Веспера вспыхнуло раздражение, но затем он кивнул: – Хорошо. Я провожу тебя.
– Не утруждайся, – донесся до нас голос Дравена, он стоял в пятнистом свете луны под деревом, скрестив руки на своей широкой груди. – Пойдем, Пен.
– Думаю, леди может сама решить, – проговорил Веспер, но за его обманчивой мягкостью скрывалась сила.
Дравен зарычал. Тот низкий звук, что возникает где-то в глубине горла. Я почувствовала, как по телу побежали мурашки.
– Леди под моей защитой.
– Я пойду с ним, все в порядке. Мы все идем к костру, – быстро сказала я, коснувшись руки Веспера.
Я направилась к Дравену, мое сердце бешено колотилось в груди.
Отругает ли он меня, как ребенка? Скажет ли, что я поступила неправильно?
Но он лишь процедил:
– Мы едва знаем его, Моргана. – Его голос был тихим, едва различимым.
Затем он вздохнул, и я увидела, как его рука взъерошила густые черные волосы.
– Обещай мне, что будешь осторожна.
Я кивнула, с облегчением выдохнув оттого, что все произошедшее останется здесь. С того момента как Дравен нас нашел, меня терзало странное чувство вины.
На обратном пути мы молчали.
Тем не менее я заснула, прижимая пальцы к губам, с улыбкой на лице.
Глава 26
Всю эту неделю я чувствовала в себе небывалую легкость.
Мы с Веспером не обсуждали произошедшее, однако украдкой встречались взглядами, невзначай легко касались друг друга, а редкие перешептывания заставляли сердце биться чаще.
Дравен игнорировал все это, по причине раздражения или из вежливости – я не знала. Впрочем, это не имело значения. Я была благодарна. Три человека вдруг стали очень неудобным числом.
Мы ехали весь день и прибыли к Вратам Орин как раз к закату.
После недель путешествия среди густых зеленых лесов сегодня пейзаж наконец начал меняться, уступая место более открытым и каменистым территориям.
Теперь мы стояли на краю утеса с видом на город. Перед нами раскинулся горный панорамный вид с острыми вершинами, похожими на зубы тролля, тянущимися ввысь, к небу.
Внизу виднелась столица Керунноса. Врата Орин представляли собой нагромождение крепких каменных и деревянных строений, но среди них были и более величественные сооружения, включая стремящиеся ввысь, украшенные орнаментами шпили. Трубы золотых и медных шахт, что окружали город и приносили ему богатство, извергали густые клубы дыма, которые поднимались высоко над зданиями.
Даже с такого расстояния я видела, что улицы кишат жизнью – торговцами, которые распродавали свои товары, и телегами, которые были загружены рудой.
Я украдкой взглянула на Дравена, но он уже развернул коня. Со вздохом я последовала за ним. Он повел нас вниз, прочь от города.
Мы ехали быстро, пока не исчерпали оставшийся дневной свет. Дравен явно стремился увести нас как можно дальше от переполненного города. Мы следовали пути фейри, который огибал Врата Орин и вел в менее густой лес, обходя горную цепь, которая лежала на западе за городом.
Мы достигли границы Керунноса и разбили лагерь. Следующим утром нам предстояло пересечь Кровавые земли. Через несколько дней мы планировали быть в Вальтейне.
Ужин той ночью был быстрым. Дравен выглядел более уставшим, чем обычно, и, бросив на меня быстрый взгляд, отправился спать.
Мы с Веспером остались у костра вдвоем.
Некоторое время менестрель играл на лютне.
Музыка сначала была успокаивающей, но постепенно мелодия усилилась, ноты жалобно взвыли, пробуждая во мне глубокое и болезненное желание. Я не могла оторвать взгляд от Веспера, все остальное как будто исчезло на фоне его игры.
Было что-то сверхъестественное в том, как он играл. Музыка казалась способной проникнуть в самую душу, очаровывая и околдовывая меня.
Менестрель с головой отдавался любимому делу. Его глаза закрылись, а голова откинулась назад, пока пальцы двигались все быстрее и быстрее по струнам лютни.
В конце концов он отложил инструмент, поднялся и подошел ко мне.
– Можно?
Я немного подвинулась, и он сел так близко, что наши бедра соприкоснулись.
– Я скучал по тебе. Останешься со мной, Пен?
Я кивнула, почувствовав, как расслабляется мое тело. Я прижалась к мужчине, наслаждаясь его теплотой.
Я украдкой разглядывала его профиль, ощущая знакомый запах. Часть меня хотела положить голову ему на плечо и просто закрыть глаза.
Я зевнула.
– Ты устала? Уже хочешь спать?
Его рука незаметно скользнула в мою. Он повернул мою ладонь вверх и начал медленно водить по ней большим пальцем, рисуя круги. Это было невероятно приятно. Я задохнулась от удовольствия, и Веспер тихо рассмеялся.
– Тебе нравится?
Я кивнула, заметив, что его глаза блеснули в свете костра.
– Расскажи мне о себе, Веспер. Кто ты такой?
Я закрыла глаза, а он продолжал массировать мою руку.
– Кто я такой? – Он рассмеялся. – На этот вопрос сложно ответить, не так ли?
– Расскажи мне хоть что-нибудь. У тебя есть братья или сестры?
Он немного помолчал, затем произнес:
– У меня есть сестра. Младшая сестра.
– А у меня есть брат, – сказала я, думая о Кее. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы вспомнить про Артура. Я осознала, что с каждым днем я все меньше воспринимаю его как брата. – Два младших брата. Один всего на год младше меня, так что я почти не считаю его младшим.
Веспер кивнул.
– Ты ладишь с сестрой?
Его рука дрогнула:
– Конечно. Особенно теперь, когда нас осталось только двое. Наша мать умерла несколько лет назад.
– Мне очень жаль, – вздохнула я. – Моя мама умерла, когда я была совсем маленькой. Сколько лет твоей сестре?
Вновь пауза.
– Ей двенадцать. Когда моя мать умерла… У нас почти ничего не было. Моя сестра переехала к родственникам, а я работаю и отправляю ей деньги.
– Ты часто ее видишь?
Он покачал головой:
– Не так часто, как мне бы хотелось. – Он встретился со мной взглядом. – А ты?
– Это самый длинный срок, что я когда-либо была вдали от своих братьев.
– Но они с твоим отцом, я полагаю?
Я замешкалась:
– Нет, он тоже умер. Это мои сводные братья на самом деле. Но я считаю их своей семьей. – Хотя теперь я знала, что Артур никогда не воспринимал меня так же. Но Кей? Я надеялась, что он чувствует то же, что и я, и это никогда не изменится.
– Твой отец женился снова? Понимаю.
– Да. – Я сделала глубокий вдох. – Дважды.
Веспер поднял брови:
– Три жены, трое детей?
– Точно. Моя последняя мачеха была очень добра. Она умерла, рожая моего младшего брата.
– Ты многих потеряла, – заметил Веспер.
– Наверное, да. – Я подумала об Эниде. Прекрасной, милой Эниде, матери Кея. Как бы сложилась моя
