усмехнулась.
– Не трогай их! Не смей! – пригрозила Рада, ударяя кулаком по зеркалу. Оно даже не дрогнуло – так крепка была её темница.
Тьма и бровью не повела на выходку своей пленницы.
Девушка села на пол в отражении и разрыдалась. Всё, к чему она стремилась, ради чего жила, пошло прахом. Она упала в бездну и рискнула утянуть за собой людей, к которым, сама того не замечая, привязалась. Более всего она переживала за Руслана. Он умел противостоять колдовству, значит, был опасен для Тьмы. Тёмная захочет от него избавиться. После него настанет черёд Володи. Или его Тьма пощадит?
Рада закрыла лицо руками, растёрла виски, прогоняя из них боль. Неведомы помыслы Тьмы, и не спасти тех, кого она захочет убить.
Нечисть, впрочем, не спешила. Она могла растерзать всех слуг и братьев-хозяев усадьбы, но не делала этого. Значит, ей нужно нечто другое. Только вот что? Догадалась Рада позже, когда в полдень прямо в опочивальню принесли обед, и Тьма с аппетитом набросилась на него.
«Она отняла жизнь, чтобы… жить», – неожиданно поняла девушка. Тёмная стала не только хозяйкой, но и заложницей человеческого тела со всеми его потребностями: есть, пить, спать. Она будет делать всё то же, что делают люди. А значит, ей выгодно оставаться купеческой женой. Рада вскочила с пола и закружила по опочивальне. Мысли мельтешили в голове, она хватала одну за другой, присматриваясь. У Тьмы есть два варианта: быть женой Руслана либо убить его и стать женой Володи. Что она выберет? И, главное, как с ней поступит сам Руслан? С убийством отца он так просто не смирится.
Тёмная закончила трапезу и окликнула слугу, старательно скрывая скрипучий загробный голос. Рада угадала: нечисть старалась всеми силами походить на человека. Не успел слуга унести поднос, как за раскрытой дверью в коридоре показался Володя. Он выглядел отстранённым и шёл медленно, теребя волосы. Юноша остановился в проёме и взглянул на Тьму. На Раду, как он думал. Она поманила его рукой, и едва слуга вышел, заговорила:
– Где Руслан?
Володя пожевал губами. Судя по его выражению лица, сказать он хотел многое – и его слова не были бы ответом на вопрос. Но он всё же, выдохнув в сторону, ответил:
– Уехал.
Тьма приподняла бровь:
– Куда?
– Не знаю, – Володя тяжело пожал плечами. – Рассказать всем о смерти отца, пока я готовлю погребальный обряд.
– И когда он вернётся?
– К обряду.
Тьма кивнула. Ей оставалось подождать погребального обряда, после которого станет ясно, как поступить с Русланом – убить или подчинить.
– Хорошо.
Володя кивнул в ответ. Он оказался немногословен – оно и понятно, почему. Не задавал лишних вопросов, не пытался выяснить, как Тьма убила его отца, и не пытался разговорить девушку. Когда тишина затянулась дольше положенного, он развернулся к двери.
– Подожди, – Тёмная потянула его за локоть. – А что будет со мной? Меня… в чём-нибудь обвинят?
Она пристально посмотрела на Володю. Тот тряхнул рукой, будто смахивая пыль с одежды, а Тьма проследила за местом прикосновения: она не зашипела и не задымилась, значит, юноша не ограждается от колдовства, как его брат.
– На отца напал дикий зверь. – Голос Володи был лишён красок, будто холст опустили под воду. – Пробрался в усадьбу, напал и сбежал.
Ответ удовлетворил Тьму, и она не стала держать Володю, отступила на шаг назад. Юноша вышел, не прощаясь.
Рада, которая с замиранием сердца наблюдала за их разговором, теперь рухнула на пол. Слёзы покатились из глаз, она чувствовала всю боль и растерянность, которые исходили от Володи. Месяц назад он был счастливым купеческим сыном, но знакомство с Радой изменило всё. Обман, предательство, измена, убийство – всё из-за неё. А девушка не могла даже утешить его и молить о прощении, потому что была заперта внутри Тьмы.
Погребальный обряд проходил, как полагается, на исходе третьего дня и третьей ночи. За это время мёртвого купца обмыли, подстригли и облачили в белое одеяние. Его тело лежало в общей зале, укрытое светлым покрывалом, а глаза его прикрыли тяжёлыми монетами, которыми он мог оплатить вход в царство Нави. До погребения мертвецу полагалось находиться в доме, чтобы душа его попрощалась со всеми.
Тьма в образе Рады иногда спускалась в залу. Глядела на купца, усмехаясь, пока её никто не видит. Где-то под покрывалом на теле Белолебедя остались следы её когтей, которые приписали когтям дикого зверя или – поговаривали и такое – перевёртыша из леса. Судить и казнить животное, конечно, никто не мог, потому убийцу купца не искали.
Насмотревшись на мертвеца и насытившись свершённой местью, Тьма принималась за трапезу. А Рада в очередной раз убеждалась, что нечисть теперь подвластна человеческому телу, а, значит, ей будет выгодно оставаться хозяйкой поместья Белолебедей. Да и от Морока ей придётся скрываться. Свобода Тёмной была пока слишком шатка, и дальнейшая жизнь, счастливая или несчастливая, зависит от того, как она устроится здесь и какие отношения заведёт с сыновьями купца. К слову, обедала Тьма всегда в одиночестве. Володя избегал её, а Руслан не торопился возвращаться, возможно, чуял опасность.
И всё же настало время погребения. Нечисть облачилась в тёмный сарафан, заплела волосы в тугую косу с чёрными цветами. В назначенный час она спустилась на улицу. Во дворе горело четыре небольших костра, меж которыми слуги сколотили помост. Вокруг места погребения выстроились гости. Тьма затесалась среди них и оглядывалась в поисках Руслана и Володи. Тех нигде не было видно. Тогда, чтобы не заскучать, нечисть принялась рассматривать наряженных гостей. Все радовались, улыбались, как того требовали приличия – ведь мертво лишь тело, а не дух человеческий. Купец не исчезает, а переселяется в царство Нави. Его будто провожали в дальнее путешествие, а любую поездку стоило отпраздновать, чем и занимались гости. Среди них Тьма различила и богатых купцов с родственниками и помощниками, и девицу Лизавету, которую Рада недавно встретила на ярмарке. Не с ней ли провёл Руслан последние дни?
Но вот отворилась дверь усадьбы, и гости притихли. Первым со ступеней спустился жрец, вознося руки к тёмному небу, а следом за ним вышли Руслан и Володя. Они вместе с помощниками
