и какао-бобами. Сказал, что собирается открыть лавочку южных пряностей в столице. Они всесторонне обсудили это важное начинание, тётя дала пару полезных советов и пообещала, что она и все её подружки и подружки её подружек сразу же станут постоянными клиентками такого необходимого заведения.
Потом Профессор отозвал меня в сторону и сказал:
- Душа моя, я могу положиться на твое благоразумие?
- Не знаю, - честно сказала я. – А в чём дело?
- Все ученики магической школы получают одно важное заклинание. Оно необходимо нам, чтобы попадать на занятия. Ты с ним уже немножко знакома.
- Правда?
- А вспомни, как ты покинула пылающий Огрызок… - усмехнулся Профессор.
Как же, как же, помню-помню. Меня с крыши нашего осажденного представительства катапультировало так, что я в реке приземлилась, ну или приводнилась, если дословно.
- Наши занятия будут проходить в воде? – уточнила я.
- Ну что ты сразу самое плохое предполагаешь! - возмутился Профессор. – Это было новое заклинание, сырое ещё.
- А теперь оно высохло и приземляет на сушу? – попыталась пошутить я.
- Теперь мы его доработали, и оно доставит тебя, куда нужно. Но только в поле твоего зрения.
Ага, я уже хотела спросить, почему мы тряслись по дорогам, вместо того, чтобы со всеми удобствами попасть сразу из Ракушки в Хвост Коровы. А что – можно было и скачками перемещаться, от одной видимой точки до другой, даже забавно.
Профессор, словно золотой дракон, мои мысли читал.
- Мы прекрасно доехали без всяких заклинаний, душа моя, и хвала Медбрату, что так вышло. Магией нужно пользоваться крайне осторожно, а лучше не пользоваться вообще. Так что только исключительность случая заставила нас раздать заклинание ученикам. Со строжайшим условием применять его только по ночам.
- Так у нас что, занятия ночью будут? – ахнула я.
- Так надо, душа моя, - сурово сказал Профессор. – Так надо.
Он вручил мне запечатанный конверт и подсунул засаленную тетрадь. Знаменитую тетрадь. С лицевой стороны в ней велись дела, связанные с пряностями, ну а если тетрадь перевернуть и начать листать с конца, то обнаруживались записи, относящиеся к разведке и контрразведке.
- Распишись, что заклинание получила.
О, любимая профессорская бухгалтерия!
Я поставила кривую закорючку.
- Только я все равно не поняла, зачем потребовалось мое благоразумие?
- Я потому и пришёл сегодня, когда до занятий ещё время есть, чтобы ты успела попрактиковаться в его использовании. У твоей тётушки прекрасный сад, по нему можно полетать. Но упаси тебя Медбрат делать это в людных местах – навлечёшь и на себя, и на нас страшную опасность.
- Ничего не поняла, - пробурчала я. – Столько сложностей. Проще, как мне кажется, занятия в другое место перенести, не такое загадочное. Куда все пешочком могут дойти, не скрываясь и не таясь.
- О, всё не так просто, душа моя, как тебе кажется, - загадочно сказал Профессор. – Занятия будут в разных местах, и возможность их быстро покинуть – одно из необходимых условий вашей безопасности.
Оставив меня размышлять над этими словами, он ушёл.
Дождавшись темноты, я вышла в сад. Со свечой – потому как было темно, хоть глаз выколи. Каким образом в темноте можно скрытно читать заклинание, я понять не могла, а ведь Профессор настаивал на скрытности. А если написанное заклинание просто произнести, а не прочесть, оно не сработает, вот ведь в чем штука-то. Решила, что разберусь потом, а пока буду со свечкой гулять, вроде как свечу себе под ноги, чтобы на дорожках не споткнуться. Ну а если кто в темноте увидит, как я призраком брожу между кустов, и от страха окочурится, пусть пеняет на себя.
Ушла я в самый дальний конец сада, туда, где Боевое Сопротивление обстреливало тетушкину стену из оружия, похищенного в гробнице Молниеносного. (Не потому, что стена им не нравилась, а чтобы оружие проверить, все эти луки, арбалеты, камнеметы и прочее). В одну руку я взяла расправленную бумажку с заклинанием, в другой держала свечу. Наметила куст, до которого хочу долететь, и прочла заклинание вслух. Меня резко подняло и понесло над дорожками и кустами. Свечка погасла, бумажку от неожиданности я выронила.
Приземление было жёстким, чуть не упала.
Ага, к этому заклинанию еще нужно приноровиться, как к незнакомой лошади. Объездить его, так сказать…. Приземляться, наверное, лучше всего на полусогнутые ноги, чтобы пружинило. Сколько тонкостей предстоит освоить!
Обратно к стене я пошла пешком, ища потерянное заклинание. К счастью, бумажный клочок белел на дорожке. Я его подобрала и снова вышла на исходную позицию. Чиркая кресалом, заново запалила свечу.
Полеты продолжились.
***
Когда я освоила заклинание в саду, мне захотелось попробовать его на крышах тётушкиного особняка. Места там было предостаточно. Можно было парить от одной трубы до другой, распугивая котов, выбравшихся на ночные посиделки. Я начала с нижних крыш, осторожно перелетая на три-четыре хвоста. Свечу теперь я сама задувала, как только заклинание отправляло меня в полёт. Выглядело это очень смешно.
Потом расхрабрилась, поднялась на самый верх.
Ночная столица была передо мной. Как на блюдечке.
И я забыла о благоразумии. О предупреждении Профессора.
Потому что у меня на руках было заклинание полёта. А с тётушкиной крыши была видна река, остров на реке и руины крепости на острове. Торчали посреди Плети развалины Родинки, откуда вытеснили проигравший Легион «Обрубленный Хвост», и где теперь сидят люди, отправившие по мою голову отряд, люди, которые отдали приказ меня уничтожить.
И я могу попасть туда, прямо сейчас.
И я туда попала.
Странно, но когда полёт начался, я даже не подумала, что могу не долететь, плюхнуться в реку, как тогда, в Отстойнике. Могу приземлиться куда-нибудь не туда. Да и вообще, ночью люди спят по домам, зачем кому-то, кроме охраны, находится в крепости. Все эти мысли мне даже в голову не пришли.
Я летела в тёмном небе над Хвостом Коровы и радовалась, что ни зги не видно. Крепость на Родинке приближалась – большая, чёрная, страшная. Я вдруг запоздало поняла, что из оружия-то у меня только свечка, зажатая в кулаке. На лету спрятала и бумагу с заклинанием, и свечу за пазуху
