– вот теперь всё было как обычно. «Ну, блин, смельчаки – семеро одного не боимся», - усмехнулся Свиридов, легко уходя из под удара и сам, нанося ответный. Половцы дрались не особенно активно, они, в основном, защищались от ударов русских витязей, иногда отвечая, но без особого энтузиазма. Видимо, они ещё боялись русичей, и только страх перед Сартаком заставлял их сражаться. Результатом такого пассивного поведения стало поражение. Вскоре на одного богатыря приходилось уже по три, затем по два кочевника. Наконец остались только Сартак и Хорт и то только потому, что русские хотели захватить обоих живыми, а это было довольно трудно. Расправившись с последними противниками, Алёшка и Елисей кинулись на помощь Добрыне и Андрею.
- Мы справимся, гляньте, что с Ивашкой, - крикнул им Свиридов и рубанул с плеча по лошадке Сартака.
Но половец успел развернуть своего скакуна, и удар прошёлся мимо. К слову сказать, лошади у кочевников были выдрессированы, словно цирковые собачки. Они слушались своих хозяев так, будто бы умели разговаривать на человеческом языке и мыслить точно люди. Андрей для себя решил, что, как только вернётся в Переяславль, обязательно пойдёт к Всеволоду и посоветует ему начать обучение коней княжеской дружины. Но до этого надо было ещё дожить. Сартак бился словно заговорённый, он нападал, уходил от ударов, и снова нападал, в чём ему помогала его лошадка.
Рядом с Сартаком и Андреем бились Хорт и Добрыня, но уже оба пешие. Ещё только когда воины остались один на один, Добрыня удачно рубанул половецкую лошадку, и Хорт не удержавшись, оказался на земле. Но инженер особо не расстроился, по всему было видно, что пешим ему биться намного сподручнее. Добрыня, проявляя благородство, тоже соскочил со своего боевого коня и вёл бой спешившись. Хорт оказался не менее искусным воином, чем Сартак, так что русскому богатырю приходилось нелегко. Инженер кружил вокруг русского воя не нападая, в ожидании атаки богатыря, но и Добрыня не торопился раскрывать свои боевые секреты. Так и ходили они по кругу, изредка нанося удары, являвшиеся скорее разведкой боем, чем настоящей атакой. Но такой стиль ведения поединка выматывал не меньше, чем активный обмен ударами, который избрали два других поединщика.
Алёшка и Елисей приблизились к лежавшему ничком Ивашке. Казалось, он был мёртв, но крови вокруг него было немного. Витязи решили осмотреть поверженного и не подающего признаков жизни юношу. Алёшка перевернул Ивашку на бок, тот застонал и открыл глаза.
- Как ты? – спросил его Алексей.
- Нормально, только голова болит и спину ломит, - посетовал тот.
- Это ничего, это ничего, - проговорил главный разведчик Переяславского князя, - главное - живой.
Во время этой небольшой, но пламенной речи Алёшка ощупывал юношу. Когда его рука коснулась левого плеча, Ивашка вскрикнул. Только сейчас на грязной и слегка окровавленной рубахе, Алексей заметил небольшой разрез, из которого сочилась кровь. Он разорвал рубаху и облегчённо вздохнул.
- Ты в рубашке родился, родимый, - сказал присутствующий при осмотре Елисей, - Видимо, сабля прошла вскользь, а ты просто не удержался на коне и упал, а при падении здорово стукнулся головой и ушиб спину.
- Похоже на то, - согласился Алёшка, - перевязывающий рану юному воину.
Тем временем бой между четырьмя врагами продолжался. Неожиданно Сартак поднял свою лошадку на дыбы, и она ударом передних копыт выбила Андрея из седла, но удар пришёлся вскользь и Свиридов отделался сильным ушибом. Половецкий предводитель не замедлил воспользоваться своим преимуществом и решил затоптать поверженного противника, но русич успел уже подняться на ноги и сам перешёл в атаку. Он невероятным образом успел увернуться от копыт коня и запрыгнул за спину Сартаку, после чего стащил его на землю, но и сам не удержался, степная лошадка ловко сбросила русского воина, бой продолжился пеши. Успех был попеременный, изменчивая Фортуна поворачивала своё личико то в одну, то в другую сторону. Андрею этот обмен ударами, не приносящий результата стал надоедать, да и силы уже были на исходе. Но русский воин держался, зная, что только стоит поддаться раздражению, наступит конец. Во время поединка голова должна быть ясной, а не затуманенной гневом. Сартак тоже тяжело дышал, его удары становились всё более вялыми и неточными, чем вскоре не замедлил воспользоваться Свиридов. Уходя от очередного удара и подныривая под руку противника, Андрей пропустил мимо себя проваливающегося противника и упал на землю. Во время падения он провёл приём, называющийся «нижние ножницы». Одна его нога оказалась чуть выше колен Сартака, а другая, как раз в подколенном сгибе, проведя встречное движение ногами, Свиридов заставил упасть на землю своего противника. Дальше было дело техники.
Алёшка и Елисей, оказав первую помощь Ивашке, пришли на помощь Добрыне. Хорт, видя численное преимущество противника, счёл за лучшее сдаться на милость победителей.
- Ну, что друзья, делать будем? – спросил товарищей Андрей, когда обезоруженные и связанные противники сидели перед витязями.
- Надо уходить, - подумав немного, сказал Ивашка.
Русские ратники рассмеялись. Отсмеявшись, Свиридов произнёс:
- Очень умная и глубокая мысль, вопрос только в том, как это осуществить. Оставаться здесь и переждать когда окончатся поиски, нельзя. Уходить тоже опасно можно напороться на поисковые отряды, а мы с грузом, - рассудил Андрей и кивнул на пленных.
- Но всё же лучше уходить. Дождёмся сумерек и двинемся. Все согласны? – предложил Добрыня.
Возражений не было.
Глава 24
Глава 24.
Отдохнув, Святослав вышел из опочивальни и направился искать брата. Встретив первого же попавшегося на пути служку, Черниговский князь приказал отвести его к Всеволоду.
Переяславский князь упражнялся во дворе с мечом, земля была мокрая от прошедшего утром дождя, и на сапогах Всеволода налипло грязи порядочно. Но движения его были легки и точны, он, словно невесомый, передвигался по двору, нанося удары невидимому противнику и сразу же отражая ответные. Святослав залюбовался боевым танцем, который исполнял младший Ярославич. Но вот последний и, видимо, смертельный удар нанесён, победитель склонил голову перед побеждённым, отдавая ему последнюю дань уважения.
- Хорош, ничего не скажешь, - одобрительно произнёс князь «Чёрного города».
- Спасибо. Сам не хочешь потренироваться?
- А что, давай. Если я одержу верх над тобой, ты мне всё, что знаешь, про Андрея расскажешь, - согласился Святослав, выдвигая условия поединка.
- Согласен. А если не сможешь меня одолеть, то так и уйдёшь ни с чем? – не поверил младший брат.
