кто-то из нас погиб, то другой партнёр всё равно смог бы узнать примерное расположение, где он должен был возродиться. Таким образом мы смогли бы рано или поздно воссоединиться, даже оказавшись в противоположных друг от друга уголках Сервера, — шепчет Анфиса.
— Стоит предположить, что что-то пошло не так? — уточняю я.
— Верно, — вздыхает Анфиса, убирая кулон обратно в карман. — После нападения Грибницы сигнал с кулона моего супруга окончательно пропал. Нет даже примерного направления. Если бы он погиб… то он должен был бы возродиться у стелы, как новичок. Но этого не случилось. Выходит одно — Грибница способна как-то повлиять на души игроков. И я хочу знать — жив ли мой супруг. Или нет?
Я глубоко вздыхаю. Вот так задачку мне подкинули. Впрочем, почему бы и нет?
Я достаю из набедренной сумки цветастую улитку и ставлю её на стол.
— Можешь сама у Грибницы спросить — жив ли твой муж.
Анфиса смотрит на улитку, затем переводит недоумевающий взгляд на меня.
— Это, что, какая-то шутка?
— Я совершенно серьёзен, — улыбаюсь я.
— Я — Эва, приветствую тебя, — неожиданно в голове раздаётся потусторонний голос. Это голос Грибницы, транслируемый улиткой. И хотя он звучит не вслух, я слышу, судя по всему, то же что и Анфиса. Улитка уже проделывала подобное, когда в беседе участвовал не один человек. Да и сам формат разговора изменился.
Прогулки с Люси помогли Эве не только понять людей. Теперь она может не только посылать образы в твою голову, но и формировать более-менее внятную речь.
Опять же, всё мысленно. До говорящих улиток нам пока ещё далеко!
— Улитка-менталист? Теперь я видела всё!
— Эва — это и есть Грибница, — поясняю меж тем я. — И она обещала вернуть всем мутантам их изначальные души. Вернуть им их в прежний вид.
Тут стоит прояснить ряд моментов. Ещё во время наших первых разговоров в Спарте я спросил у Грибницы — а что становится с поглощёнными ею игроками? Умирают ли они, или происходит нечто иное?
Как оказалось, Грибница никогда и не убивала игроков. Не напрямую так точно. Вместо этого она как бы «запирала» их души в специальном контейнере в своём ядре.
Души игроков после трансформации в мутантов не уходили на перерождение, а попадали в этот самый контейнер.
Поэтому наши умники из Милана и не смогли в своё время обнаружить этот самый процесс. Душа в теле мутанта всё ещё присутствовала, но в то же время и нет.
Она улетала «на временное хранение» Грибнице, а уже программа заменяла разум на набор инстинктов и команд непосредственно от себя.
Вот такой вот странный механизм. Душа не превращалась во что-то иное, не сгорала в процессе, а просто переправлялась на хранение к Грибнице.
Это же объясняло неожиданное развитие самой программы. Чем больше душ поглощало ядро Грибницы, тем совершеннее становилась Эва. Вот только она не пыталась понять людей, используя лишь их информацию.
Отсюда закономерный вопрос — можно ли эти самые души вернуть? Восстановить в прежних телах?
Да, можно. Это будет непросто. Но это вполне возможно. При соблюдении ряда условий.
О чём улитка и сообщает Анфисе.
— Я уже давно не верю в добрые сказки, — мрачно заявляет девушка.
Отчего улитка замолкает на добрых полторы минуты. А затем будто бы просыпается от долгого сна.
— Анфиса? — теперь улитка говорит мужским голосом.
Представительница Гамбурга вздрагивает, вскакивает на ноги. Она наверняка узнала этот голос.
— Прометей? Нет, это невозможно. Эта тварь поглотила тебя! — шипит брюнетка. Глаза горят, губы поджаты. Ещё немного, и этот вулкан взорвется.
— Прости меня, Анфиса, — продолжает мужчина, как ни в чем не бывало. — Я и не думал, что та наша ссора станет последней. Не хотел, чтобы всё закончилось вот так…
— Прометей, — всхлипывает Анфиса. Силы покидают её, и она падает обратно на свой стул.
В их дальнейший разговор я не вмешиваюсь. Да и толку? Две влюбленные друг в друга души пытаются наверстать всё то упущенное время, что они были порознь.
Однако интересно получается.
Анфиса оказывается не кем-то там, а женой самого правителя Гамбурга! И это при том, что об этом факте известно было лишь единицам!
Голубки сохранили свою тайну до самого конца. Но для чего? Прометей не хотел, чтобы Анфису, в то время стремительно поднимающуюся по военной карьере, упрекали в её связях с руководством?
Или они просто не желали всей этой мишуры в виде балов, приёмов и прочих мероприятий, которые желательно стоит посещать? Поэтому и сохранили всё в тайне, чтобы наслаждаться компанией лишь друг друга?
Запутанная история, что ни говори.
В какой-то момент сеанс связи прерывается. Анфиса, ещё не успев отойти от буйства эмоций, вытирает уголки глаз.
Вновь её острый взгляд сосредотачивается на мне. Похоже, она приняла какое-то решение.
— Я официально заявляю о том, что Гамбург желает вернуться на свои исконные земли. И ещё… я хочу, чтобы Эва вернула всех жителей Гамбурга в том виде, в каком они были до поглощения, — выдаёт брюнетка. — И мы готовы на всё, чтобы воплотить это в жизнь.
Дерзкое заявление.
— Спарта готова рассмотреть ваше заявление, — киваю я. — Но при выполнении двух условий.
— Каких? — подается вперёд Анфиса.
— Во-первых, Гамбург заключит союз со Спартанским Королевством, — поднимаю я указательный палец. — Вам придётся отказаться от Антанты и выбрать нашу сторону.
— А второе условие?
— Вам придётся договориться с Эвой о мирном сосуществовании, — объявляю я, — Никаких попыток отомстить и «воздать сполна». Вы отдадите ей часть своих земель, и вы не станете требовать никаких компенсаций. Грибница возвращает всех игроков Гамбурга. И на этом всё. Конец истории.
— На такие условия я согласна, — кивает Анфиса.
— В таком случае мы договорились? — я протягиваю руку.
— Договорись, — усмехается брюнетка, ответив мне крепким рукопожатием.
Теперь у меня есть союзник в стане врага. Хорошо это или плохо? Даже не знаю, что и сказать. С одной стороны Антанта потеряла изрядную долю войск и влияния.
Но отпустит ли Арбитр фракцию Гамбурга добром?
Сомневаюсь.
Глава 5
— Нам нужно атаковать Спарту, пока у нас есть такая возможность! — заявила во всеуслышание Анфиса.
Очередное заседание Тетрархии началось совсем не так, как того ожидали лидеры союза.
—
