Об этих делах известно уже давно благодаря вездесущей прессе. Ничего нового ожидать не приходилось, ведь адвокаты Тиля и его друзья из политической элиты обо всем позаботились.
Что касается «слепых» трастов, то тут Шарлотта работала под руководством Жюстин. Они вычислили несколько операций, с того момента как Тиль принял на себя обязательства собственника, превращая земельные участки в инвестиции. Шарлотта проследила многочисленные сделки, которые совершались через различные штаты, округа и участки, и либо присоединялись друг к другу, либо, наоборот, продавались отдельно.
— Он превращает грязь в золото, — сказала она. — Например, приобрел для одного калифорнийского сенатора участок в двести сорок три гектара стоимостью всего сто восемьдесят тысяч долларов — это триста долларов за четыре тысячи сорок семь квадратных метров. Разделил участок на тридцать небольших ранчо и выставил их на продажу. Каждое ранчо стоило сто сорок тысяч долларов. Он быстро распродал участки друзьям и сторонникам сенатора, которые уже давно внесли возможный максимум пожертвований в его кампанию. Таким образом, эта операция позволила ему получить на законных основаниях четыре миллиона долларов.
— Типичная ситуация, — вздохнула Шарлотта, усаживаясь на место и ероша свои короткие волосы. — Он настоящий гений.
Ответной реакции на ее речь не последовало. Казалось, никто не понял, что она закончила.
— Это трудно объяснить…
— Это скучно, — перебила Кэт.
— Мы собрались здесь не для того, чтобы развлекаться! — отрезала Шарлотта.
— Дети, дети, — мягко остановила подруг Полли. — Если не ошибаюсь, проблема с залогом на строительство заключается в том, что это обычное жульничество.
— А проблема «слепых» трастов в том, — улыбнулась Шарлотте Жюстин, — что сделки тяжело проследить. Я попыталась проделать ту же работу, что и Шарлотта, и времени ушло очень много.
— Более важно, что подобные сделки скорее всего незаконны, — заключила Шарлотта. — Их можно завуалировать, но вот спрятать не получится.
Женщины заерзали на своих креслах. Кэт с трудом поднялась и побрела вокруг стола. Шарлотта закрыла записную книжку в кожаном переплете.
— А теперь давайте поговорим о налоговом департаменте, — предложила Полли.
Женщины снова зашевелились, явно заинтригованные.
— Если окажется, что Майло Тиль приобрел коллекцию Дины для личного пользования, а выписал чек на свою компанию, — улыбнулась Полли, — у нас будет над чем поработать. Ты уверена, что это и есть наш план, Дина?
Та пожала плечами:
— Ауралия сообщила, что Тиль, как и многие другие клиенты, выписывает чеки на компанию, а купленные вещи отправляет к себе домой. Кстати, он очень торопился завершить все формальности до конца финансового года, то есть до тридцатого ноября.
— Отлично! — воскликнула Полли. — Это сходится с тем, что рассказывал нам приятель Жюстин.
Жюстин согласно кивнула. Кэт снова уселась на свое место.
— Помните, когда мы были в гостях у Кэт, Дина поделилась с нами потрясающей новостью и кто-то вспомнил о деле Леоны Хемсли?
— Это была ты, — подсказала Дина.
— Точно. Итак, по словам Рея, мы имеем дело с налоговым мошенничеством. Леона приобретала вещи для личного пользования, а все расходы списывала на непредвиденные обстоятельства или улучшение интерьера своих отелей.
Смакуя каждое слово, Полли в деталях пересказала дело Хемсли, начиная с полумиллиона долларов, потраченных на изделия из нефрита и вечерние платья, которые та оформила как униформу для горничных. В 1989 году Хемсли признали виновной в уклонении от уплаты налогов, обязали выплатить огромный штраф и посадили в тюрьму на четыре года.
Речь Полли изобиловала многочисленными сравнениями с делом Майло Тиля. Постепенно женщины начали понимать, насколько серьезной информацией обладают. Правда, через некоторое время Жюстин вмешалась в монолог подруги.
— Нам следует быть очень осторожными, — предупредила она. — Идея сама по себе простая, а вот добыть доказательства не так легко. Рей сказал: чтобы подтвердить факт мошенничества, необходимы два условия. Первое: надо удостовериться, что Майло Тиль приобрел коллекцию Дины в личное пользование, поскольку он может перевезти вещи в свой офис или в один из домов.
Итак, им предстояло не только выяснить, куда именно отправят предметы искусства, но и проследить за их перемещением, Кому-то придется отправиться в его личные апартаменты, обследовать офис, а если понадобится, то и другие дома.
— Второе, — продолжила Жюстин. — Нам надо подтвердить не только факт оплаты счетов компанией, но и списание расходов на необходимые приобретения для развития предприятия. В противном случае будет понятно, что хотя Тиль и оплатил покупку, выписав чек от имени собственной корпорации, коллекцию он оформил в качестве личной собственности.
— Конечно, а я продам вам мост и спортивный клуб, — усмехнулась Кэт. — Мы же прекрасно знаем, что он собирается оставить все себе, почему в таком случае не можем просто сообщить об этом в налоговый департамент? Мы же поймали его?
Они пока не представляли, как объявить о другой возможности доказать виновность Тиля. Подруги знали от Шарлотты, что компания, где работает Эвери Фейнман, поддерживает деловые отношения с корпорацией Майло Тиля. Шарлотта неоднократно предупреждала, что Эвери не будет помогать в их затее, даже если она попросит. Но женщины все же решили не упускать такую возможность. По словам Полли, он просто обязан был помочь, поскольку Тиль совершил множество противоправных поступков.
Когда они наконец все выяснили, за окном совсем стемнело, а силуэты деревьев начали расплываться на фоне вечернего неба. Подруги все больше убеждались в правильности собственных поступков. В их копилке побед находился политик, раздавленный общественным мнением, адвокат, убитый собственной женой, а они фактически явились соучастниками преступления. Теперь им хотелось увидеть, как хитрого и изворотливого владельца строительной империи накажут по заслугам. Может, его крупные аферы наконец раскроются благодаря нескольким корзинам и фарфоровым изделиям.
— Подумать только, вроде бы такая мелочь! — удовлетворенно воскликнула Полли. — У нас все получится!
С улицы дом Шарлотты казался погруженным во мрак; правда, подъехав ближе, она увидела, что на кухне и у боковой двери горит свет. Войдя, она сразу же поняла, что Эвери заперся в комнате позади кабинета, где хранил свои вина. Она слышала, как выдвигаются и задвигаются ящики, в которых лежали маленькие бутылочки, и подумала, что Эвери скорее всего решил систематизировать вина по названию, возрасту, происхождению, дате приобретения и цене.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
