— Ни магия на мое состояние, ни состояние на магию не оказывают никакого влияния, — возразил Гарри, присаживаясь за стол напротив гостя.
— Насколько же возросла ваша магия, с тех пор как вы покинули Хогвартс?
— Ну, не столько после Хогвартса, сколько после битвы. Насколько — не знаю, не проверял.
— Вы хоть понимаете, что, судя по ощущениям, ваша магическая сила увеличилась минимум вдвое. Фактически вы являетесь сильнейшим магом современности? — как-то уж очень осторожно спросил Снейп.
— А толку-то? Красивая строчка в будущей эпитафии, — безразлично отозвался Поттер, приступая к трапезе.
— Но это может значительно помочь вашему выздоровлению.
— Это вряд ли. Моим лекарствам это все равно.
— Можно попробовать заменить их соответствующими зельями и, возможно, эффект будет больше. Не стоит сбрасывать со счетов и альтернативные способы излечения, — сухо проговорил Северус.
— Предлагаете мне пойти по стопам Воландеморта и, пока есть время, создать несколько Кресстражей? — хмыкнул Гарри. — Лысым я уже побывал, мне не идет.
— Какой-то у вас кладбищенский юмор, мистер Поттер.
— Видимо, привыкаю.
— Что-то рано вы сдались.
— Лучше принимать вещи такими, какие они есть
— Мы с вами это уже обсуждали. Не вижу смысла делать это снова, — в голосе зельевара послышалось раздражение. — Я постараюсь подобрать вам соответствующие зелья или другой приемлемый способ лечения. Но для начала нужно вас обследовать.
— Вы ведь от меня не отстанете, да? — обреченно простонал Гарри.
— Можете считать меня вашей личной Немезидой. Да, еще мне нужна ваша кровь для исследования.
— Мало вы ее у меня в школе выпили!
— Дерзость вас не спасет, мистер Поттер, — непреклонно ответил Снейп. — Вы сами согласились на мое предложение.
— Что-то не припомню.
— И тем не менее. Можете закончить ужин и приступим.
Тяжко вздохнув, Гарри вернулся к своей трапезе. Если честно, возмущение было по большей части наигранным, но он не привык так просто сдаваться. А вот есть как раз не хотелось. Просто кусок в горло не лез. Не впервой, конечно, но неприятно. Поттер уже не помнил, когда ел с аппетитом. Чувство голода присутствовало, а вот от одного вида еды начинало мутить. Порой желудок не мог удержать полученное, что тоже хорошему питанию не способствовало. Ему говорили, что от лекарств возможны такие побочные эффекты, но, несмотря на это, есть нужно.
С четверть часа Снейп наблюдал, как Поттер ковыряется в тарелке, потом не выдержал и поинтересовался:
— Любопытно узнать, вы эту еду все-таки едите или изощренно пытаете?
— Вам не все равно? — фыркнул Гарри, все-таки отодвигая тарелку.
— Просто интересно, неужели вы настолько ужасно готовите?
— Простите, но…
Договорить Поттеру так и не удалось. Прижав руку ко рту, он поспешно унесся в ванную. Видимо, сегодня неудачный день, и пища в организме задерживаться не хотела. Гарри едва наизнанку не вывернуло. Когда, наконец, попустило, он прополоскал рот, умылся и только развернулся, чтобы выйти, но тут столкнулся со Снейпом, едва не сбив его с ног.
— И часто это с вами происходит? — голос профессора серьезен, так что всякое лукавство казалось бессмысленным.
— Время от времени. Я строгий учет не веду.
— И все-таки?
— Ну, пару раз, может быть три в неделю.
— От какой-то конкретной пищи?
— Нет, просто… Один из побочных эффектов на лекарство.
— Какое именно?
— Не помню. Кажется вот это, — Гарри протянул Снейпу коробочку с таблетками. — Надо посмотреть в описании.
— Хорошо. Я попробую подобрать вам более… приемлемый аналог.
Поттер лишь устало кивнул, помассировав виски. Голова снова немного кружилась. Все это, естественно, не укрылось от проницательного ока Северуса. Придержав юношу под спину, он сказал:
— По-моему, Поттер, вам лучше лечь. Идемте. И заодно я осмотрю вас.
Сочтя молчание за согласие, профессор повел бывшего ученика в спальню. Гарри мог бы съязвить по этому поводу, но сейчас все силы были направлены на то, чтобы не врезаться в какой-нибудь угол или косяк. Один раз он все же споткнулся, но твердая рука поддержала его, не дав поцеловаться с полом.
Вот и кровать. Хотелось просто рухнуть в нее и забыться сном, но ведь «провожатый» не позволит. Гарри затылком чувствовал его проницательный взгляд. Оба застыли в ожидании, потом Снейп все же не выдержал и как-то устало сказал:
— Раздевайтесь, мистер Поттер. К сожалению, рентгеновским зрением я не обладаю.
Фыркнув, Гарри приступил к «сеансу эксгибиционизма», как назвал это действо сам для себя. В конце концов, Снейп уже видел его голым, да и вряд ли подобное зрелище доставит ему удовольствие. Правда, чтобы раздеться, пришлось все-таки присесть на кровать, иначе вероятность болезненной встречи с полом была очень велика. Вскоре из всей одежды на Гарри остался лишь простой металлический браслет, и юноша выжидательно уставился на профессора. Особого стеснения он не испытывал. Оно прошло во время многочисленных исследований в клиниках. Зато привилось непереносимость чужих прикосновений. Правда, на Северуса она почему-то не распространялось.
Сам Снейп отнесся к обследованию со всей серьезностью. Лицо оставалось абсолютно непроницаемо, когда он спросил:
— Можете встать и постоять спокойно?
— Только не слишком долго, — отозвался Гарри, поднимаясь.
Честно стараясь не смотреть, куда «не положено», Северус дотронулся до юноши. Прощупал лимфоузлы, заглянул в глаза, проверил горло, осторожно обвел кончиками пальцев следы от многочисленных инъекций на локтевых сгибах, коснулся живота.
От этих почти ласковых касаний Гарри стало не по себе, и, шумно вздохнув, он подумал, что единственный плюс от лечения в том, что лекарства приглушали неуемное юношеское либидо, и, чтобы вызвать очевидное возбуждение, только касаний было явно мало.
— Вы специально удаляете волосы с тела?
Бархатный голос профессора заставил Гарри вздрогнуть. Лишь сглотнув, он смог ответить:
— Вот еще. Скажите спасибо, что после химиотерапии они хоть на голове как-то отросли.
— Хм…. — Северус подумал, что нужно найти более подробную информацию об этой процедуре, и достал палочку.
Изучение организма изнутри, а также магического фона заняло минут десять. Все это время Снейп водил волшебной палочкой в нескольких сантиметрах от тела Поттера, которая создавала в воздухе некую проекцию внутренних органов, позволяя подробно рассмотреть их состояние. И чем дальше Северус смотрел, тем сильнее хмурил брови.
— Я же говорил, что ничего хорошего вы там не увидите, — напомнил Гарри, чуть поводя начавшими затекать плечами.
