и каждый лидер стремился найти главного виновника в произошедшем.
Рамзес, Шомпол и Эленхир едва не вцепились друг другу в глотки. Только Анфиса, успев остыть после первого выпада в свой адрес, хранила мрачное молчание.
Наконец, её взгляд зацепился за фигуру Ришелье. Янтарные глаза хищно блеснули.
— А что на всё это скажет наш бравый Арбитр?
Её вопрос вмиг перевёл всё внимание присутствующих на Ришелье. Лидеры Тетрархии синхронно обернулись к мужчине, ожидая хоть каких-то ответов, заверений, обещаний.
Ришелье недобро стрельнул глазами в Анфису, после чего нацепил на лицо скорбную мину.
— Да, произошедшее — это большая трагедия для всех нас. Но не стоит искать крайнего, — вздохнул Ришелье. — Главная причина нашего поражения — Король Шурик. Его коварство и хитрость привели к нашему поражению. Мы его недооценили. Серьёзно недооценили. Антанта привыкла сражаться открыто. Годами мы сдерживали Великое Зло. Но к встрече с куда более хитрым и скользким противником мы оказались не готовы.
Выдержав паузу, мужчина продолжил:
— Поражение станет для нас уроком. Напоминанием, что мы не всесильны. Что мир Системы всё ещё таит в себе немало опасностей. Наоборот, мы должны использовать предоставленный нам шанс, чтобы стать сильнее! Мы обернём победу Короля Шурика против него самого! Мы не можем проиграть этому злодею!
Класс Дипломата, как и прежде, творил чудеса. Только что спорившие лидеры Тетрархии начали кивать вслед словам Арбитра.
Но не Анфиса. Огонь в глубине её глаз и не думал затухать.
— А мне вот интересно… как же этот самый «злодей» смог заключить союз с Грибницей? — спросила Анфиса. — Почему Спарта смогла это сделать, а мы нет? Уж не потому ли, что тебе это было невыгодно? Что ты на это ответишь, господин Арбитр?
— Я всегда был на стороне Антанты, — заявил Ришелье, положив руку на сердце. — То, что Шурик договорился с Великим Злом — ничто иное, как невероятное стечение обстоятельств. Удача. И только. Это подтверждение того, что он — настоящее зло! Не лучше самой Грибницы! Сейчас же мы должны сосредоточиться на том, чтобы нанести ответный удар. Начать новое наступление! И тогда…
— Нет, — произнёс Шомпол.
Арбитр Антанты застыл, не веря в то, что сейчас произошло.
Его навык Дипломата не сработал? Как? Почему? Ещё вчера всё было в порядке!
Ещё больше его поразила личность говорившего. Шомпол! Чёртов дварф, убедить которого в чём-либо было столь же просто, как отнять конфетку у ребёнка.
И этот самый Шомпол сейчас отмахнулся от его Класса Дипломата⁈ Быть того не может!
— Потери слишком велики, — меж тем продолжил представитель Чамбарда. — Мы не можем себе позволить нового наступления. Не сейчас. Не выработав новой стратегии, мы только понесём очередное поражение.
— Лучшим решением будет уйти в оборону, — согласно кивнул Эленхир. — Мы укрепим барьерную магию, и тогда даже спартанской армии придётся попотеть, чтобы добраться до нас.
— Альмарау ускорит производство расходников, — заявил Рамзес. — Уже скоро они нам всем понадобятся.
— Гамбург обеспечит поддержку с воздуха.
Холодные взгляды обратились к Ришелье, ожидая его «вердикта». Каждый понимал, что решение уже принято, но нужно было выслушать Арбитра Антанты.
Формальность, не более того.
Ришелье сохранил вежливую улыбку на лице, одновременно с тем сжимая кулаки под столом.
Его власть утекала сквозь пальцы, точно песок. И он ощутил это, как никогда прежде.
— Да будет так, — произнёс мужчина.
Сейчас ему ничего не оставалось, кроме как сохранять хорошую мину при плохой игре.
* * *
— Слыхали, что решила Тетрархия? — оглянувшись по сторонам, прошептал стражник.
— Чё там?
— Кого там?
— В оборону мы пойдём, вот что! — крякнул дварф.
— Как это⁈
— Быть того не может!
— А вот так! — всплеснул руками стражник. — Говорят, Спарта нашим по щам дала. Да так мощно, что теперь верхушка не знает как быть и что делать.
— Во дела!
— И что теперь?
— А хрен знает! — вздохнул стражник. — Как бы нас не потащили на передовую! Я столько Е-баллов слил, чтобы не попасть на Фронтир. Целый домик на них мог купить в Чамбарде.
— Ну ты и дурак!
— Точно дурак!
— Эй, кто бы говорил! Вы вообще целое состояние на бухло потратили!
— Так первач — дело другое! Без домика прожить можно! Без первача — нет!
— И «повезло» же подружиться с идиотами!
— Это кто тут ещё идиот⁈
— Да вы и есть!
Началась страстная перепалка, в ходе которой никто и не заметил, как двойка дварфов нырнула в неприметный лаз.
Один из них огляделся по сторонам, убедился, что свидетелей нет и кивнул своему товарищу.
А уже тот достал из наплечной сумки магическую сферу. Дыхнул на её поверхность, протёр рукавом. И активировал.
— Приём, прием, говорит Москва… Тьфу ты, не тот пароль. Юстас — Алексу. Как слышно?
— Слышно чётко и ясно, Юстас. Есть новости?
— И ещё какие!
* * *
— Выходит, Антанта решила перейти к обороне, — Майор скрещивает руки на груди.
— И это хорошо, — киваю я. — Не только им нужна передышка.
Мы сидим сейчас в чудом уцелевшем командирском шатре. На стенах до сих пор видны следы ремонта, но нам не привыкать.
— Что правда, то правда, — соглашается старый вояка.
Поле битвы остаётся за нами. Это хорошо. Понесённые потери незначительны. Это и вовсе замечательно.
Но не всё так гладко.
Хоть солдаты и пережили налёт бомбардировщиков Гамбурга, того же нельзя сказать о нашем лагере. Те немногие «Крепыши», что у нас были — вышли из строя. Десятки багги также пришли в негодность.
Железной же дороги у нас нет и не предвидится в ближайшие недели. Поэтому как минимум ещё несколько дней нам придётся прождать подкрепления с юга.
Там и припасы должны подойти, и новые тягачи, и всё те же багги.
Не осознавая этого, Антанта лишила нас какой-либо мобильности. Даже захоти мы сейчас перейти в полномасштабное наступление вглубь Фронтира, мы бы не смогли осуществить столь дерзкий план.
На своих ногах мы далеко не уйдём. А Антанта, даже понеся тяжёлое поражение от нас, не станет безвольно наблюдать за тем, как мы ползём на север.
Враг обязательно воспользуется предоставленным шансом и начнёт нам портить жизнь. С помощью големов, засад или ещё чего.
С другой стороны, у нас есть Грибница. Которой даже не нужно
