что я тоже так ответил. Хотя и не был уверен.
Мы продолжали сравнивать ответы всю дорогу до метро, пока ждали на платформе, и почти всю дорогу обратно. В конце концов, казалось, что был всего один вопрос, помимо вопроса о шраме, на который мы ответили неверно. Следователь спросил, в какой день в нашей квартире выносят мусор, и Майя сказала, что по вторникам, а я ответил, что по пятницам. Но она пыталась отшутиться, признав, что это ее догадки, и подчеркнув, что вынос мусора и ремонт – это мои обязанности по дому, а стирка и мытье посуды – ее.
Мне показалось, что нет ничего необычного в том, что человек, который сам не выносит мусор, точно не знает, по каким дням это происходит. Если не считать этих двух вопросов, мы вроде бы справились хорошо. Оставалось надеяться, что этого будет достаточно. Как бы то ни было, что сделано, то сделано, и к тому времени, когда мы вышли из поезда на нашей остановке, мои плечи чувствовали себя гораздо более расслабленными, чем в последние несколько недель.
А когда мы подошли к лестнице, ведущей на улицу, я даже почувствовал, что мне стало легче дышать. На последних ступенях у меня в кармане зажужжал телефон. Я вытащил его, чтобы посмотреть, кто звонит, и споткнулся обо что-то на полу. Я крутился добрых тридцать секунд, пытаясь поймать равновесие, но в итоге шлепнулся на задницу. Прежде чем встать, я огляделся и случайно обнаружил на полу рабочий ботинок. Я покачал головой, рассмеялся и встал.
– Как, черт возьми, можно потерять ботинок в метро?
Майя вытаращила глаза и указала на мою задницу.
– Боже мой, Колби! Ты порвал штаны!
Я обернулся и проверил заднюю часть брюк. Разумеется, они разошлись по шву. В брюках зияла огромная дыра.
– Вот дерьмо, – рассмеялся я, и Майя рассмеялась вместе со мной.
– Теперь-то я знаю, какого цвета на тебе сегодня нижнее белье.
Последние несколько недель выдались до того напряженными, что я почти не улыбался. Так что разрыв брюк стал столь необходимой разрядкой, и мы вдвоем смеялись громче и дольше, чем было уместно для подобного инцидента. При выходе на улицу мы продолжали смеяться, но мой смех резко оборвался, когда я поднял глаза и увидел лицо женщины, спускающейся по лестнице. Вот она-тоточно не улыбалась.
Билли.
Я застыл.
Она застыла.
Майя ничего не замечала и, смеясь, шла по лестнице впереди меня.
– Билли, что ты здесь делаешь? – спросил я.
Ее лицо вытянулось.
– Видимо, не так весело провожу время, как вы двое…
Я покачал головой.
– Нет, нет! Это не то, что ты подумала. Клянусь.
Она подняла руки и продолжила спускаться по лестнице.
– Все в порядке, Колби. Мне нужно идти, иначе я опоздаю.
– Билли, подожди! – Я погнался за ней.
Но она лишь покачала головой.
– Просто уходи, Колби. Твояжена ждет тебя на улице.
* * *
Несколько часов спустя я сидел один за кухонным столом с пустой бутылкой текилы, когда вошла Майя. Я не видел ее после инцидента с Билли сегодня днем.
– Где ты была? – невнятно спросил я.
– Я заметила, что Билли расстроилась, и решила ненадолго исчезнуть. Все в порядке?
Я допил из стакана остатки алкоголя и расхохотался.
– Безусловно. А почему нет? Женщина, которую я люблю, не хочет меня видеть, потому что я живу с другой женщиной, которая, так случилось, является моей женой. А сегодня она увидела, как весело я провожу время с этой вышеупомянутой женой. – Я пожал плечами. – У меня всеохренительно.
Майя вздохнула и села напротив меня.
– Мне так жаль! Прости меня за все неприятности, которые я тебе доставила, Колби. Я правда виновата.
Если бы я не знал, что у нее нет сердца, я бы купился на эту игру и поверил, что ей меня жаль. Я встал из-за стола.
– Я иду спать.
Я почистил зубы, переоделся, и мои мысли вернулись туда, где они крутились весь день. Мне хотелось написать Билли, но я боялся расстроить ее еще больше, поэтому воздержался. Хотя в моем нынешнем нетрезвом состоянии я убеждал себя в том, что с моей стороны было бы безответственно не проведать ее после того, как она так огорчилась. Я взял телефон, откинулся на спинку кровати и набрал сообщение.
Колби: Привет. Прости за сегодняшнее. Я споткнулся и порвал штаны. Сегодня было интервью, и я был на пределе. Клянусь, все было не так, как тебе показалось. Нам точно было не до веселья. Я хочу убедиться, что с тобой все в порядке, и сказать, что люблю тебя.
Я наблюдал, как сообщение сменилось сОтправленного на Доставленное, а через минуту обозначилось как Прочитанное. Я таращился в телефон, ожидая ее ответа.
И ждал.
Ждал.
Ждал…
Глава 30. Билли
Если уж идет дождь, то он льет как из ведра.
Как будто мало было моего отвратительного настроения. В воскресенье утром я проснулась от того, что у меня под кухонной раковиной протекла труба, которая требовала немедленного ремонта. В первую очередь я решила позвонить Холдену, ведь он был мастером на все руки и постоянно занимался подобными вещами. Хотя я и не жила в этом здании, я знала, что он придет со своими инструментами и поможет, если понадобится. Но сейчас это было невозможно. Холден – это продолжение Колби. Он бы сразу побежал к Колби и обо всем ему доложил, а Колби решил бы, что у нас снова все в порядке, хотя это было не так. На мой взгляд, все было далеко не в порядке, уже несколько дней – с тех пор, как я столкнулась с Колби на станции метро.
Я знала и другого сантехника: Эдди Старка, он же «Эдди Мускул». Это мой клиент, с которым я однажды согласилась пойти на свидание. Я решила проглотить свою гордость и позвать его на помощь.
Он согласился прийти при одном условии: после ремонта я составлю ему компанию за обедом – дружескую компанию. К этому времени он уже знал, что я не заинтересована в нем как в романтическом партнере, поэтому я ему поверила и согласилась пойти на ланч при условии, что угощу его в благодарность за то, что он мне помог.
Эдди провозился у меня на кухне больше часа, прежде чем наконец понял, что не так с трубами.
