– Он видел, – коротко отозвался тот.
– Ну что ты позеленел? – хрипло спросил Кристофер, с трудом сдерживая самодельную повязку на плече. – Ты врач, ты же видел трупы, так возьми себя в руки! – Он сжал зубы от боли.
– Х-хо-хорошо, – протянул врач.
– Помоги нам добраться до твоей хибары и наложи швы, – Кристофер сплюнул кровь, – пули я сам извлеку.
– Возьми Франсуа, – велел Патрик и нетвердым шагом направился в обратную дорогу.
Кристофер оказался тяжелее Сесилии, да и силы подходили к концу. Как бы там ни было, обратная дорога показалась вечностью. Патрик был ранен, и каждый шаг отдавался болью во всем теле, но он шел молча, закусив губу. Молодой и с виду сильный доктор постоянно причитал, поддерживая Франсуа, и несколько раз чуть не упал. Из-за этого из раны Франсуа снова пошла кровь, и он, не выдержав боли, выругался на доктора. Тот пошел медленнее и больше не спотыкался.
– Сдается мне, что от него больше вреда, чем пользы, – произнес Кристофер и одарил медика презрительным взглядом.
– Далеко еще? – хмуро спросил Асканио, еле переставляя ноги.
– Пришли, – облегченно выдохнул молодой доктор.
Глава 53
Плата за молчание
Кристофер сжал побелевшие пальцы и повалился на постель. На полу сидели Франсуа и Патрик, ожидая, пока доктор закончит с Крисом. Молодой медик суетливо бегал вокруг мистера Эскью, пытаясь найти скальпель. Но в диком беспорядке, царившем в комнате, и нагромождении разных предметов и медикаментов найти его было невозможно. Кристофер потянулся к стоявшей рядом откупоренной бутылке и сделал несколько глотков. Отставив бутыль, он повернулся к врачу и велел:
– Бери острый нож, некогда искать твои приборы.
– Но я боюсь, что не справлюсь обычным ножом, – проговорил тот.
– Бери! – приказал Кристофер и посмотрел на друзей. – Мерзкое вино. – Он попытался улыбнуться, но вышла гримаса. – Как он его пьет, не представляю. Сейчас бы чего покрепче.
Подбежал медик с протертым спиртом ножом и приступил к своим профессиональным обязанностям. Через десять минут он зашивал рану на плече Кристофера. Шулер был бледным, но его зеленые глаза пристально следили за всеми действиями доктора, и он видел, как дрожат его руки.
– Чего ты так боишься? – тихо спросил он.
– Н-ничего, – пробормотал тот и, отрезав нить, приступил к запястью раненого.
– Твои руки не должны дрожать, – сквозь сжатые зубы выговорил тот. – Действуй быстро и спокойно и перестань постоянно оглядываться на Франсуа! – почти закричал он, когда медик неудачно вонзил иглу и обернулся назад.
Вскоре Кристофер был перевязан, а его раны зашиты, но лицо его стало еще бледнее, словно иссякли последние силы. С помощью доктора он сел на табурет возле кровати и откинулся назад. Молодой врач хотел помочь Франсуа, но в этот момент Патрик побелел и потерял сознание. Доктор поспешил положить его на кровать, снял с него одежду и ахнул. Кристофер облизнул тонкие губы и взглянул на доктора. Тот стоял, не зная, как приступить к этому пациенту. Хмуро усмехнувшись, Крис распорядился:
– Мне нужны пинцет, две иглы, нити, вода, спирт, и вон та штука, не помню, как она называется.
– Зачем?
– Я извлеку пулю, – хмуро отозвался он. – На тебя надежды мало.
– А вы доктор? – спросил тот, поднося все перечисленное.
– Да. Последние три года у меня было много практики по различным ранам и отравлениям. Теперь иди сюда, будешь моей левой рукой. Моя-то сейчас ни на что не годится.
Молодой человек приблизился, и Кристофер велел ему держать рядом с собой подсвечник со свечами. Действуя одной правой рукой, Кристофер нагнулся над раной. Его движения были точны и быстры, но невозможность воспользоваться левой рукой осложняла дело, кроме этого, на него наваливалась слабость, и он боялся потерять сознание. Несколько раз он пил воду, смешивая ее с дешевым вином, это на время придавало силы, но ненадолго. Через полчаса, тяжело дыша, Кристофер откинулся назад, и молодой врач принялся перевязывать Патрика и обрабатывать незначительные раны.
– Удивительно, что с такой раной он столько мест обошел, да и меня с Сесилией на руках нес, – выдохнул Кристофер.
Франсуа не ответил, лишь плотнее прижал руку к бедру. Кристофер взглянул в потухающие глаза друга и понял, что из них троих ему сейчас легче всех.
– Чего ты копаешься?! – закричал он на медика. – Перевязал?
– Да, но еще две на ноге остались…
– Плевать, они мелкие. Отнеси его куда-нибудь и положи.
– Но я не уверен, что у меня хватит сил, – слабо попытался возразить тот.
– Если ты не поторопишься, у тебя в доме умрет человек! – сорвался Кристофер, искренне беспокоясь за Франсуа, который из белого стал зеленым. – Или мне прикажешь его нести?! – Он глотнул воды, и на короткое время дурнота оставила его.
Молодой врач быстро поднял милорда Вэндэра и, шатаясь, направился на второй этаж. Кристофер надеялся, что он не упадет по дороге. Франсуа тем временем сполз на пол и стал медленно закрывать глаза. Кристофер хотел подбежать к нему, побить по щекам, но не мог встать. Одна нога его была прострелена и сломана, да и на левой руке были раны от двух пуль. Сидя на месте и полностью завися от скорости молодого доктора, он видел, что его друг медленно умирает. Не желая с этим мириться, Кристофер вылил в миску остатки вина и плеснул их на лицо Франсуа. Асканио вздрогнул, распахнул глаза и быстро задышал.
– Не засыпай, – сказал Кристофер, – иначе я не смогу тебе помочь.
Прибежал запыхавшийся и растрепанный молодой врач и, с трудом подняв Франсуа, положил его на кровать, тот застонал. Когда они сумели раздеть раненого, лицо врача стало таким же зеленым, как и у Франсуа. Нагнувшись к Кристоферу, он прошептал ему на ухо:
– Вы же видите, мы не спасем его.
Здоровой рукой Кристофер схватил медика за плечо и, повернув к себе лицом, быстро произнес:
– Ты ошибаешься. Я видел раны и хуже этой, и эти люди до сих пор живы. – Он вспомнил Рыжую Мэри, и ему стало горько. – Франсуа сильный, мы сумеем. Слышишь? Мы сумеем его спасти!
Медик быстро закивал и спросил Криса, что ему делать. Вероятно, ему было спокойней, когда вся ответственность лежала не на нем, а на неизвестном человеке. Кристофер делал все от него зависящее, но с каждой минутой он слабел. Он знал, что должен спасти Франсуа, а также он знал, что ему самому необходимо лечь. Несмотря на все старания, из ноги Кристофера все еще сочилась кровь. Это было плохо, он и так потерял ее много. Если же потеряет еще… Но он не позволял себе об этом думать. Сейчас он прежде всего врач и должен думать о Франсуа, а не о себе. Его помощник хотел принести для него еще вина, но Кристофер отказался, осознавая, что и так выпил достаточно. Он должен завершить операцию, а там будь что будет!
