысленным взором Белого мгновенно материализовался образ его бывшего напарника в больничной одежде. «Имя. Я требую имя», – твердил Невзоров каждый раз с горящими яростью глазами. Сердце Александра неприятно кольнуло: «Теперь я знаю его имя».
– Но почему Алисе? Почему не сразу нам, в отдел?
– Мне нельзя светиться, – уклончиво ответил Питер.
– Правонарушений за тобой не числится. Да и ты подозрительно хорошо владеешь русским языком для гражданина Норвегии.
– Ты хорошо постарался. Возможно, однажды я расскажу свою историю. Но сейчас мы обсуждаем не меня.
– И что же мы обсуждаем?
– Алису и то, почему с ней происходит вся эта чертовщина.
Белый широко распахнул глаза и открыл рот в изумлении. С каждым новым ответом Питера у него возникало еще больше
