дверью душевой в главной ванной комнате и смотрела, как Нико стоит, прислонившись ладонями к мокрой плитке, с опущенной головой и закрытыми глазами, неподвижный, под струями воды, стекающими по его обнаженному телу.
Он был прекрасен. Как скульптура.
Сняв туфли на каблуках, я расстегнула блузку и позволила ей упасть на пол. Затем сняла юбку, потом трусики и бюстгальтер — все предметы одежды падали на плитку так быстро, как только я успевала их снимать. Я открыла дверцу душевой кабины. Поток пара приподнял мои волосы и покрыл кожу теплыми каплями.
Нико поднял голову. Увидев меня, он сверкнул глазами и выпрямился. Он открыл рот, чтобы что-то сказать.
— Нет. — Я коснулась его губ пальцами. — Не говори. Это не важно. Важно только другое.
Я поцеловала его.
Он мгновенно отреагировал, застонав мне в рот. Одной рукой Нико прижал меня к груди, обхватив железной хваткой за спину, а другой потянул меня за волосы, запрокинув мою голову. Тяжело дыша и дрожа всем телом, он прижал меня к гладкой кафельной стене и впился в мои губы.
Я знала, что ему нужно. Так мы лучше всего понимали друг друга. С бешено колотящимися сердцами, отчаянными поцелуями и разгоряченными телами мы без раздумий и колебаний отдались тому, что всегда пылало между нами, — мучительному желанию и жадной, темной потребности.
— Кэт, — его голос дрогнул, когда Нико произнес мое имя. — Прости. Конечно, твои чувства важны для меня…
— Ш-ш-ш, — прошептала я. — Я знаю. Я уже знаю.
Я повернулась в его объятиях, уперлась ладонями в скользкую стену душевой, наклонилась вперед и посмотрела через плечо. Нико обхватил меня за бедра. Его эрекция упиралась мне в ягодицы. Он облизнул губы и молча уставился на меня, ожидая. Я никогда не видел такого вожделения в глазах.
Я положила свою руку поверх его и провела ею вниз по бедру, к промежности. Жадный взгляд Нико проследил за моим движением, а затем снова устремился к моим глазам. По его лбу стекала вода. Одна капля, застрявшая в его длинных ресницах, скатилась по щеке, как слеза.
Хриплым голосом, едва слышным из-за шума воды, я сказала: — Сделай это.
Его ресницы дрогнули и закрылись. Когда он снова открыл глаза, в выражении лица Нико появилось новое, опасное выражение.
Он сильно шлепнул меня по заднице.
Жгучая боль вспыхнула на моей коже, как фейерверк. Я подпрыгнула и втянула воздух, но я этого ожидала.
Он снова ударил меня. На этот раз я застонала. Боль стала ярче, острее. Я выгнула спину. Мои глаза закрылись. Нико крепко обхватил меня пальцами за тазовую кость.
Когда его рука в третий раз коснулась нежной кожи моей ягодицы, боль была настолько сильной, что я вскрикнула и приподнялась на цыпочках.
— Терпи, — сказал он низким хриплым голосом. — Терпи ради меня, Кэт.
Сердце бешено колотилось, я опустила голову, обхватив ее руками, и прошептала: — Да.
Еще семь быстрых, безжалостных ударов — и все закончилось.
Рука Нико обвилась вокруг моей талии. Он притянул меня к себе и прижался губами к моему уху.
— Красавица, — выдохнул он и скользнул рукой между моих дрожащих ног.
Моя голова откинулась ему на плечо. Сердце колотилось так бешено, что я едва могла дышать. Его сильные пальцы скользили по моим влажным складочкам, а свободной рукой он приподнял мою грудь и нежно ущипнул за сосок. Меня пронзила волна ощущений, горячая, как пар, клубившийся вокруг нас. Я издала невнятный звук удовольствия
Нико развернул меня и прижал к стене душевой кабины. Он опустился передо мной на колени и уткнулся лицом мне между ног. Горячая вода стекала по его спине, попадая на мой живот и грудь, на мои твердые, ноющие соски.
— Пожалуйста! — умоляла я, выгибаясь навстречу его губам. Моя промежность пульсировала, кровь бешено стучала в венах. Казалось, что весь мир вот-вот взорвется.
Лаская мой клитор, Нико погрузил пальцы глубоко внутрь меня. Я кончила, выкрикивая его имя.
Мои колени подогнулись, но прежде чем я успела упасть, Нико подхватил меня на руки. Он распахнул дверь душевой, прошел через ванную в спальню и аккуратно уложил меня на кровать. Затем нашел презерватив в ящике прикроватной тумбочки и натянул его на свой прекрасный твердый член, пока я, дрожа от переполнявших меня эмоций, наблюдала за ним. Он опустился на колени на матрас и раздвинул мне ноги, проведя открытыми ладонями по моим бедрам и не сводя с меня темного взгляда. По его груди стекали капли воды.
Молча наблюдая за моим лицом, Нико вошел в меня.
Я вздрогнула и тихо застонала. Он прижался ко мне всем телом, так что наши груди соприкоснулись, и положил руки по обе стороны от моего лица. Затем проник в меня еще глубже. В ответ я выгнула бедра, желая ощутить его внутри себя целиком. Когда толчки участились, я обхватила его ногами за талию и сцепила лодыжки, прижав пятки к его спине.
Мы не разговаривали. От этого близость казалась еще более интимной. Мы смотрели друг другу в глаза, наши тела двигались в унисон, мы прерывисто дышали в унисон, наши сердца бились в унисон. Нико опустил голову, взял в рот один из моих сосков и начал посасывать. Я снова застонала, чувствуя приближение очередного оргазма. От этого звука Нико тихо зарычал мне в грудь и стал посасывать сильнее. Он прикусил мой сосок с такой силой, что я вздрогнула.
Охваченная внезапной, неистовой потребностью, я запустила пальцы в его мокрые волосы и сжала его голову.
Я знала, что он почувствовал перемену в моем теле, знала, что Нико понял мою безмолвную мольбу. Знала это, потому что он обхватил меня одной рукой за шею и слегка сжал, а затем сильнее прикусил мой сосок и начал трахать меня более мощными и быстрыми толчками.
Мое тело выгнулось. ДА.
— Пока нет.
Услышав его хриплый приказ, я застонала от разочарования. Я больше не могла сдерживаться. Мои пальцы крепче сжали его волосы. Я зажмурилась и прикусила губу.
Нико издал звук, похожий на шипение. Все мышцы на его руках и спине напряглись. Он вошел в меня еще три раза с почти неистовой силой, а затем прохрипел: — Сейчас, детка! Сейчас!
Оргазм пронзил меня, заставив напрячься всем телом и поджать пальцы на ногах. Я закричала. Ответный стон Нико был прерывистым, гортанным. Его член пульсировал глубоко внутри меня. Обезумев от удовольствия, я прижалась к нему тазом, впиваясь пальцами в его напряженные руки. Выгибаясь и вскрикивая под ним, я принимала каждый толчок, доила каждое
