не только бурить тоннели – «червоточины», но и послужить в качестве оружия и в качестве транспортного средства.
– Это как?! – вытаращил глаза Костя.
Максим развёл руками:
– Пока не знаю. Завтра отправимся на дно всей командой и будем изучать наследие Амазонок.
– Ура! – захлопал в ладоши ботаник. – А то я тут заржавел от скуки.
– Что собой представляет этот ваш город? – поинтересовался Мерадзе, явно довольный тем, что и он полетит вместе со всеми.
– Практически музей, – пожал плечами Редошкин. – Сотни женских скульптур, по трое в каждой композиции, причём все статуи трёхликие.
– Я имел в виду физическую основу.
Максим посмотрел на задумчивого Карапетяна:
– Егор Левонович, это в вашей компетенции.
Физик встрепенулся:
– Мне показалось, что шестой слой «бутерброда» представляет собой гиперсферу. Или гиперболический пространственный кокон, переходящий в первый слой Леса.
– Не понял, – признался Мерадзе.
– Как уже говорил Максим Валерьевич, континуум Леса замкнут сам на себя в пространстве свыше третьего измерения. Во всяком случае, я понял Лес именно так. Вот шестой уровень и служит своеобразным переходным мостиком, замыкающим всю архитектуру Вселенной Большого Леса. Поэтому оттуда и можно видеть объекты первого слоя и воздействовать на них.
– Не могу представить, – виновато улыбнулся лейтенант.
– Воображения не хватает, – скорчил пренебрежительную мину Костя, нередко ведущий себя не по-джентльменски. – Я прекрасно представляю, что такое Калаби-Яу-структуры. Одна из них и реализует петлю в пространстве, соединяющую слои Леса.
Егор Левонович с интересом глянул на ботаника:
– Вы знаете, что такое Калаби-Яу-структуры?
– А что тут такого сложного? – поднял брови Костя. – Пена вакуума или, если угодно, пена пространства на квантовом уровне. Не так?
– Удивительно…
– Небось в Википедии вычитал? – поддел парня Мерадзе.
– Википедия – для тупых, – отмахнулся Костя. – Каждый болван-блогер суёт туда свои измышления под видом абсолютной истины, так что не советую консультироваться с ними. Я лично читаю научную литру в оригинале.
– Молоток!
– Егор Левонович, хотите что-нибудь добавить? – спросил Максим.
Карапетян ответил не сразу:
– Я всё время размышляю над вашей оговоркой по поводу инициативы Леса. Ведь если он может инициировать иномериану…
– Да?
– Не сделал ли он её намеренно, перебросив вашу группу из Баира к себе?
Максим и Сергей Макарович переглянулись.
– Интересная мысль, – сказал Савельев.
– Не думаю, – качнул головой Максим. – Откуда Лес мог знать, что мы полетим в Баир?
– Об этом он действительно знать не мог, зато мог каким-то образом заметить вас там и использовать свои возможности для переброса.
– Зачем?
– Чтобы мы помогли ему уничтожить чёрный лес.
Вокруг костра заструилось молчание.
Первым как всегда отреагировал Костя:
– Нобель за вами, Егор Левонович! Жаль, что эта идея не пришла мне в голову! Стопроцентно уверен в том, что так оно и было! Лес вызвал нас к себе! Не означает ли это, что он может перебросить нас обратно на Землю?
На этот раз тишина длилась дольше.
– Надо немедленно… – начал Мерадзе.
– Пообщаться с Лесом! – закончил Костя.
Взгляды присутствующих скрестились на Максиме.
Он выдержал паузу.
– Конечно, мы это сделаем. Но о возвращении начнём думать только после ликвидации чёрного леса. Именно для этого мы остались здесь. Надеюсь, возражать не станете?
– Почему Лес не сообщил, что может построить «червоточину» на Землю? – мрачно пробормотал Мерадзе.
– Ещё неизвестно, может или нет, – сказала Вероника. – Это всего лишь предположение.
– Всё равно как-то… не по-товарищески.
– Не стоит относиться к нему как к человеку, – сказал Карапетян. – Логика и этика таких систем не поддаются человеческому психоанализу. Будем исходить из того, что мы друзья и нам можно доверять.
– Спать! – хлопнул себя по коленям Максим, вставая с деревянного кругляша, выпиленного лейтенантом из высохшей «берёзы».
Начали расходиться по кустам и шалашам.
– Я первый на стрёме? – подошёл Мерадзе.
– Второй, – ответил Максим. – Первым подежурю я, разбужу часа в два. Жора сменит к утру.
От шалаша к костру вернулся Сергей Макарович:
– Есть ещё одна проблема, майор.
– Точилин? – догадался Максим.
– Меня начитает напрягать его поведение. Такие люди не могут жить долго без реакции коллектива на их подвиги. Им всё время требуется эмоциональная подпитка и жажда показать своё превосходство. А его молчание и нежелание присоединиться к нам говорит о том, что он задумал нечто нехорошее.
– Почему вы так решили?
Савельев усмехнулся:
– Не только ты обладаешь интуицией, майор. Что, кстати, поспособствовало тебе ловить мысленный голос Леса. Поверь, Точилин не просто заноза в заднице, это притаившийся зверь, к тому же лелеющий мечту отомстить и наверняка зомбированный чёрным лесом.
Максим проводил взглядом скользнувшую в палатку Веронику.
– Честно говоря, я не считаю лейтенанта настолько опасным. Пофигизма, амбиций и бравады в нём хоть отбавляй, но вряд ли он способен замутить революцию.
– Веронику тем не менее он попытался выкрасть. Я бы всё же обратил внимание на его отсутствие.
– Хорошо, попробую выведать у Леса, что может сделать один спецназовец.
– Предлагаю завтра отправиться с Мерадзе на второй этаж и поискать лейтенанта на демонских базах. Вряд ли он смог добраться до глубин «подвала», в крайнем случае спустился в «саванну».
– Не хотелось бы дробить отряд, нас и так мало. Да и ваш опыт…
– Вы вполне справитесь без меня, тем более что я не айтишник и с многомерной физикой далеко не на «ты». Теоретики у вас есть, практики тоже.
– Под теоретиками вы подразумеваете Костю? – улыбнулся Максим.
– В том числе, – серьёзно кивнул Сергей Макарович. – Мозги у парня работают хорошо, надо отдать ему должное.
– Договорились. – Максим шагнул было к своему шалашу, но Сергей Макарович остановил его. На озарённом светом костра лице полковника читалось смущение.
– Один вопрос, Максим: чем ты бреешься? Я не заметил ни механической бритвы, ни лезвия. Зарастаю щетиной как боров, что не есть хорошо. Жаль, что мы не предусмотрели такие вещи, когда собирались из дома к вам.
– Я бреюсь ножом, – сказал Максим со смехом. – У моего «витязя» почти молекулярная заточка. Костя нашёл мылящиеся корешки какого-то растения, ну, мы с Жорой и бреемся раз в два дня.
– Одолжишь на время?
– Ради бога. – Максим нырнул в шалаш, повозился там и передал полковнику нож и горсть клубеньков.
Савельев скрылся в своём шалаше. Там вспыхнул свет: хозяин включил фонарь.
Максим некоторое время колебался, зайти к Веронике или нет, но в её палатке было тихо, и он отказался от своего намерения.
Повесив ремень автомата через плечо, бесшумно нырнул в кусты, решив обойти лагерь по периметру леска.
«Нетопырь» проводил его блеснувшими полусферами глаз-объективов.
Глава 13
Бесконечность рядом
Первый полёт аэростата происходил в формате пробно-пристрелочного, поэтому выше десяти километров он не поднимался.
Во втором заоблачном
