было совсем немного времени, чтобы обсудить случившееся до прихода полиции, и они не сумели поговорить с отцом. Затем они исчезли. Их вытащили из дома в наручниках и по пути избили. После того, как их забрала полиция, никто не мог добраться до них. Даже Шон Кейси. Мы все были здесь, в баре, и просто ждали новостей. А потом из ниоткуда появился Майки, вошел в дверь, белый как привидение, и сказал, что его освободили без предъявления обвинения.
– Я не понимаю, – запуталась Сара. – Он был арестован за убийство и освобожден? Как это могло случиться? У них ведь были свидетели.
– Были. Свидетели, которые обвиняли мальчика Кейси в том, что он все это начал. И тот же самый мальчик Кейси пырнул паренька в шею. Но они не сказали, который из мальчиков Кейси.
– То есть полиция думала, что это был Лиам? Почему?
– Потому что Лиам так им сказал.
Сара потеряла дар речи.
– Майки был безутешен. Не из-за содеянного им, а из-за того, что Лиам сделал для него. Нам пришлось дождаться адвоката Лиама, чтобы тот все объяснил. Что он и сделал. Он сказал нам, что Лиам признался в непредумышленном убийстве. В том, что начал драку и что в ней случайно и убил парнишку. Затем адвокат объяснил, что Лиам сделал это, чтобы уберечь Майки от тюрьмы.
У Сары все еще не было слов. Она едва могла поверить в то, какую жертву Лиам принес ради своего брата.
Под конец истории голос Энн понизился:
– Это почти разрушило семью. Майки посетил Лиама в тюрьме и умолял его отказаться от своих показаний. Позволить ему признаться. Но Лиам этого не сделал. Он сказал, что из них двоих будущее есть у Майки. Что у него есть мозги, чтобы выбраться из такой жизни. А он, Лиам, возьмет вину на себя. Все ради того, чтобы его младший брат смог построить для себя лучшую жизнь, вдали от улиц. От Белфаста. Это был шанс, которого у Лиама никогда не было, так как у него не было мозгов Майки. И вот почему Майки – тот, кто он есть сегодня, Сара. Вот почему он не Лиам.
Сара молчала. Но в ее голове царило замешательство.
Все, что она видела и слышала за последние двадцать четыре часа, теперь обрело смысл. Лиам пожертвовал своей молодостью и своей свободой ради будущего своего брата, и Майкл потратил два десятилетия, пытаясь соответствовать этой жертве. Чтобы его жизнь и он сам были достойны того, что Лиам для него сделал.
Ценой, которую Майкл заплатил за это, была разлука с семьей, которую он любил. Семья, существование которой – стань оно известно – стоило бы ему той жизни, которую Лиам купил ему своим поступком. В каком-то смысле эта цена была так же высока, как та, которую заплатил Лиам. Все это показало Саре, насколько похожими на самом деле были эти двое.
Пятьдесят восемь
Было девять вечера, когда Джо Дэмпси загнал арендованный BMW M6 Gran Coupé на парковочное место на Университетской площади. Было поздно, но вокруг кипела жизнь.
Он вышел из машины и оказался в толпе юношей и девушек разных национальностей. Академическая жизнь продолжалась, никак не затронутая международной драмой, которая зародилась именно здесь.
Все движение было сосредоточено вокруг одного здания. Классического внушительного строения из красного кирпича. Дэмпси наблюдал за роем рабочих, входивших и выходивших из его дверей. Он был в правильном месте.
Дэмпси не двигался, наблюдая и наслаждаясь видом впечатляющего шестиэтажного здания. Чутье подсказывало ему, что именно там, внутри, его ждет новая зацепка. За последние двадцать четыре часа он многое узнал, но ему нужны были доказательства, что-то осязаемое. Он надеялся найти их в прошлом Эймона Макгейла.
Еще несколько мгновений Дэмпси не двигался, однако его разум не стоял на месте. Наконец и ноги ожили, направляя его к зданию. Поднимаясь по небольшой лестнице к главному входу, две ступеньки зараз, он чуть не столкнулся с двумя рабочими, которые несли разломанную офисную дверь.
Дэмпси проигнорировал их невнятное раздражение и прошагал прямо к плану здания, который висел на дальней стене. Проведя пальцем вниз по списку, он нашел имя Макгейла и номер его кабинета.
Клеточный лифт был на другом этаже, поэтому Дэмпси воспользовался богато украшенной лестницей. Присутствие рабочих его уже заинтриговало, и любопытство только росло, пока он поднимался. Его подозрение, что мужчины работают на шестом этаже, подтвердилось.
Однако, дойдя до нужного этажа, Дэмпси удивился. Он думал, что рабочие потрошат офис Макгейла. Не было сомнений, что университет захочет стереть все упоминания о нем. Именно поэтому он так спешил добраться сюда, опасаясь, что большинство потенциальных улик скоро будет потеряно. Но, ступив на последнюю ступеньку, он увидел больше, чем предполагал.
Серьезный ущерб был нанесен всем офисам на этаже, кроме первых двух. Все двери были выбиты, и рабочие уже вынесли некоторые, а другие все еще валялись тут и там, сильно поломанные и почти все без петель. Зрелище было знакомым, но не его Дэмпси ожидал здесь увидеть.
Он шагнул в ближайший кабинет – номер 6.6.
Заводя разговор, он показал свое удостоверение, которое гарантировало получение ответа.
– Что здесь, черт возьми, произошло?
– Долбаные вандалы, судя по всему. Мелкие безмозглые засранцы! – ответил единственный находившийся в комнате человек лет шестидесяти. Он не был крупным и, отвечая, подметал битое стекло. – Наверное, пришли в кабинет профессора Макгейла, а затем перевозбудились. Маленькие упыри!
– Возможно. – Дэмпси не был убежден. – Знали ли вы профессора Макгейла?
– Немного, да.
– Что вы о нем думаете?
Маленький мужчина перестал подметать и встал прямо. Язык его тела подсказал Дэмпси, что он не привык, что кто-нибудь спрашивал его мнения. По крайней мере, не здесь. Когда он заговорил, его голос был нерешительным, как и сам ответ:
– Я думаю, что все это – трагедия. Не было приятнее человека, чем профессор Макгейл.
– Значит, то, что он сделал в Лондоне, было неожиданностью?
– Боже, да. Для всех нас. Не поймите меня неправильно, я не сомневаюсь в том, что он это сделал, но вот что я вам скажу: у профессора Макгейла были свои причины.
– В каком смысле?
– Ну, вы в жизни не встречали такого блестящего человека. Он был такой умный и вместе с тем прекрасный человек. Он всегда находил минутку для каждого, независимо от того, были после твоего имени буквы степени или метла в руках. Все, что он хотел, это помочь. Помочь и нам, сотрудникам, с самой маленькой проблемой, и всему Ольстеру –
