немолодая, но довольно привлекательная женщина в белом передничке. — Следуйте за мной. Господа, а о вас позаботится Надежда.
— Ужин будет готов через полчаса, — включилась в разговор вторая горничная, которая по возрасту была помоложе первой. — Но если вы голодны, то прямо сейчас могу предложить холодные закуски.
— Мы потерпим, — уведомил ее Константин Игоревич. — Да, Максим?
— Да, — не стал спорить я. — Тем более что мне бы тоже в ванную. Она ведь здесь наверняка не одна?
— Разумеется, — улыбнулась девушка. — Следуйте за мной.
— Максим, чуть позже, если можно, — остановил меня безопасник. — Пять-десять минут ничего не решат, верно?
— Ну, как сказать? — почесал я со скрежетом бок, приподняв свитер. — В последний раз мы умывались вчера, а так, чтобы горячей водой, и вовсе…
— Тем не менее, — безопасник прихватил меня за рукав и отправился в дальний угол немаленькой входной залы, тот, где напротив аккуратного столика стояли два мягких кресла, — сначала поговорим, а после намывай себя хоть до утра. Кстати, выпить не хочешь? Я бы вот от виски не отказался. Желательно ирландского.
— Можно, — помедлив, кивнул я, следом за мной то же самое сделала и Надя. — Чего нет?
Похоже, из этого дома меня сегодня выставлять на улицу никто не станет. Более того, то, что этот человек, явно хороший специалист в своем деле, предложил с ним выпить — знак очень и очень хороший. Люди его профессии вообще крайне редко употребляют спиртное, так что данное предложение сродни выкуриванию «трубки мира», некогда практикуемой индейцами на Диком Западе. Эдакий жест доброй воли.
— Итак, ты частный детектив, — утвердительно произнес он, когда мы уселись в кресла.
— Все так, — кивнул я. — Это что-то для тебя меняет?
Тут прогиб не нужен. Он со мной на «ты», и я отвечу тем же.
— Нет, — качнул головой безопасник. — Просто необычное у тебя хобби, учитывая род занятий. Мало адреналина на работе, потому хапаешь двойную дозу на отдыхе?
— Просто на работе всё и все так надоедают, что хочется под землю спрятаться, а после оттуда как можно дольше не вылезать, — в тон ему ответил я. — Только на глубине возможно отыскать тишину и покой. И не надо шуток про могилку, где того и другого достаточно, я ее раз сто уже слышал.
— И не думал. Вообще никогда не шучу на подобные темы, ибо верю в материальность слова, — поведал мне Константин Игоревич, доставая из кармана пиджака смартфон. — А что до хобби — в целом убедительно прозвучало.
— Так старался, — не особо скрывая иронию, усмехнулся я.
— Вот что ты в бочку лезешь? — укоризненно поинтересовался безопасник. — Просто ради любопытства спросил. Все же мы косвенно, но коллеги, согласись?
— Сильно косвенно, — отметил я. — У нас цели разные.
— Разве? А мне кажется, что одни и те же. Мы оба зарабатываем себе на хлеб чужими бедами. Только мне платят за то, чтобы они не случились, а тебе за то, чтобы от них избавиться.
— Интересное видение ситуации, — признал я. — А ты кому звонишь, если не секрет? Появилось у меня ощущение…
— Так и есть, — не дал мне договорить безопасник. — Вадим Евгеньевич, все как вы просили. На, держи.
Последние слова были адресованы не тому, кто ответил на вызов, а мне. И вместе с ними собеседник сунул мне в руку свой смартфон.
— Добрый вечер, Максим Анатольевич, — вежливо поздоровался с экрана со мной пожилой мужчина, одетый в домашний вязаный жилет, а после одарил улыбкой. — Меня зовут, как вы услышали, Вадим Евгеньевич, и я отец Марины. Той девушки, которую вы, получается, спасли.
— Спас — это слишком громкое слово, — поправил его я. — Выручил — это правильнее. Да, извините — добрый вечер.
— И все же буду настаивать — спасли. Причем не только ее, но и меня, поскольку я чуть в больницу с инфарктом не загремел, а он не первый по счету. Еще вы крепко выручили сотрудников Константина, находившихся в шаге от «волчьего билета». Да и самого Константина, собственно, тоже.
Безопасник, сидящий напротив, хмуро на меня глянул, а после сделал хороший такой глоток из стакана, который мгновением раньше взял с подноса подошедшей к нему Насти.
— Так что позвольте выразить вам свою признательность, — продолжил олигарх. — Ну а следом не могу не спросить — как бы мне вас отблагодарить за столь замечательный поступок? Говорите, не скромничайте. Не вы просите, а я предлагаю. Что вы смеетесь?
— Гадаю, не побаливает ли у вас кроме сердца еще и колено, — пояснил я, — и нет ли в гардеробной черного берета с пером?
Мой собеседник на секунду задумался, а после расхохотался, поняв, что я имею в виду. Кстати, хороший у него оказался смех, заливистый, звонкий, прямо-таки мальчишеский какой-то.
— Нет-нет, ничего сверхъестественного, — вытирая слезинки из уголков глаз, выдохнул он, — все в рамках нашего тварного мира. Ну и моих скромных возможностей.
— Я знаю, кто такой Белозеров, потому представляю ваши возможности, которые никак скромными не назовешь. Вот только если совсем честно, мне в голову сейчас совершенно ничего не идет, кроме одного — наконец-то в ванную залезть. Потому можно я свое желание в запасе оставлю? На потом?
Наверное, по-правильному, по-хрестоматийному, я должен был от его предложения отказаться, ибо так делают все правильные герои, а олигарх меня, по крайней мере на словах, именно в них и записал. Но я не они, потому такой шанс терять не желаю. Нет, совсем по уму было бы его использовать прямо сейчас, потому что обещанного три года ждут, но ерунду вроде новой машины или чего-то в этом роде просить не хотелось, а все остальное, то, что мне сейчас на самом деле нужно, увы, не в его компетенции.
— Пусть будет так, — разрешил Вадим Евгеньевич и закинул ногу на ногу. — Правда, это, если честно, немного ломает мои планы.
— Чем же? — изумился я.
— У меня есть к вам еще одна просьба, которая может показаться вам немного странной. И если бы я выполнил, как та золотая рыбка, ваше желание, то нам было бы проще договориться. Нет, я думаю, что вы
