видишь, я жива. – Я покачала головой.
Стиг посмотрел Фелла.
– Значит, он говорил правду? – уточнил он таким тоном, будто поверить в это было абсолютно, категорически невозможно.
Я тоже перевела взгляд на Фелла.
Муж пожал плечами и кивнул.
– Сам видишь, зря вы тащились в такую даль. Что ж, теперь можете разворачиваться и убираться восвояси.
Я раздраженно выдохнула. Мужчины есть мужчины.
– Фелл, – сердито сказала я, наградив мужа суровым взглядом, затем посмотрела на Стига и его войско. – Открывай ворота!
Никакая сила на земле не могла помешать мне обнять Стига.
Да, он привел к воротам нашей крепости целое войско и намеревался водрузить на пику голову моего мужа, но он решился на это ради меня. К тому же он был моим лучшим другом. Близким мне человеком. Он словно привез с собой частичку моего родного дома, частичку моего прежнего нормального бытия. И конечно, я страстно желала вновь испытать это знакомое чувство комфорта, ведь теперь мою жизнь никак нельзя было назвать нормальной.
Мы втроем прошли в личную библиотеку Фелла.
Я спиной чувствовала пристальный взгляд мужа, когда Стиг заключил меня в объятия, обдавая теплым дыханием мои волосы. В конце концов я отстранилась от него и с опаской посмотрела на Фелла.
Лицо его было бесстрастным, взгляд – тяжелым, как камень. И все же я почувствовала необъяснимый порыв извиниться перед ним. За что? За то, что обнялась с другом? Я подняла подбородок, стараясь выглядеть уверенной в себе, спокойной. Невозмутимой.
Мужчины молча, не шевелясь, смотрели друг на друга. Как два изваяния.
Я прокашлялась. Видимо, именно мне предстояло пересечь невидимую линию на песке… заговорить первой, примирить этих двоих.
– Ну что ж. Очевидно, вышло недоразумение.
– Очевидно, – отрывисто подтвердил Фелл.
– Мы получили твое сообщение… – начал Стиг.
– И решили двинуть армией на север в полной боевой готовности, – перебил его Фелл.
– По-твоему, я должен был отнестись к этому известию серьезно? – пожал плечами Стиг, словно речь шла о пустяке, а не о настоящей войне.
Фелл угрожающе шагнул к Стигу.
– А теперь послушай меня, – произнес он тихим сердитым голосом. – Дракон существует. По крайней мере, один. Живой и здоровый, летает где-то рядом, представляя угрозу для всех нас. – Фелл указал на меня, и я подавила дрожь. – Дракон захватил Тамсин. Спроси у нее сам.
Стиг посмотрел на меня, ожидая подтверждения, как будто то, что я стою перед ним – живая, – не являлось достаточным доказательством.
– Да, – кивнула я, но в горле так пересохло, что я смогла выдавить только хрип. – Дракон… существует, это правда.
– Что ж, – вздохнул Стиг, тверже упираясь ногами в пол. – Это все меняет.
– Неужели? – Светло-серые глаза Фелла сердито сверкнули. – Значит, больше не хочешь водрузить мою голову на пику? – Он бросил на меня взгляд. – Ты как будто разочарован… словно жалеешь, что она не погибла, – усмехнулся мой муж, глядя на Стига.
Тот покраснел от гнева. Грудь его тяжело вздымалась и опускалась.
– Ты бессердечный урод. Тебе не понять глубину моих чувств к ней.
– Я учту это, когда в следующий раз мы ляжем с ней в постель.
Стиг, сдавленно вскрикнув, ринулся на соперника.
Фелл бросился ему навстречу.
Я встала между ними, чтобы они не поубивали друг друга.
– Довольно! Ведете себя, как мальчишки! – Я развела их в стороны, положив каждому руку на грудь, и по очереди наградила их свирепыми взглядами. Оба тяжело дышали. – Мы же все на одной стороне.
Сказав это, я почувствовала себя несчастной. Они-то действительно были на одной стороне, даже если не осознавали этого.
А вот я оказалась на стороне каких-то других сил.
Глава 31
Стиг
Она жива. Тамсин жива.
Я смотрел на нее и Дрихтена, ее мужа, и во мне бурлили, сворачиваясь и извиваясь, смешанные и гадкие чувства. Облегчение. Безусловно. Но и радость тоже. Сумасшедшая радость. Ведь она жива.
Но еще…
Мне хотелось убить Дрихтена.
Какое же жгучее разочарование накрыло меня, когда я осознал, что не вправе его убить! Я больше не имел на то причины. По крайней мере, такой причины, с которой согласился бы мой отец.
А потом…
Я понял: мне ничто не мешает его убить. Почему бы нет?
Я – воин. Он – воин. Убийство – занятие воинов. Мы воюем и убиваем. Сводим счеты. В конце концов, убив Дрихтена, я окажу миру большую услугу, и на это мне не требуется отцовского разрешения.
Надо только придумать, как это сделать, – выбрать подходящий момент, чтобы иметь основания бросить ему вызов. Найти повод не составит труда. Он постоянно меня провоцировал. Дрихтен был из породы людей, которые сами напрашиваются на неприятности.
Я убью его, и Тамсин окажется спасена. Потом… если она желает меня так же сильно, как желаю ее я, мы сможем быть вместе.
Она получит свободу. Не будет больше ни его женой, ни девочкой для битья.
Она получит право выбора.
Глава 32
Тамсин
Наконец-то я добилась своего.
На следующий день после прибытия Стиг пригласил меня на верховую прогулку. Я не была наивна. Знала: он хочет выманить меня из крепости, чтобы поговорить наедине вдали от любопытных глаз и ушей. Лично убедиться, что опасность мне не грозит, что здесь меня никто – а именно мой муж – не угнетает.
Стиг не верил в порядочность Фелла, не допускал, что тот не груб со мной. Считал, что Зверь Приграничья – жестокий изувер. Варвар. Раньше и я так думала. Вообще-то, так считали все.
По мнению Стига, Фелл по природе своей просто не мог не обращаться со мной дурно. Он никогда бы не предположил, что каждый вечер, когда я ложилась с мужем в постель, моя решимость слабела и меня все сильнее обуревали смятенные чувства, неодолимая тяга к мужчине, с которым, не доверяя себе, я быть не могла.
Как бы то ни было, я наконец-то выбралась за стены крепости, наконец-то скакала на лошади по низким склонам кряжей, ведущих к Скалогорью, и меня это радовало.
Минувшим вечером Фелл и Стиг вместе со своими самыми доверенными воинами заперлись в кабинете, где проводили военный совет, вырабатывая стратегию и обсуждая важные вопросы. Мне не нужно было объяснять, что за вопросы они решали. Я знала, что главным предметом обсуждения была я.
Точнее, не я как таковая.
А я-дракон.
Отступать они не собирались. Планировали
