свой вкус к формальности, наконец его порывистости – свою привычку все делать постепенно и медленно.
Наиболее видными органами, с помощью которых юридическое сословие действует на демократию, являются суды.
Судья – законовед, он независимо от склонности к порядку и правилам, приобретенной им при изучении законов, исчерпывает также любовь к устойчивости в несменяемости своей должности. Его юридические познания уже обеспечивают ему высокое место между людьми, его политическая власть окончательно выделяет его в особый разряд и дает ему склонности, свойственные привилегированным классам.
Будучи вооружен правом объявлять законы противными конституции, американский судья постоянно проникает в сферу политических дел[193]. Он не может заставить народ издать законы, но по крайней мере заставляет его не быть неверным собственным законам и оставаться согласным с самим собой.
Известно, что в Соединенных Штатах существует тайное стремление, направляющее народ к уменьшению значения судебной власти; в большинстве конституций отдельных штатов есть правило, что по требованию обеих палат правительство может отнять у судей их места. Некоторые конституции допускают выбор членов судов и подвергают их частому переизбранию. Смею предположить, что рано или поздно эти нововведения будут иметь пагубные результаты и что когда-нибудь увидят, что, уменьшив таким образом независимость судов, нанесли вред не одной судебной власти, но и самой демократической республике.
Впрочем, не надо думать, что в Соединенных Штатах законоведный дух ограничивался исключительно пределами судебных помещений, – он распространяется гораздо дальше.
Составляя единственный образованный класс, к которому народ не чувствует недоверия, законоведы являются призванными к занятию большинства общественных должностей. Они наполняют собой законодательное собрание и стоят во главе различных отраслей администрации, следовательно, имеют большое влияние как на составление закона, так и на его исполнение. Законоведы, однако, вынуждены уступать увлекающему их потоку общественного мнения, но легко найти указания на то, что бы они сделали, если были бы свободны. Американцы, внесшие столько обновлений в свои политические законы, внесли – и то с большим трудом – лишь самые незначительные изменения в гражданские законы, хотя многие из последних противоречат их общественному строю. Это происходит оттого, что в вопросах гражданского права большинство всегда вынуждено основываться на мнении юристов, а американские юристы, если им предоставлена свобода действия, не делают нововведений.
Для француза странно слышать в Соединенных Штатах жалобы на дух застоя законоведов и на их предубеждения в пользу того, что уже установлено.
Влияние законоведного духа простирается еще далее тех определенных границ, которые сейчас мной указаны.
В Соединенных Штатах нет почти ни одного политического вопроса, который рано или поздно не разрешился бы в судебный вопрос; от этого происходит необходимость для всех партий в своей ежедневной полемике заимствовать из судебной сферы ее идеи и выражения. Кроме того, так как часть общественных деятелей занимают или ранее занимали судебные должности, то они переносят в заведывание общественными делами свойственные им обычаи и образ мыслей. Учреждение присяжных окончательно знакомит с ними все классы общества. Таким образом, судебный язык становится обыденным языком; юридический дух, зародившийся в учебных заведениях и судах, постепенно распространяется и вне их; он, так сказать, проникает во все общество, нисходя до последних его слоев, и наконец весь народ отчасти приобретает судейские привычки и склонности.
Законоведы образуют в Соединенных Штатах такую силу, которую мало боятся и почти не замечают, она не имеет своего знамени, с гибкостью применяется к требованиям времени и без сопротивления следует за всеми движениями общественного организма. Но она охватывает все общество, проникает во все классы, втайне перерабатывает его, действуя на него постоянно, хотя незаметно для него самого, и заканчивает тем, что придает ему форму, согласную с ее желаниями.
О суде присяжных в Соединенных Штатах как политическом учреждении
Суд присяжных, один из видов выражения верховной власти народа, должен быть сопоставлен с другими законами, устанавливающими это верховенство. Состав присяжных в Соединенных Штатах. Действие, оказываемое судом присяжных на национальный характер. Воспитание, даваемое им народу. Каким образом он влияет на судей и на распространение юридического образа мыслей
Так как мой предмет привел меня к рассуждению о судебной части в Соединенных Штатах, то я не оставлю ее, не занявшись судом присяжных.
В учреждении присяжных нужно различать две сферы: судебное и политическое учреждение.
Если бы вопрос состоял в том, до какой степени суд присяжных, особенно в гражданских делах, содействует грамотному отправлению правосудия, то я согласился бы с тем, что полезность его могла бы быть оспорена.
Учреждение присяжных возникло в обществе малоразвитом, в котором суду предлагались только простые вопросы факта, и сложно применить его к потребностям очень цивилизованного народа, когда отношения между людьми сделались разнообразными и приняли характер, требующий ума и знаний[194].
В настоящее время моя главная цель состоит в рассмотрении политической стороны суда присяжных, идя по другому пути, я бы уклонился от своего предмета. Относительно же суда присяжных, в смысле судебного средства, я скажу буквально пару слов. Когда англичане установили у себя учреждение суда присяжных, тогда они были народом еще полуварварским, с тех пор они сделались одним из самых просвещенных народов, а их привязанность к суду присяжных, вероятно, возрастала вместе с просвещением. Они вышли из своей территории и распространились по всему миру: одни образовали колонии, и другие – независимые государства; главная часть нации сохранила короля, эмигранты основали могущественные республики, но всюду англичане провозглашали превосходство учреждения присяжных[195]. Они или устанавливали его вновь, или спешили его восстановить. Судебное учреждение, которое получает таким образом в течение долгих веков одобрение великого народа и которое ревностно воспроизводится во все эпохи цивилизации, во всех климатах и при всех формах правления, не может противоречить духу правосудия[196].
Но оставим этот предмет. Ограничиться рассмотрением суда присяжных лишь в смысле судебного учреждения значило бы чересчур суживать свою мысль, потому что, если он имеет большое влияние на результат судебных процессов, то еще большее – на судьбу самого общества. Таким образом, суд присяжных есть прежде всего учреждение политическое. На эту точку зрения и следует становиться, чтобы судить о нем.
Под именем суда присяжных я подразумеваю известное число граждан, взятых по жребию и временно облеченных правом судить.
Применить суд присяжных к обузданию преступлений – значит вводить в управление учреждение в высшей степени республиканское. Хочу пояснить свою мысль.
Учреждение суда присяжных может иметь или аристократический, или демократический характер в зависимости от того класса, из которого берутся присяжные, но оно всегда сохраняет республиканский характер, потому что передает действительное направление общества в руки
