подсчётам сто двадцать три человека, — тут же ответила женщина. — Число красивое, цифра страшная.
— Главное, что правила не были нарушены, — продолжил император.
— Да? А то, что он выехал не только из города, но и из страны? Вроде как уговор был сидеть в том месте, куда дартс прилетел, — недовольно заметил Михаил, который, похоже, единственный всё делал строго по договорённости. — А так можно что угодно себе напридумывать, главное — согласовать…
— Именно, — с ухмылкой кивнул Василий. — Главное — договориться с тем, кто устанавливает правила, или самому стать таким. Вы будущие наследники империи! Реальная политика и реальные действия никогда не совпадают с декларируемыми целями, и вы это должны понимать. Быть выше тупых масс.
— Если только вам не нужно эти массы вести за собой, — тихо заметил Лебедь.
— Им не нужно. Для этого есть премьер и его люди, — тут же отсёк попытку обсуждения Василий. — Наша же задача, опираясь на власть капитала, создать прочные сословия, которые смогут взять в кулак все органы и ветви управления. Все, начиная от местных Законодательных собраний до Государственной думы.
— В идеале вообще избавиться от выборных депутатов, — проговорила, улыбаясь, женщина. — На них слишком сильно влияет мелкий капитал, всякие предприниматели, владельцы заводов и агрокомплексов. Ох, прошу прощения, ваше величество.
— Ничего страшного, ты сказала всё верно, — выпрямившись в кресле, ответил государь. — В этой борьбе нет места плебейским понятиям и принципам. Каждый из вас должен это чётко понимать.
— Мы продолжаем соревнование? — с удивлением посмотрел на отца Михаил. — Разве это не конец? Александр победил по всем статьям, это очевидно.
— Соревнование продлится до тех пор, пока я жив. Но вместо подковёрной борьбы и ядов я обозначу чёткие правила, по которым будет выбран наследник. Власть — единственное, что важно. Сконцентрируйте её в своих руках как можно больше. Любые методы и средства. Но! Единственное условие — не убивать своих!
— А можно более конкретно? — поморщившись спросил я. — Свои — это кто?
— Ты совсем офигел, Вань? Решил продолжить резню? — с плохо скрываемым испугом спросил Михаил.
— Те, кто сейчас находятся в этом зале, — сухо ответил император. — А также наши супруги, дети, если процесс затянется.
— Прошу дополнить этот список стратегическими партнёрами, — сказал Александр, переведя взгляд с меня на отца.
— Да не собирался я никого убивать, если ко мне лезть перестанут, — отмахнувшись сказал я. — В принципе я здесь вообще для того, чтобы отказаться от этого глупого конкурса. Денег на жизнь мне теперь хватает. Сочи меня устраивает куда больше, чем Питер. Так что пусть дерутся два главных кандидата, а я понежусь на берегу.
— Боюсь, не выйдет, — так же тихо, но уверенно проговорил Лебедь. — Мы обнаружили, что иностранные разведки уже взяли всех присутствующих на карандаш. Они знают ваши истинные личности. Пока деятельность цесаревича Александра не доказана, но уверен, они рано или поздно свяжут её с ростом благосостояния. А с гибелью господина Генри, у нас нет возможности вернуть ваши лица без операции.
— Да, это проблема, — кивнул Василий Первый. — Скрижаль, содержащая символ «Облик» находится у Виндзоров, и они уже выставили свои условия. Неприемлемые, прямо скажем. За доступ наших одарённых к инициации они требуют передачи нашей скрижали. Конечно, они гарантируют, что мы сможем отправлять любое количество наследников в Лондон, для получения символа, но есть ли сомнения, что они изменят правила, стоит им завладеть нашей частью? Васька, ох сынок… ладно хоть больше наивных идиотов нет.
— Если позволите, — обратил на себя внимание глава собственной безопасности. — Наши агенты в Америке сообщают о том, что новоизбранный президент всерьёз рассматривает вторжение в Ирак. Официально — для борьбы с терроризмом. Вторым слоем идут нефтяные месторождения, пока находящиеся под контролем местного режима, а не международных корпораций.
— А какова реальная причина? — заинтересовавшись спросила женщина.
— Было обнаружено возможное местоположение Вавилонской башни. Как раз в Ираке, — ответил безопасник. — Если это правда, то во время раскопок может найтись ещё одна скрижаль.
— Сейчас американцы сильно отстают, у них нет ни одного собственного символа. Лишь обломки. А обретение полноценной скрижали — достойный повод начать войну, — спокойно заметил император. — Но открытое противостояние с ними мы пока не потянем. Нам бы с внутренними проблемами разобраться.
— А во сколько, гипотетически, будет оценена скрижаль, если её добудет один из нас? — воодушевился Михаил.
— Кажется, у тебя есть наработки? Снова геологи, или на этот раз историки? — хмыкнув посмотрел на него император. — Скрижали бесценны. Тот, кто добудет их и сумеет удержать — станет самостоятельной политической силой.
— Сумеет удержать… — Михаил нахмурился, переведя взгляд с меня на Александра. — Я всё понял, отец.
— Ну и отлично. Это будет второй и последний этап, — улыбнувшись сказал Василий. — Если кто-то другой, кроме трёх финалистов, сумеет раздобыть скрижаль, будет прощён и возвращён в число наследников. Надеюсь, теперь у вас хватит ума не связываться с нашими врагами. За наше будущее. За империю!
— За Российскую империю и императора! — подняли все бокалы, и в зале раздался тихий звон.
Глава 4
Они радовались, обсуждали свои планы и победы, а я сидел и офигевал, болтая вино в бокале. Так относиться к собственному народу… Это не просто свинство, это глупость. Нет, конечно, большинство Великих, с большой буквы, правителей считало собственный народ лишь инструментами… Не жалели потраченных жизней на достижение своих и нации целей, но…
Но эти люди всегда думали о державе в целом, и даже гибель сотен тысяч потом приводила к рождению миллионов из-за значительно улучшившейся ситуации в стране. Роста благосостояния, здравоохранения, безопасности в целом. А эти… одного деления на своих и чужих и обозначения чёткого приоритета на захват власти хватало, чтобы понять, как узко и в то же время безнадёжно отстало они мыслят.
С другой стороны, власти добиваются не достойные, а те, кто идёт ради неё на всё. Сейчас Василий воспитывает своих детей именно в такой парадигме. Сожри или сожрут тебя. Любыми методами, где устранение конкурентов и даже массовое убийство не считается чем-то плохим. Не мне жаловаться, но я никогда не убивал невиновных, а эти вполне могут. Ради выполнения
