тайну Роксаны… я даже и не знаю, что вам теперь предложить, Генри! — разочарованно развёл руками Ли Тегуай. — Признаться, я рассчитывал на нечто иное. Вы меня даже в какой-то мере… ну да, разочаровали! Где ваше любопытство, молодой человек? Ваша любознательность? Научное рвение, в конце концов?
— Остались в университете на Беатрис, — ухмыльнулся я предельно цинично. — Моим работодателям из корпорации они были ни к чему. Им нужен был лишь я сам, тушка с руками и ногами. Плюс мозги. И никакой любознательности, боже упаси! Хотя именно на ней я в своё время и погорел. Когда разочаровал Игараси-сама и подался в бега.
— Игараси-сама? — заинтересованно вскинулся Ван.
— Не важно! — отмахнулся я. — Главное, что именно тогда меня окончательно избавили от иллюзий. Никакого любопытства. Никакой любознательности. Никакой фантазии. Что сказано, то и делай! И я решил отныне и навсегда действовать исключительно в своих собственных интересах. Только и исключительно за плату. А вот в каком она будет виде — это уже обсуждаемый вопрос.
— То есть всё дело в цене⁈ — сделал большие (для китайца, разумеется) глаза Юджин Ван. — Только и всего⁈ Я просто должен вам предложить… цену⁈
— Адекватную! — поправил я собеседника. — И откровения по поводу природы давно сгинувших инопланетян, а также их мотивации и жизненных устремлений, на таковую явно не тянут. В моих глазах, конечно же.
— То есть плату информацией вы не примете? — уточнил Ли.
— Смотря какой информацией, — хмыкнул я. — Если она будет полезной в практическом плане — почему бы и нет? Но вы, я полагаю, такие знания прибережёте для себя, любимого? Ну а для меня, лошары, хватит и ничего не значащей в настоящем инфы о сгинувших алиенах. Ведь так?
— Э-э-э… — растерялся — ну, или сделал вид — Ли Тегуай.
— Ну и чего вы тогда удивляетесь, что я не ведусь на такую дешёвую разводку? — ухмыльнулся я. — Так что увы и ах, господин Ли, но я вас по-прежнему… имею в виду! Не более того. Кстати, цените! Тот же шеф Мюррей уже бы вам заявил, что… э-э-э… вращал вас на фаллической оси!
— Что, простите?.. — окончательно сник китаец.
Ха! А чего это он так быстро спёкся? Походу, переборщил я.
— Впрочем, ладно! — барственно махнул я рукой. — Считайте, что вы меня всё же заинтриговали. Валяйте, выкладывайте про роксаниан. А уж я решу, имеет эта информация для меня хоть какую-то ценность, или нет.
— Имеет, Генри, ещё как имеет! — заверил приободрившийся Ли Тегуай. — Хотя поделом мне! Слишком издалека зашёл. Но это исключительно из желания напустить туману.
— Зря.
— А мне почему-то казалось… — начал было китаец, но наткнулся на мой зверский взгляд (пришлось изрядно постараться, но, судя по реакции Вана, получилось как надо!) и, наконец, перешёл к конкретике: — В общем, мой нелюбознательный друг Генри, роксанианцы были весьма интересными существами! Я бы даже сказал, самобытными. Потому что представляли они собой не индивидуальные организмы, и даже не разум типа «рой», а… колонии микроорганизмов, структурно напоминавшие нынешние квантовые кластеры «мускусных»!
— То есть они были всего лишь… биокомпьютерами? — разочарованно протянул я. — Довольно банально, как по мне.
— Нет, что вы, Генри! — всплеснул руками Ли Тегуай. — Ни в коем случае не компьютеры! Колонии микроорганизмов, нечто среднее между вирусами и бактериями, относительно сложно устроенные, по сути — природные аналоги нанороботов. Вот только развились они естественным путём, эволюционировав в условиях Роксаны — той, прежней. И, естественно, спроецировали собственные особенности на свои творения — настоящие квантовые компьютеры, те, которых мы ныне знаем как «оптических» и «мускусных». По сути, каждый кластер есть структурный слепок некогда жившей и мыслившей здесь, на планете, высокоорганизованной колонии микроорганизмов.
— Фигня! — отмахнулся я. — Не бьётся с логикой. Если бы это и впрямь были микроорганизмы, обретающие разум только в совокупности, то мы бы, скорее всего, увидели здесь, на Роксане, единый разум планетарного масштаба. Что-то вроде мыслящего океана из лемовского «Соляриса»! Я имею в виду, функционально подобного. Была бы здесь биологическая ноосфера.
— Но здесь этого не случилось, Генри, — констатировал Ли.
— И почему же? — подыграл я китайцу.
— Потому что колониальное устройство разума — это лишь одна сторона медали, — пояснил тот. — А вторая — как ни парадоксально, но каждая из этих разумных колоний обладала ярко выраженной индивидуальностью.
— Ну и почему же они в итоге не слились в интеллектуальном экстазе? — озадачился я. На сей раз, кстати, вполне искренне, потому что клятый Юджин Ван таки разбередил моё научное любопытство. — Если они микроорганизмы? Как вы можете заставить их обосабливаться в локальных объёмах, и не перемешиваться при этом со сторонними колониями? Со всеми вытекающими вроде общепланетарного разума?
— Элементарно, Генри! — чуть свысока глянул на меня собеседник. — Всего лишь создав особые условия обитания!
— Создав? — уцепился я за оговорку.
— Э-э-э… вернее, наоборот! — поправился Ли. — Наши обособленные колонии микроорганизмов изначально обитали в неких специфических условиях, каковые только и позволили зародиться процессам обмена информацией, схожими с работой наших процессоров. Ну, знаете, транзистор — эмиттер, коллектор, база — есть ток, нет тока… ноль и единица. Стандартный принцип машинных вычислений. И не только машинных, кстати. Ну, или нашей же нервной системы, особенно головного мозга.
— Вы намекаете на то, что эти самые колонии микроорганизмов паразитировали на каких-то местных видах животных, обладавших аналогом нервной системы земных видов? — догадался я.
— Не намекаю, Генри, говорю прямо! — заявил Юджин Ван. — И не какие-то конкретные, а все! Вспомните хотя бы рогачей и бегунов-чита!
— То есть они когда-то были… разумными? — прифигел я.
И да, иначе тут не скажешь.
— Полагаю, да, — кивнул Ли. — Возможно, не совсем в том смысле, который мы привыкли вкладывать в понятие «разум»… хотя нет, именно разум! Пусть и чуждый нам, людям! Но именно что разум, полноценный. А во многих аспектах даже превосходящий наш!
— То есть я правильно понимаю, что здесь, на Роксане, в незапамятные времена сформировались некие микроорганизмы, которые, подселяясь к местным животным, внедрялись к ним в нервную систему… и формировали на её основе вычислительные кластеры? — привёл я бредни собеседника в удобоваримый вид. — И то самое
