Глава 24
На следующее собрание в понедельник Полли приехала поздно, пребывая в депрессии после вчерашнего вечера, когда Грэм Вире вернулся из Сан-Диего и сразу же направился к ней. Сначала она очень обрадовалась, поскольку даже не предполагала, как сильно будет скучать без него, хотя Вире регулярно звонил ей. Полли перепугалась, когда он предложил отправить детей на рождественские каникулы к бабушкам и дедушкам и провести пару дней вместе, прежде чем к ним присоединиться.
Однако позже недовольство собой переросло в необъяснимое веселье, которое сменилось отчаянием, поскольку его предложение сильно взволновало ее, а желание все время быть рядом пугало. Полли пыталась понять свою реакцию, свои чувства. Чем внимательнее становился Грэм, тем большую зависимость от него чувствовала Полли. И хотя она тщательно анализировала свои мысли, ощущение, будто с ними что-то не то, не проходило.
«Проблема не в нем. Проблема в тебе», — говорила мама с нескрываемым презрением в голосе.
Как только Полли зашла в комнату, понурая и унылая, подруги попросили ее объяснить, в чем дело, и она сразу почувствовала себя маленькой. «Словно все, что мне было нужно, так это хороший мужчина».
— Итак, — сказала Лотти, — предпосылкой создания нашей группы явилось то, что всем требовались перемены. А чего хотели лично вы?
— Не знаю, — призналась Полли. — У меня все хорошо, но иногда я чувствую себя очень одинокой, словно все умерли и я осталась одна.
— Надеюсь, ты не думаешь, что мы сможем вернуть их обратно, — съязвила Шарлотта.
Дина одарила ее красноречивым взглядом и заверила Полли:
— Ты прекрасно справилась со своим горем и стала независимой успешной женщиной.
Лотти немного отодвинулась от стола — профессиональный прием, позволяющий дистанцироваться от происходящего, — и величественно кивнула, будто занималась с ними по собственной методологии. С самого начала эта группа была более самостоятельной, чем остальные, поэтому она предпочитала вести занятия с минимальным контролем, прекрасно понимая, что успехов они добьются сами. Тем не менее ей хотелось чувствовать отдачу.
— Ладно. Хорошо, — уступила Полли. — На самом деле — я ощущаю себя так, словно совершила подлость. Возможно, мне стыдно. Или я просто испытываю вину за то, что влюбилась. Вот.
— Это не стыд, — мягко поправила Жюстин. — Просто когда обстоятельства складываются лучше, чем мы предполагали, мы становимся подозрительными. Ты вела себя очень мужественно, пока все было плохо, и решила, что тебе не позволят остаться одной.
Все с удивлением уставились на Жюстин, поскольку она обычно не участвовала в подобных дискуссиях. Казалось, подруги ждали продолжения, и она не заставила себя упрашивать.
— Иногда наши проблемы такие мудреные, что мы ожидаем сложного решения, хотя на самом деле все может оказаться очень простым.
— Например? — спросила Лотти, понимая, что Жюстин имеет в виду не только ситуацию с Полли.
Жюстин рассказала им о Дне благодарения. Описала собравшихся — семейство Робби, своих родителей и семью брата, — еду, которая представляла собой смешение традиционных праздничных блюд и японской пищи. Описала долгое, обильное застолье, после которого все чувствовали себя не очень комфортно, и неожиданное заявление Робби: «Я долго думал над тем, что мне сказала Жюстин о проведении консультаций для поставщиков и потребителей. Я хочу» чтобы моя жена активно участвовала в развитии бизнеса. Ее интересуют подобные вопросы, и она вполне может ими заняться».
— Все просто онемели, — сказала Жюстин. — И только мама Робби слушала сына без всяких эмоций, а затем произнесла: «Отличное решение». А это означает, что так и будет.
Тема была исчерпана. А к новой они перейти не успели, потому что на лестнице послышался страшный грохот и пол второго этажа затрясся сильнее обычного. Дина затаила дыхание и вцепилась руками в подлокотники, а Жюстин кинулась к ней. Хотя все, включая Дину, знали, что кто-то просто поднимается по лестнице. В самом деле, через несколько секунд дверь отворилась и на пороге появилась Кэт.
Она выглядела абсолютно здоровой, в свободной футболке, с плотно прижатыми к телу руками. Женщины поднялись, чтобы поприветствовать ее, а Лотти даже приобняла за плечи, когда Кэт проходила мимо стола, чтобы сесть на свое любимое место у окна.
— Похоже на триумфальное возвращение! — воскликнула она. — Можно подумать, я что-то сделала… кроме того, что выжила и стала более плоской.
— Пока еще ничего не ясно, — улыбнулась Шарлотта. — По крайней мере, до тех пор, пока не обретешь прежнюю форму.
Кэт нормально относилась к подшучиваниям, но терпимой ее трудно было назвать. Передернув плечами, она опустилась на стул и отрезала:
— Не будем говорить, как я выгляжу! Лучше обсудим, что со всем этим делать, хорошо?
— Мне казалось, ты снова собираешься заняться бегом, — предположила Полли. — Теперь дополнительный груз тебе не помешает.
— Но не в соревнованиях, — ответила Кэт. — Я слишком стара для этого.
Прежде чем подруги успели прокомментировать ее высказывание, Кэт развила свою мысль. Она хотела проверить предположение молодого доктора, которая ее оперировала. Ту удивила уверенность Кэт, будто именно имплантаты превратили ее натренированное тело в красивую картинку. Она наблюдала подобные случаи, занимаясь с девочками-подростками из старших классов. Независимо от того, к какому социально-экономическому слою они принадлежали, занимались спортом или нет, все школьницы были крайне обеспокоены своей внешностью.
— Мы обе считаем, что это очень плохо, — пояснила Кэт. — Ведь их самооценка зависит от того, как они выглядят, а не как работают их тела. Популярность со временем уйдет, а тело будет служить всю жизнь. И с этим напрямую связано ваше самочувствие.
Короче говоря, Кэт собиралась отправиться к подросткам и побеседовать с ними. Подруги горячо одобрили ее начинания. Кэт же, довольная собой, переводила взгляд с одной женщины на другую.
Наконец Лотти удалилась и в комнате стало тихо. Первой слово взяла Полли:
— Итак, пришло время Майло Тиля. Мы с Жюстин выяснили много интересных подробностей, касающихся мошенничества с налогами.
— Это по моей части, — сказала Шарлотта. — Я обнаружила очень любопытную информацию, которая либо уже давно известна, либо дела настолько запутанны, что их никогда не предадут гласности, поскольку все равно никто ничего не поймет.
Сначала Шарлотта поведала о судебных процессах Тиля, связанных с залогами на строительство: один иск уже рассматривается в суде, другой пока только готовят к рассмотрению. Оба иска подали землевладельцы, которые приняли на себя определенные обязательства, однако потом выяснилось, что экспертиза по определению стоимости участков не соответствует действительности и выплаченные деньги в несколько раз превышают реальную оценочную стоимость.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
