class="p1">Я увеличиваю темп, двигаясь быстрее и сильнее, заставляя ее кричать громче, насаживая ее до самого конца. Ее тело отвечает на каждое мое действие с неумолимой жадностью, словно она получает то, чего так долго ждала. И тут Катю накрывает, она наслаждается и растворяется в этом безумии, приятно сжимая мой стояк мышцами.
И я тоже не выдерживаю. Я продолжаю двигаться, пока не кончаю на ее шикарную задницу. Позволяю себе расслабиться. Мне нужна эта разрядка, словно молнией шибануло. Чистый кайф…
Не упускаю возможности смачно шлепнуть ее пару раз, вызывая непреднамеренный стон моей «начальницы».
Вытираю член о ее халат, застегиваю ширинку на брюках, невзначай провожу рукой по ее волосам и отпускаю Катю.
Парни внизу обиженно и неудовлетворенно свистят, требуя продолжения. Но… С нее на сегодня хватит.
Катя медленно поворачивается и скользит удовлетворенным взглядом по моему телу, оценивая мускулы и шрамы.
В мгновение ее взгляд меняется, обретая презрение и высокомерие, как и обычно.
Я привычно ухмыляюсь, достаю из кармана несколько купюр и небрежно кидаю в ее сторону.
— Захочешь продолжения — придешь сама, — оглядываю ее с босых ступней до бездонных карих глаз, еще раз заостряя внимание на упругой груди, которую она и не думает прикрывать распахнутым халатом.
Направляюсь в свой номер, оставляя ее одну.
Надеюсь, дьяволица усвоила урок и впредь не будет доставлять мне проблем. Но, несмотря ни на что, она все еще чертовски меня возбуждает.
Мои дорогие, у меня для вас важное объявление: заключительная глава должна была выйти в четверг по графику, но я перенесла ее на пятницу около 20-00 МСК. Мне нужно время, чтобы параллельно запустить новую книгу, поэтому, надеюсь на понимание. Кстати, первые семь глав будут доступны к прочтению почти сразу, а дальше по графику пн-чт в 17-00. Да, теперь буду радовать вас вечерами. Спасибо за внимание!
Глава 36. Дела идут в гору
Трек к главе: Where Will You Run - Black Lab. Включаем и наслаждаемся чтением.
Спустя год.
Самолет приземляется в заснеженном Шереметьево. Год спустя после сделки, заключенной в Рио. Год, который изменил все. Или, скорее, подтвердил. Подтвердил, что все мы — просто куски дерьма, застрявшие в этом проклятом мире. И все, к чему мы прикасаемся — превращается в тлен. Сломанные жизни, мертвые люди, до которых никому нет дела…
Констанция стоит рядом, в черном пальто, как всегда, безупречная и непроницаемая. Она смотрит на меня, и в ее дьявольских глазах поблескивает лишь холодное равнодушие. Или она хорошо маскирует свои чувства. Мне плевать.
Знаю ее больше года — и ни хера о ней не знаю.
— Ну что ж, — говорит она, ее голос, как всегда, ровный и отточенный. — Делай все, как договорились, и постарайся не облажаться.
— От моего успеха зависит и твой, — отвечаю я, глядя ей в коварные глаза. — Можешь помолиться, дорогая.
Она чуть приподнимает левую бровь.
Мы молчим несколько секунд, оценивая друг друга. Между нами ощущается напряжение. Мы оба знаем, что через несколько дней снова встретимся и будем решать общие дела.
Поправляю ворот пальто и ухожу, как обычно, не прощаясь.
На парковке аэропорта меня встречает Сеня. Мы садимся в машину, и он везет меня в мой новый дом — огромный особняк за городом.
Сеня хмыкает и нарушает тишину, которой я наслаждался.
— Видел на выходных Каришу, заходила в гости к нам с Дианкой. Она сказала, что Анжелика уехала из города. Уже давно. Просто в доме Анжелики теперь живет подруга Кариши, и как-то... разговорились. Вот.
Я моментально возвращаюсь обратно на землю из своих мыслей. За этим вопросом стоит все. Все мои надежды, все мои мечты, все мои заботы.
Мое прошлое.
Я стискиваю зубы.
— И что? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
Сеня пожимает плечами.
— Не знаю, куда-то она рванула... Интересно...
Внутри меня все рушится. Я знал, что это произойдет. Знал, что она уйдет в неизвестность. Но когда это сказал Сеня, я почувствовал, как будто меня ударили по голове кувалдой.
Давно не вспоминал о ней. Буду честен с самим собой. Запрещал себе вспоминать. Я наделал глупостей. Потому что конченный мудак, и от этих воспоминаний мне неприятно!
Я молчу, глядя в окно на заснеженный пейзаж. Все белое, чистое, словно пытающееся скрыть то дерьмо, которое произошло в моей жизни. И я понимаю, что, потеряв Анжелику, я стал только хуже, безразличнее к людям.
Проходит месяц.
Я работаю, веду дела, встречаюсь с такими же выродками и убийцами, как я, но в душе у меня пустота. Анжелики нет. И ее никогда не будет. Какого хера Сеня завел тогда о ней разговор?
Направляюсь в парк. Холодный ветер треплет мои волосы. Ненавижу зиму.
Я сажусь на скамейку и смотрю на заснеженные деревья. Пытаюсь найти покой. Забыть ее.
— Я отпускаю тебя, Анжи, — шепчу я, глядя в небо, — проваливай уже, детка, из моей головы.
Слова вылетают из меня, как комья земли из могилы. Но я не чувствую облегчения. Я чувствую только боль и недосказанность, но понимаю, что так будет лучше.
Столько времени прошло, а в голове — хаос. Опять Анжелика… Ее образ, словно фантом, мелькает перед глазами. Нежная, хрупкая. Идеальная. Правильная.
Со мной рядом у нее не было на лице улыбки, радости, только подчинение, страсть в сексе и дрожь от моих прикосновений. Это сводило меня с ума. Но сейчас эти воспоминания вызывают лишь… боль.
Анжи… Она была моей слабостью и уязвимостью. Она дарила мне надежду. Вернее, иллюзию. Но хрупкость стекла разбилась, оставив лишь острые осколки в сердце. Она ушла, оставив за собой пустоту и горечь воспоминаний. Помню ее маленькой девчонкой, которая дарила мне единственные лучи надежды в этой жизни, тогда я в ней нуждался... Она ушла. Так будет
