и сидел в своем багажнике, дожидался, чем все закончится. Так нет же, решил вылезти!
– Иди открой багажник! – приказал он.
Виктор нехотя подчинился, но шел к мобилю медленно, вытащив из кармана револьвер. Через несколько шагов он скрылся из моего поля зрения, и даже скосить глаза, чтобы наблюдать за всем, не получалось.
Щелчок и легкий скрип, с которым открылся багажник. Знаю, потому что на нашем с Ильей мобиле он открывается также. Затем – ругань и другой щелчок, такой, с которым оружие готовится стрелять.
– Добрый господин, не губите! – заканючил Алеша. – У меня братья с сестрами дома малые, не оставьте их сиротами!
– Зачем ты влез в мой мобиль? – налетел на него Игорь.
– Дык того… вижу, мадама красивая идет, познакомиться захотел. А она, ах оставьте, плохо себя чувствую. И юрк в салон. Я же не дурак, понял, на что она мне намекает! Мол, ты парень хоть куда, но муж ко мне строго водителя приставил. Ну и влез в багажник, думаю, дома-то она меня оттуда и выпустит!
– Бред какой-то, прикончи его, – Кукловод взмахнул рукой, а Виктор снова взъярился.
– Сказал же, что не душегуб!
Сам Игорь, видимо, тоже не хотел марать руки, потому как только выругался от досады, а Виктор тем временем приказал Алешке улечься лицом в землю. Тут меня снова окатило холодом. А если убить прикажут мне? Дадут в руки револьвер или скажут поднять камень и разбить парню голову? Как я буду жить с таким?
Но Игорь не успел ничего сделать, дернул головой, выглядывая что-то вдалеке. А потом и я расслышала звук приближающегося мобиля, а может быть и не одного.
– Невовремя, – покачал он головой. – Иди-ка на мост, Полина.
Глава 39
Илья гнал так, что самому становилось страшно. Подскакивая на очередной кочке или влетая в поворот, обещал себе ездить только медленно и аккуратно, а еще – непременно днем, когда достаточно света. Пока же приходилось вилять и молиться Отцу Небесному и Ночи Таительнице, чтобы уберегли и дали разума с удачей для погони.
Тем более нить от путеводного клубка все истончалась, пока окончательно не затрепетала и не исчезла, оставив посреди дороги без указателей. Они как раз ехали по окраине, среди спящих ночью заводов и фабрик. В этом районе никто не селился, потому и патрули ходили редко, лучшее место, чтобы спрятаться или спрятать. Но о последнем Илья старался не думать.
– Направо нам, – уверенно произнесла Глаша, да и кот ее прижался к стеклу.
Илья повернул туда и помчал вперед, радуясь, что здесь хотя бы светят фонари, пусть и тускло. Ям стало больше, а сама дорога петляла, точно ее прокладывали по следам испуганного зайца. Даже руки устали постоянно крутить руль, а по спине тянулась струйка пота.
Стоило же им выехать на первый ровный участок, как Илья заметил стоящий поперек дороги мобиль, чуть в стороне от которого валялось колесо, точно как предсказала Глаша. Людей рядом не было, темные фигуры мелькали чуть дальше, на мосту. Там же через мгновение с визгом притормозил другой мобиль, также развернувшись на дороге и накренившись вбок. За ним остановился еще один, из которого тут же повалили наружу люди.
– Вот это мощь! – с восхищением произнес Илья.
– Твое вождение вдохновило, – произнесла Глаша и слегка покраснела. А кот на ее коленях завопил, затем выпрыгнул, стоило ей приоткрыть дверь. – Сказал, с тыла зайдет, – зачем-то пояснила она.
Илья, хоть и слышал от Макара о вербовке ценного сотрудника, но до сих пор считал это розыгрышем, как и Глашину болтовню с хвостатым. Чем тот может помочь? Заорать истошно? Или расцарапать врагов когтями? Для серьезной схватки ему нужно быть раза в три больше, как минимум. А этого кота пнут и не заметят.
Сама Глаша тоже не внушала доверия, как единица боевой помощи: пусть и высокая, но худая и явно без оружия. Кто ее только пустил на это задание? Неужто во всем управлении не нашлось бойцов посерьезнее?
Только он собирался сказать, чтобы Глаша оставалась в мобиле, как та уже выскользнула наружу гибкой тенью. Вот куда? Ведьма-ведьмой, а пули они останавливать не умеют! Илья же быстро влез в стоящий на заднем сиденье саквояж, вытащил оттуда пару флаконов, револьвер из бардачка и тоже выскочил наружу, чтобы бежать к мосту. Краем глаза заметил, что «помощница» исчезла, как и не было, но оно и к лучшему, отсидится в безопасности.
Пока бежал, Илья думал, как напрасно он злился на обязательные тренировки для магов! Да, отнимают время от семьи и работы, зато благодаря им он до сих пор в хорошей форме: не заплыл жиром, не растерял навыков, и с какой стороны держать оружие тоже не забыл.
К его несчастью, те, кто ждал на мосту, тоже. Первые выстрелы загрохотали почти сразу, выбив фонтанчики каменной крошки рядом с ногами Ильи. Он тоже вскинул револьвер и выстрелил, в стороне от мелькавшего в толпе сиреневого платья Софьи. Один выстрел прошел мимо цели или же поглотился магическим щитом, зато от второго один из присутствовавших вскрикнул и прижал руку к плечу.
– Стоять! – донесся до Ильи крик.
Смутно знакомый мужчина выставил руку вперед, призывая его прекратить стрельбу, и одновременно с этим, рявкнул что-то Софье. Стучащий в ушах пульс помешал Илье разобрать слова, зато он прекрасно увидел, как ее тонкая фигурка взметнулась на перила моста, расставив руки, точно цирковая гимнастка.
Илья невольно замедлился и опустил оружие, хотя в него еще пару раз выстрелили, чисто по инерции. Одна из пуль пролетела безнадежно мимо, вторая отскочила от магического щита. На этом стрельба прекратилась, хотя он продолжал идти вперед.
– Револьвер положите, Илья Андреевич! – донесся до него знакомый голос. – Не то ваша невестушка и упасть может.
При этом дружки говорившего свое оружие опускать не спешили, все также смотрели на него через прицелы. Но Софья в самом деле дрогнула от порыва ветра и взмахнула руками, ловя равновесие. Илья сразу же представил, как она летит в темную бездну, без всяких шансов выплыть. Пускай нынче весна, и вода уже не ледяная, но на Софье длинное тяжелое платье, а еще чары, сделавшие из нее куклу. Как еще объяснить, что она так покорно взобралась на перила? И не шевелится, просто стоит и смотрит в одну точку?
– Что
