окончательно не утратить рассудок. Это место, куда я могу выплеснуть все чувства, о которых пока не могу рассказать тебе напрямую. Я писал тебе почти каждый вечер с тех пор, как ты исчезла из моей повседневной жизни. Если хочешь знать правду о том, что происходит в моей голове, ты найдешь ее здесь. А знаешь, где ты правду не найдешь? В быстром, вырванном из контекста снимке, в глупом моменте непонимания, как на днях в метро.
Первое письмо поразило меня до глубины души:
Билли,
Ладно. Прошло не так уж много времени, а я уже схожу с ума. Я не переживу, если не увижу тебя. Это отстой, это хуже всего, что я когда-либо испытывал. Я скучаю по твоему смеху. Скучаю по теплу твоей попки рядом с моим членом, когда я обнимаю тебя ночью. Я скучаю по тому, как сияет Сейлор, когда ты входишь в комнату. Скучаю по твоей зубной щетке. Знаю, это странно, что я скучаю по зубной щетке, но в первый раз, когда ты оставила ее в держателе в моей ванной, для меня это значило, что ты планировала возвращаться снова и снова. А теперь все исчезло.
Я перечитывала каждое письмо, пока не дошла до последнего, написанного в тот день, когда я наткнулась на них в метро.
Билли,
Я чувствую, что теряю тебя, и не собираюсь лгать: это сводит меня с ума. Я никогда и ничего так не боялся. В то же время я боюсь подтолкнуть тебя к краю пропасти. Я согласился с твоим предложением не видеться и не общаться какое-то время; полагаю, тот факт, что я тебе пишу, а не звоню, означает, что я выполняю условия сделки.
Каждый вечер перед сном Сейлор спрашивает, вернешься ли ты когда-нибудь. И я каждый раз заверяю ее, что вернешься. И сегодня вечером я ответил ей то же самое. Но какая-то крошечная часть меня беспокоится о том, что я впервые солгал ей о тебе.
Как ни больно было столкнуться с тобой некоторое время назад, я был чертовски рад тебя видеть. В тот день я впервые за долгое время пребывал в хорошем настроении, ведь мы только что прошли интервью Стокса. Все страдания остались позади, и я испытывал неимоверное облегчение. Все прошло лучше, чем я ожидал. Когда мы возвращались с интервью, я споткнулся о чей-то ботинок, упал и порвал штаны. Порвал свои гребаные брюки, Билли. Это было так нелепо и смешно! Вот я и рассмеялся. Я давно так не хохотал. Уверен, что через этот хохот из меня вышло все напряжение. И тут я увидел тебя. А дальше ты сама знаешь, что произошло.
Чего ты не знаешь, так это всего остального, что произошло с тех пор, как ты исчезла из моей жизни. Как я лежал ночью в постели, думал о тебе и страдал. Как молился, чтобы никогда не настал тот день, когда ты вдруг поймешь, что вытянуть это тебе не по силам. Ты заслуживаешь большего и лучшего, но я слишком эгоистичен, чтобы отпустить тебя, Билли. Я люблю тебя слишком сильно и буду за тебя бороться. Я не откажусь от нас, даже если сейчас ты меня ненавидишь. Ненавидь меня, если хочешь. Но не уходи.
С бесконечной любовью, Колби
ОН ЖЕ расхаживающий по городу с дыркой на штанах
Я улыбнулась, прочитав последние слова, и долго обдумывала свой следующий шаг. Я была морально истощена эмоциями, которые вызвали во мне его письма.
Наконец, я написала ему сообщение.
Билли: И подумать только, я была так растеряна тогда на лестнице, что даже не заметила твою сексуальную задницу, выглядывающую из дырки в штанах.
Глава 31. Колби
Я вышел из лифта и обнаружил, что Майя поджидает меня у двери моей квартиры. Она улыбалась. Я нахмурился. С интервью Стокса прошло две с половиной недели, но я все еще испытывал шок, когда приходил домой и видел ее лицо, а не лицо Билли. Я достал из кармана ключи.
– Ты ждешь меня?
– Да, я надеялась, что ты найдешь пару минут, чтобы поговорить.
– С Сейлор все в порядке?
Она кивнула.
– Я не входила в квартиру потому, что ждала тебя. Но я слышу, как она смеется с няней.
– Хорошо. – Я пожал плечами. – Ну, говори: в чем дело?
Она кивнула в сторону двери аварийной лестницы, расположенной по диагонали от моей квартиры.
– Не возражаешь, если мы поговорим там? Не хочу, чтобы они нас подслушали.
– Конечно.
Мы с Майей вышли на лестничную клетку. Она села на верхнюю ступеньку и похлопала по свободному месту рядом с собой. Я неохотно сел.
– Час назад я получила весточку от своего адвоката…
Я застыл.
– И что?
Она вздохнула.
– Результата он не знает, но, очевидно, решение по нашему делу уже принято. Его подруга в том офисе увидела в исходящей почте адресованный нам конверт. Она пробила наши имена по базе данных, и статус дела изменился сНа рассмотрении на Закрыто. Но их система регистрирует каждого пользователя, который входит в электронные файлы и выходит, поэтому залезать в это дело она не захотела.
– Ладно.… Что ж, думаю, через день-два мы сами все узнаем.
Майя кивнула и опустила глаза. Она долго молчала, прежде чем продолжить:
– Мой адвокат сказал, что когда по делу выносится окончательное решение, уже нет риска, что следователь передумает. Если дело закрыто, они уже не могут посещать нас на дому и так далее – это противоречит процедуре. Так что завтра утром я от тебя съеду, если ты не против.
– О… да. Хорошо.
Она повернулась и посмотрела на меня.
– Послушай, Колби, я помню, что уже это говорила, но я искренне сожалею обо всем, через что заставила тебя пройти. Тому, что я натворила, нет оправдания, но мне было гораздо легче, когда я не знала тебя и Сейлор. Мысленно я оправдывала все свои действия. Ты, в моем понимании, был парнем, который бродит по стриптиз-клубам и приводит домой любую доступную женщину, которая согласится с ним пойти. Ты использовал женщин. Так почему я не могла использовать тебя? – Она вздохнула. – Но ты совсем не похож на человека, образ которого я составила в своей голове.
Я провел рукой по волосам.
– Возможно, когда мы познакомились,
