когда дверь открылась и закрылась. Я подняла голову только тогда, когда услышала, как с резким щелчком повернулся замок на ручке.
Мужчина в дверях улыбнулся мне. Это было самое пугающее зрелище, которое я когда-либо видела.
— Не ожидал встретить тебя здесь, — сказал Майкл, входя в комнату.
Глава 35
Сердце бешено заколотилось, я вдохнула и вскочила на ноги. Майкл подошел ближе, и я попятилась на дрожащих ногах.
— Как ты сюда попал? — в ужасе прошептала я.
Выражение его лица было неописуемым. В его глазах читалась убийственная холодность акулы. Даже его улыбка была похожа на акулью.
— Ты имеешь в виду, как мне удалось обойти всю охрану и полицию, которых Нико нанял, чтобы обеспечить твою безопасность сегодня вечером? Я пришел вчера вечером вместе с остальными. — Он улыбнулся еще шире. — И так и не ушел.
Осознание того, что Майкл подстерегал меня, как терпеливый хищник, выслеживающий свою добычу, со вчерашнего дня, заставило мою кожу покрыться мурашками, а кровь застыть в жилах. Я отступила еще на несколько шагов, пока не уперлась в стену. Я не могла идти дальше. Поэтому сделала вдох, готовясь закричать.
— Только закричи, и я заставлю тебя пожалеть об этом, — рявкнул он.
Мои дрожащие руки сжались в кулаки. Мысли разбегались в разные стороны.
— Чего ты хочешь, Майкл?
Он склонил голову набок. Его взгляд жадно скользил по моему телу. Я вздрогнула, и он рассмеялся.
— Я много кем могу быть, но я точно не насильник, Кэт. Твоя добродетель в безопасности со мной.
— Но мой дом, видимо, нет!
Его смех перешел в покашливание. Он был до жути похож на Нико. Они даже одевались одинаково: ботинки, джинсы и черная кожаная куртка. Я гадала, было ли это совпадением или еще одним странным фетишем, вроде того, чтобы стоять у темной спальни и смотреть, как спит его брат.
— Это было сделано лишь для того, чтобы привлечь твое внимание. Сбавь обороты в своей самодовольной самоуверенности. Вижу, это сработало.
В моих ушах стоял оглушительный рев. Я не знала, чего мне хочется больше: убежать или наброситься на него и выцарапать ему глаза.
— Чего ты хочешь?
Улыбка сошла с лица Майкла. Его взгляд стал затравленным.
— Эми. Я хочу вернуть Эми.
Что-то в том, как он это сказал, какая-то странная интонация в его голосе насторожили меня. В том, как он произносил ее имя, было что-то извращенно собственническое.
— Я ничего не могу с этим поделать, Майкл. Никто не может.
У него перехватило дыхание. Его голос звучал тихо и сдавленно.
— Я любил ее.
О чем, черт возьми, он говорит? Чего он хочет?
— Я знаю, что любил… — тихо произнесла я.
— Нет, не знаешь! — внезапно выкрикнул Майкл. Его лицо покраснело. — Я сказал тебе на поминках: ты ничего не знаешь!
Я вздрогнула. Страх пронзил меня до самых кончиков пальцев, ледяными когтями пробежался по спине. Все чувства обострились. Его ярость была настолько ощутимой, что я почти чувствовала ее вкус. Я стояла неподвижно, пока Майкл пытался взять себя в руки. Он разжимал и сжимал кулаки, его грудь вздымалась и опускалась от прерывистого дыхания.
— Я любил ее, — сказал он. — Я был влюблен в нее. И она любила меня. Мы были больше, чем просто брат и сестра, Кэт. Мы были всем друг для друга. Мы были лучшими друзьями. — Его голос дрогнул. По щекам потекли слезы. Майкл прошептал: — Мы были любовниками.
Я ахнула, почувствовав одновременно тошноту, шок и отвращение.
— Она пыталась бороться с этим. Поэтому и сбежала с Хуаном Карлосом: Эми думала, что другой мужчина все изменит. Она считала, что расстояние все исправит. — Он рассмеялся. В тишине комнаты раздался резкий, неприятный звук. — И, черт возьми, это и произошло. Но не так, как она думала. Три года Эми была его шлюхой, запертой, как птица в клетке. И в тот день, когда какой-то грязный подонок вырубился прямо на ней, а его мобильный телефон лежал в кармане рубашки, кому, по-твоему, она позвонила? Мне. Сестра позвонила мне. Потому что я был единственным, кто по-настоящему любил ее, Кэт. И она это знала. Эми знала, что я сделаю все, чтобы забрать ее от него. Все.
С нарастающим ужасом я вспомнила, что Нико рассказал мне о телефонном звонке Эйвери из Бразилии, когда она сказала, что возвращается домой. Он сказал, что знает о смерти Хуана Карлоса… и думает, что его сестра как-то связана с этим.
— Это был ты, — прошептала я. По моим рукам побежали мурашки. — Ты убил Хуана Карлоса.
Майкл оскалился, как загнанный в угол зверь.
— Ты чертовски права, я его убил! Сестра сказала мне, где ее искать, я выследил этого ублюдка и прикончил его, как насекомое, которым он и был! Потом я привез ее обратно, и Нико даже не заметил моего отсутствия, настолько он был погружен в свою чушь! — Его голос стал мягче, в нем появились странные нотки. — Так что мы с Эйвери снова были вместе, только на этот раз мы оба знали, что это навсегда. Так и должно было быть. И мы были счастливы.
У меня скрутило живот. Я почувствовала тошноту.
— Счастливы? Боже мой, Майкл! Она была наркоманкой — твой отец приставал к ней, она была вынуждена работать в борделе — как ты мог так с ней поступить? Как ты мог воспользоваться тем, что она была так сломлена? Она была твоей сестрой!
— Она была моей жизнью! — закричал он.
В ужасе я подпрыгнула. Интуитивно я чувствовала, что он представляет для меня серьезную опасность. Одно неверное движение — и я покойник. Майкл медленно приближался. У меня руки онемели. Я не могла дышать. Мои мысли неслись сквозь пространство со скоростью тысяча километров в час, но тело словно приросло к земле.
Голос Майкла стал тише, почти превратился в шепот.
— А когда Нико узнал о нас, он отобрал у меня единственное, что я любил, и пригрозил убить меня, если я еще хоть раз к ней подойду. Он сказал ей, что я болен, что я такой же, как наш отец, и она его послушалась. Они отрезали меня от мира, и я больше никогда ее не видел, вплоть до того дня, когда ее чертов гроб опустили в землю!
Теперь я с леденящей душу ясностью понимала, почему Нико так расстроился, когда увидел, как Майкл целует меня, и почему я сказала ему, что рада, что в ту ночь в доме за нами наблюдал Майкл, а не кто-то
