положил на неё руки, так что возьми и их. После этого делай с ним что хочешь, пока он не задохнется.
Прежде чем я успеваю закрыть дверь, раздается первый пронзительный крик.
Глава 38
ИМОДЖЕН
Постепенно я просыпаюсь, окутанная объятиями Александра, с теплом утреннего солнца на лице. Я прижимаюсь к нему крепче, зная, что как только приду в сознание, вчерашние события возьмут верх, и страх перед тем, что могло произойти, задушит меня.
Хотя у меня были веские причины для того, что я сделала, мне хочется дать себе пощечину за всю эту глупость. В те ужасные моменты, когда Уилл крепче вцепился мне в волосы, пресекая попытку побега, меня осенило леденящее душу осознание: шанс вернуться к Александру может быть упущен навсегда. Мой муж уже пережил одну ужасную утрату из-за похищения, а я слонялась по Лондону, не думая ни о своей безопасности, ни о его спокойствии.
Я не слышала, как он ложился спать прошлой ночью, но его присутствие наполняет меня радостью. Проснувшись одна, я бы боялась, что он злится, и хотя у него были на это все основания, я рада, что он решил спать рядом со мной. Его решение не использовать дистанцию в качестве наказания приносит огромное утешение.
Он тыкается носом мне в ухо, притягивая меня ближе к себе. — Доброе утро, жена.
Я переворачиваюсь на другой бок, встречаясь с его янтарным взглядом. Пытаюсь прочесть его эмоции, но он — как закрытая книга. — Как спалось?
— Урывками. — Он проводит своим носом по моему. — А вот у тебя проблем со сном не было.
— Да, я ничего не помню после ванны, — я обхватываю его щеку. — Прости, Александр. Не знаю, о чём я думала, кроме того, что знала, что должна бороться за тебя. Я не могла позволить тебе разрушить наш брак из-за… ну, из-за чего бы ты его ни разрушал.
Я жду, что он мне скажет, но он молчит. Я не хочу давить, но в то же время не позволю ему больше уклоняться от этого разговора.
— Почему ты не мог спать? Это была твоя бессонница?
На его лице появляется недоверие. — Ты шутишь? Я чуть не потерял тебя вчера, Имоджен, и пока ты вела себя безрассудно и не думала о собственной безопасности, я сам был тому причиной. Я заставил тебя идти к Лилиан за ответами, потому что сам их тебе не дал. Я не меньше, если не больше, виноват в том, что этот ублюдок тебя похитил.
Его упоминание об Уилле открывает мне дверь, и я вхожу. — Что с ним случилось? Ты его убил?
— Я его не убивал, нет.
Был ли акцент на слове “я”? — Он всё ещё здесь, в Оукли?
— Насколько мне известно, нет.
— Где он?
— Не имею представления.
Сколько бы я ни смотрела на Александра, это ничего не изменит. Это максимум, на который я способна, и я уже достаточно хорошо его знаю, чтобы понимать, что копать глубже бесполезно. Это лишь утомит меня, сделает раздражительной и оставит меня в неведении. Он всегда говорит мне только то, что хочет, и где-то по пути я с этим смирилась.
Хотя я уверена, что Уилл мёртв. Возможно, не от руки Александра, но за последние несколько недель я достаточно узнала об этой семье и о своём муже, чтобы понимать: перечить им — плохая идея. Они могущественны и порой мстительны. Меня бы не удивило, если бы он нанял для этого того мафиози с бала. Тобиас сказал, что они время от времени пользовались его услугами.
Я испытываю смешанные чувства — от печали до облегчения. Я видела, насколько силён Уилл в своём желании отомстить, по тому короткому общению с ним в том доме, и я никогда не чувствовала себя в полной безопасности рядом с ним. Я не исключаю, что он снова попытается похитить меня в будущем.
— Ты можешь рассказать мне, когда придёт время. Я знаю, что сказала, но это не обязательно должно произойти сегодня.
Его взгляд стекленеет, словно он сосредоточен на воспоминании, а улыбка, когда она появляется, кривая и с оттенком грусти. Он хватает прядь моих волос и накручивает её на указательный палец.
— Спроси меня, что хочешь знать.
Вопрос номер один простой: — Как ты так быстро меня нашел?
Он сжимает губы. — Я так и думал, что ты начнешь с этого. — Его щека выпячивается, когда он проводит по ней языком. — Помнишь, как на следующий день после бала я привел врача сделать тебе прививки?
Я киваю.
— Это были не прививки.
Я хмурюсь, пытаясь понять его ответ. — Их не было?
— Нет.
Меня пронизывает нервная энергия, и тревога скручивает внутренности. — Что тогда?
— Одним из них… был противозачаточный имплант.
Меня охватывает шок: доверие, постепенно крепнущее между нами, рушится под тяжестью его обмана. Противозачаточный имплант? Зачем? Весь смысл нашего брака в том, чтобы я родила ему как минимум двоих детей, но Александр давал мне противозачаточные без моего ведома. В этих обстоятельствах единственная причина назначить мне противозачаточные средства — не дать мне забеременеть.
— Я… я не понимаю.
Он проводит тыльной стороной ладони по моей щеке. — Сколько себя помню, я всегда знал, что меня ждет в будущем. Как старший сын, я в конечном итоге стану главой семьи, став представителем Де Виль в Консорциуме. Моя роль будет заключаться в том, чтобы руководить нашими многочисленными деловыми интересами. С этой ролью связано ожидание продолжения рода. Заводить детей. В детстве я обожал это, и мы с Аннабель часто говорили об этом. Мы хотели, чтобы наши дети росли как можно ближе друг к другу, чтобы они росли такими же близкими, как мы.
Его взгляд стекленеет, словно он вспоминал что-то и наблюдает за происходящим, словно в кино. Вспышка боли углубляет морщины вокруг его глаз, и я понимаю, что он думает об Аннабель.
Я почти поднимаю руку, чтобы коснуться его лица, чтобы утешить, но потом вспоминаю, что он вколол мне имплант без моего ведома. В этом отношении он ничем не отличается от Уилла.
— Потом её убили, и я поклялся никогда не быть отцом. Я не мог рисковать тем, что их заберут, из-за того, кто я. Из-за того, кто эта семья.
— Тогда зачем вообще жениться?
— Потому что мой отец ожидал этого от меня, и отказ значил бы проявить слабость перед Консорциумом. Если мой отец не может справиться со своими детьми, то
