Эзалист9.
На мгновение я задумалась, как Найра успела всё это организовать — между тем, как Максимиллиан передал меня ей, и нашим возвращением сюда.
Сама вампирша ждала меня в гостиной. Она велела не тянуть время и не пытаться снова выбраться через балконные двери. Её вампирский слух уловит любую попытку побега, а у основания башни теперь выставлены стражники — на случай, если мне всё же удастся спуститься.
Вот тебе и «не пленница».
И всё же — даже если бы я захотела бежать — сил на это не осталось. Конечности налились свинцовой тяжестью, и я почти вползла в ванну. Но оно того стоило.
Я застонала, когда горячая вода окутала тело, распуская узлы в мышцах и наполняя меня лёгкой, почти невесомой расслабленностью. Это было настолько блаженно, что, вопреки здравому смыслу, я позволила себе ослабить бдительность и откинула голову на край ванны.
Веки сомкнулись. Я скользнула в темноту, позволяя сну утянуть меня на дно.
— Ты не можешь к нему вернуться! Я не позволю!
Вцепившись в дверной косяк, я наблюдала, как мама спорит с женщиной, которая часто приходила к нашей маленькой хижине. Её звали Элна, и она была важной фигурой в Племени Волвенов.
Она часто приносила вкусные угощения и свою внучку, Ваю, с которой было так весело играть.
— Ты не понимаешь, Элна, — сказала мама.
В её голосе звучала тревога, пока она ходила туда-сюда у большого очага, её чёрные волосы спутались. Мне так хотелось подбежать и обнять её — как она обнимает меня, когда мне грустно. Но мне велели сидеть в сарае и готовить травяные припарки, поэтому я лишь тихо подглядывала, стараясь не издать ни звука.
— Сон, который мне приснился… это было видение, я знаю. Я не могу просто сидеть и ничего не делать, — сказала мама, звуча уверенно, но в то же время испуганно.
— А что будет с твоей дочерью? — спросила Элна, очень серьёзно глядя на неё. — Ты собираешься снова взять её туда?
— Я приняла необходимые меры предосторожности, — ответила мама, стараясь говорить твёрдо. Но голос её дрогнул, и она начала крутить серебряное кольцо — как всегда, когда нервничает.
Элна взяла маму за руку, лицо её было полно тревоги. Она высокая, как королева из сказок, с кожей цвета земли и длинными чёрными волосами.
— Я не понимаю, Лирия, — тихо сказала Элна. — Почему именно сейчас? После всего, что ты сделала, чтобы сохранить Китану в безопасности?
Мама звучала так же печально, когда ответила:
— Потому что он — вторая половина моего сердца. Я думала, что смогу оставить его ради неё, Элна. Правда думала. Но если я не вернусь за ним, его судьба будет преследовать меня вечно. И я никогда не стану целой.
— Китана!
Я резко села в ванне, когда Найра начала колотить в дверь спальни. Вода выплеснулась через край, заливая пол, а она уже распахнула дверь и стремительно вошла внутрь. В её карих глазах искрилась нетерпеливость.
— Я жду снаружи почти час, — сказала она, хватая пушистый халат с крючка. — Ты что там делаешь, пытаешься утопиться?
— Мечтай, — огрызнулась я.
Я выхватила халат из её пальцев и накинула его, выбираясь из ванны. Я не собиралась засыпать — и уж точно не планировала этого неожиданного путешествия по закоулкам памяти. Я попыталась удержать детали сна, но Найра бесцеремонно швырнула полотенце мне на голову, разбивая концентрацию.
— Эй! — вскрикнула я, когда она начала яростно тереть мои волосы. — Что ты творишь?
— Привожу тебя в порядок, раз уж сама ты, похоже, не способна, — отрезала она.
Она стянула полотенце и схватила щётку с туалетного столика, явно намереваясь взяться за мои волосы.
Я перехватила щётку прежде, чем она коснулась моей головы.
— Я сама могу расчёсываться, — твёрдо сказала я.
Мы долго смотрели друг на друга, пока Найра наконец не вскинула подбородок.
— Хорошо. Я подберу тебе одежду. Но поторопись. Лорд Старкло не любит, когда его заставляют ждать.
Я уже открыла рот, чтобы сказать, что мне плевать, что «лорд Старкло» любит или нет, но она исчезла обратно в спальне.
Вздохнув, я неохотно подошла к зеркалу со щёткой в руке — и боялась увидеть, кто смотрит на меня оттуда.
К моему удивлению, всё оказалось не так плохо. Да, лицо немного осунулось, и халат болтался на мне, несмотря на то что я затянула пояс изо всех сил.
Но волосы были густыми и блестящими, а на щеках появился здоровый румянец. Вот только тени под фиолетовыми глазами никуда не делись. Я надеялась, что со временем, по мере восстановления, они исчезнут.
Я провела щёткой по волосам несколько десятков раз, затем бросила её на столик и вернулась в спальню.
На покрывале меня ждало бордовое платье с подходящим нижним бельём, а у изножья кровати — пара простых чёрных атласных туфель.
— Хорошо, ты закончила, — Найра оттолкнулась от балконных дверей, у которых стояла. — Одевайся.
Я подняла тяжёлое бархатное платье и приложила к груди, глядя на отражение в зеркале.
— Ни за что, — резко сказала я. — Я не надену ничего с открытыми плечами рядом с вампиром.
Найра рассмеялась — изящно и презрительно.
— Ты правда думаешь, что воротник остановит лорда Старкло, если он решит напиться твоей крови? — спросила она, презрительно кривя губу. — Твоя наивность поражает.
— Конечно, нет, — нахмурилась я, швыряя платье обратно на кровать. — Но это не значит, что я должна разгуливать перед ним как шведский стол. Я найду что-нибудь другое.
Я повернулась к шкафу, но резкий голос Найры остановил меня на месте.
— Там нет ничего, что подошло бы твоему… скелетному телосложению. Я уже проверила.
К моему ужасу, губа предательски дрогнула. Я знала, что стала болезненно худой — одежда едва держалась на мне, а блуза, которую я позаимствовала, висела мешком. Но услышать это вслух оказалось болезненнее, чем я ожидала.
Когда-то моё тело было сильным, гибким, с правильными изгибами — закалённым годами воинских тренировок. Услышать, что всё это исчезло, что я снова маленькая и слабая…
Хватит, одёрнула я себя. Всё вернётся. По одному дню за раз.
Механически я развязала пояс халата и позволила ткани соскользнуть с плеч на пол.
Выражение лица Найры изменилось, когда она мельком увидела моё обнажённое тело. Враждебность в её взгляде уступила место любопытству, когда она заметила россыпь цветков паслёна10 на моей коже — узор, расцветший посреди торса, прямо под грудью.
К моему облегчению, она ничего не спросила.
Я быстро надела бельё и шагнула в платье. Найра застегнула пуговицы на спине, затем ещё раз провела щёткой по моим волосам и уложила их вокруг плеч.
— Сойдёт, — сказала она, когда мы обе посмотрели на отражение в зеркале.
Я кивнула. Платье немного болталось в талии, но вполне удачно подчёркивало то немногое декольте, что у меня осталось. Я провела рукой по ключице, ненавидя то, как резко она выступает.
Взгляд Найры проследил за этим движением. Она исчезла в шкафу и вернулась с чёрной накидкой.
— Вот, — сказала она, протягивая её мне. — Чтобы защитить твою хрупкую лебединую шейку.
Я фыркнула, но накидку взяла и обернула вокруг плеч. Знала, что это глупо, но кусок ткани и правда заставил меня чувствовать себя хоть немного защищённой. Не так, как броня и плащ, но лучше, чем ничего.
Засунув два кола в карманы платья — Найра закатила глаза, но возражать не стала, — я последовала за ней в коридор.
В конце холла нас ждала металлическая коробка, заключённая в кованую решётку. Найра нажала кнопку на стене, и двойные двери разъехались, открывая тесное помещение с мягкими зелёными стенами.
— Заходи, — сказала она, шагнув внутрь.
Меня охватило подозрение, когда я посмотрела на эту коробку.
— Что это за штука?
— Лифт. Изобретение эферионцев.
Увидев мой пустой взгляд, она добавила:
— Он поднимает и опускает тебя между этажами, чтобы не ходить по лестнице.
