за другой выезжали за ворота, оставляя после себя облака выхлопных газов и пустоту. Поместье, эта неприступная крепость, сердце империи Новиковых, осталось практически голым.
На постах осталось человек двадцать: старики, новички, да пара контуженных ветеранов, которых не взяли в рейд по состоянию здоровья.
Тихон Николаевич отпустил штору и бросился к столу. Его руки дрожали, но не от страха, а от предвкушения. Это был его шанс, тот самый «золотой билет», которого он ждал столько лет.
Он вытащил из потайного отделения в кейсе «чистый» телефон и набрал номер, который знал наизусть.
— Да? — раздался в трубке голос.
— Это я, — быстро заговорил Тихон. — Слушайте внимательно… Ситуация кардинально изменилась. Новикова ушла.
— Куда?
— Не знаю, но, судя по сборам, на войну. И она забрала всех. Вообще всех! Поместье пустое, защиты нет. Только дежурная смена и автоматика. Даже мелкого увезла, — он облизнул пересохшие губы и продолжил: — Вам нужно действовать сейчас! Срочно собирайте войска. Прямо сейчас можно зайти и взять всё тёпленьким. Лаборатория, склады, архив… всё брошено! Это подарок судьбы!
В трубке помолчали.
— Мы приняли информацию к сведению, — наконец ответил голос, в котором не было ни капли того энтузиазма, на который рассчитывал Тихон. — Я передам высшему руководству.
— Какому руководству⁈ — взвизгнул Мальцев. — Тут решать надо, а не передавать! Пока вы будете совещаться, она может вернуться! Или кто-то другой пронюхает! Поднимайте людей, чёрт вас возьми!
Голос на том конце провода стал ледяным:
— Послушай меня, счетовод… Ты слишком много на себя берёшь. Твоё дело — смотреть и стучать. А решения принимают люди, чей статус тебе даже не снился. Не забывай своё место, крыса. Сиди и жди.
В трубке послышались гудки. Тихон отшвырнул телефон на диван.
— Уроды… — прошипел он, наливая себе коньяк трясущимися руками. — Высокомерные уроды! Я им империю на блюдечке приношу, а они нос воротят.
Но он знал: они придут. Жадность всегда побеждает осторожность.
Прошло четыре часа. А может, и все пять. Тихон уже успел выпить полбутылки и успокоиться, убеждая себя, что всё идёт по плану.
И тут послышался рёв двигателей. Он снова метнулся к окну.
По подъездной аллее, поднимая пыль, двигалась колонна. Не такая пафосная, как у Новиковых, но тоже внушительная. Броневики, грузовики с пехотой, даже пара лёгких штурмовых шагоходов.
Тихон прищурился, разглядывая гербы на бортах машин.
— Так… Это не Дубаровы, — пробормотал он разочарованно. — И не Горбуновы.
Он ожидал увидеть элиту, а увидел вассалов.
Два герба: «Стальной Кулак» и «Ядовитый Шип» — два клана средней руки, известные своей жестокостью и тем, что выполняют самую грязную работу для великих родов.
— Ну, тоже неплохо, — решил Тихон. — Значит, главные решили не марать руки лично и послали шестёрок. Умно.
Колонна остановилась у главных ворот. Из головной машины вышел парламентёр. У ворот засуетились остатки охраны Новиковых. К парламентёру, скрываясь за высоким пуленепробиваемым щитом, вышел начальник смены — капитан Зорин, седой усатый мужик, который обычно заведовал складами.
Тихон приоткрыл окно, чтобы слышать разговор.
— Какого хрена вы тут делаете… — донёсся бас Зорина. — Вы что творите… У нас с вами нет войны… Это частная территория!
Парламентёр, молодой наглый парень в дорогой броне, усмехнулся.
— Считайте, что ситуация изменилась. Война объявлена пять минут назад.
— У вас нет права! — заорал Зорин. — Я вызываю подмогу!
— Вызывай, — равнодушно бросил парламентёр. — Только пока они доедут, мы уже будем пить вино в вашей гостиной. Сдавайтесь, и сохраните жизни.
Зорин попятился, давая знак своим людям занять оборону.
— Огонь на поражение при попытке прорыва! — скомандовал он.
Тихон понял: пора выходить. Он поправил галстук, пригладил волосы и, напустив на себя вид человека, несущего тяжкое бремя власти, вышел из особняка.
— Отставить! — крикнул он, спускаясь с крыльца. — Прекратить панику!
Гвардейцы обернулись. Зорин нахмурился.
— Тихон Николаевич? Вернитесь в дом, здесь может быть опасно.
— Я сказал — отставить! — Мальцев подошёл к воротам, стараясь держаться уверенно, хотя поджилки тряслись. — Я только что связался с госпожой Агнессой, она в курсе ситуации. Это недоразумение будет улажено дипломатическим путём. Нам приказано сложить оружие и впустить гостей, чтобы избежать ненужного кровопролития и разрушения имущества.
По рядам гвардейцев пронёсся шёпот, Зорин недоверчиво прищурился. Сложить оружие и впустить врага?
— Бред, — отрезал Зорин. — Госпожа никогда бы такого не приказала. Сдать родовое гнездо без боя?
— Вы смеете сомневаться в моих словах, капитан? — Тихон повысил голос, добавив в него истеричных ноток. — Я — финансовый управляющий! Я второе лицо в этом доме после госпожи! Вы хотите взять на себя ответственность за гибель людей и уничтожение поместья? Если вы сейчас начнёте стрельбу, Агнесса Павловна лично сдерёт с вас шкуру!
Зорин колебался. Он был солдатом, привыкшим исполнять приказы. А Мальцев действительно был важной шишкой. Но тут вперёд вышел сержант, молодой парень с телефоном в руках.
— Капитан… Связи нет… Вообще. У них, — он махнул рукой в сторону ворот, — глушилки работают.
Зорин медленно повернул голову к Тихону, его взгляд стал тяжёлым.
— Связались, говорите? По телефону?
— Д-да… У меня спутниковый… — начал было врать Тихон, но осёкся.
— Спутниковый тоже лежит, — покачал головой сержант. — Глушат весь спектр. Вы не могли с ней связаться, Тихон Николаевич. Вы врёте.
— Да как вы смеете⁈ — взвизгнул Мальцев, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Я приказываю!..
— Вы не имеете права приказывать гвардии в боевой обстановке, — холодно произнёс Зорин. — Арестовать его.
Двое бойцов шагнули к управляющему и заломили ему руки за спину.
— Вы совершаете ошибку! — орал Тихон, пока его тащили обратно к дому. — Вас всех убьют! Идиоты! Я пытался вас спасти!
— Я беру всю ответственность на себя, — громко сказал Зорин, обращаясь к своим людям. — Мы не сложим оружие. Мы — гвардия рода Новиковых, никогда не сдаёмся. Увести предателя и запереть в его покоях.
Тихона заволокли в его же кабинет и заперли дверь на ключ. Он подбежал к окну.
Внизу уже завязалась перестрелка. Но нападающие не спешили лезть на рожон. Они заняли позиции за машинами и деревьями, ведя плотный огонь по окнам и бойницам. Гвардейцы отвечали редко, но метко.
Штурма как такового не было. Враги действовали осторожно, даже вяло.
Тихон налил себе ещё коньяка и, сделав глоток, всё понял.
— Идиоты… — прошептал он, глядя на Зорина, который бегал, раздавая команды. — Какие же вы тупые идиоты…
Они готовились умирать героями. А врагу не нужны были их смерти. Врагу нужно было поместье вместе с производственными линиями в подвалах, складами с ингредиентами и архивами с рецептами. А ещё антикварная мебель, картины и артефакты… Всё это стоило миллиарды.
Если начать
