Светы, не по естественным причинам. Сбоку, параллельно камню, лежали ещё два плоских гранитных куска вполовину ниже, а по углам всех трёх алтарей возвышались столбы с верёвками. Поэтому-то Поплавская предположила, что пятна на этих камнях — ничто иное, как кровь.
— Прибыли, — Призыватель упал на колени, не дойдя до берёзы десятка два метров и зашептав что-то. Остальные шаманы рухнули следом, но молча внимали учителю.
Через пять-десять минут молитва была закончена, псевдодии поднялись с колен и рассеялись по поляне. Одни принялись спутывать коням ноги, другие снимали привезённых с собой белых баранов и бочонки, третьи раскатывали шкуры по стоявшим поодаль лесинам, составлявшим три или четыре стационарных юрты.
Света глазами пересчитала животных. Их было на четыре больше, чем седоков, но кобыл Сергея среди них не оказалась. Неожиданно её потянули вниз.
— Смотрите, чтобы жертвы не коснулись земли! — загремел сердито Призыватель. — На боковые тайкырпы кладите, да сразу крепите верёвками. И поглядывайте на тропу, пока я готовлюсь к молению. Скоро должен приехать посланник Тенграя, возможно, будет ещё один пуртахман.
И он деловито отправился к северным корням берёзы, буграми вспучившим землю на манер алькова, захватив с собой несколько тростей со звериными набалдашниками, колотушку и маленький бубен.
Свету скинули с плеча настолько неаккуратно, что от удара о камень она на какое-то время потеряла сознание. Очнувшись, она обнаружила, что её руки и ноги распутали, но теперь каждая конечность была привязана навытяжку верёвкой к столбам. Затылок ныл неимоверно, солнце начинало припекать, а ещё в голове всё время раздавался приглушенный голос Сергея, звавший её и периодически её костеривший.
"Господи, да что ж я всё о нём-то думаю?!", мысленно разозлилась она. "Меня тут с минуты на минуту порежут, а мне эта Сергеева фраза "девочка моя" покоя не даёт. С какого перепугу он тогда меня так назвал? Да и сейчас с чего-то всё эта реплика вертится в голове, снова и снова, снова и снова…"
"Очнулась!" — взвыл с новой силой в голове Светланы радостный рёв её спутника. "Поплавская! Это не твои мысли крутятся, это я пытаюсь прорваться к тебе в сознание! Про телепатию слышала?"
"Сергей? А я точно с ума не сошла после удара башкой?"
"Только попробуй! Тебе ещё мир спасать! Фрат, до чего же трудно контролировать свои мысли… нельзя думать о черной кошке… Света, чтобы спасти нас, мне нужно увеличить свою силу, а для этого проще всего объединить мои знания с твоими магическими потоками… мы уже с тобой это делали … но не сейчас, ой, не сейчас, ей нельзя…"
"Короче!!!", завопила Света, вынужденная слушать этот сумбур. "Просто скажи, что мне делать!"
"Расслабиться и… получать удовольствие… нет, не последнее!.. просто, когда я сейчас коснусь тебя магически, не пугайся и не дёргайся… не паникуй, в смысле… позволь твоим силам утекать через каналы… почувствуешь слабость, возможно, потому что для тебя это будет как в первый раз… о, наш первый раз… блин!.. всё, готовься…"
Света вздохнула, закрыла глаза и попыталась рассеять своё внимание на внутренние ощущения.
Не прошло и минуты, как она почувствовала, что её правой руки коснулось что-то прохладное, скользя от кончиков пальцев к запястью, словно кто-то надевает ей перчатку. Но это не было пугающим, скорее, наоборот — нежным и освежающим — и, определенно, приятным.
Она раскрыла глаза и почувствовала, как "перчатка" уплотнилась от мимолётного скольжения до плотно облегающей кожи. В ту же минуту она услышала, как из-за центрального камня Сергей выплюнул кляп, с лёгким "тренньк" разорвал верёвки на руках и ногах, а затем вскочил в полный рост.
Глаза его горели бешеным огнём, мышцы налились рельефом, а хищное выражение на лице не сулило ничего хорошего.
— Ну что, малыши? — проговорил он глухо, но голос его всё равно достиг каждого сантиметра поляны. — Готовы умереть за свою ложную веру?
Он выпрямился, прикрыл на минуту глаза, сложив руки лодочкой на грудине, а затем резко выстрелил ими вверх. И во время этого ритуала из татуировки вышел сияющий жезл, овитый белой лозой, навершие которого изображало филина.
— А теперь повоюем, — Сергей тяжело вздохнул и с тоской посмотрел на удивлённых шаманов.
Глава 3. Первая кровь
Света как зачарованная наблюдала за очередным проявлением магических способностей своего спутника. Лицо его запылало холодной решимостью, а чёткие, рубящие движения напоминали, скорее, современные танцы, а не боевое искусство. И почему-то она была уверена, что Сергею сейчас ничего не грозит, настолько он казался ей смертоносным.
Как только он освободился от пут и поднялся, разбрёдшиеся по поляне шаманы тут же обратили на него внимание. Четверо сидевших возле юрты в неторопливой беседе, все, как один, обернулись в его сторону и вскочили на ноги. Двое, что рубили дрова, не раздумывая ни мгновения, метнулись к алтарю. И только Призыватель, как ни причём, продолжил молитву.
Сергей направил жезл параллельно руке на бегущих. Через пару секунд Света почувствовала, как сквозь руку "вытек" большой сгусток холода, а один из дровосеков резко рухнул вниз, распластавшись лицом вниз. Через несколько секунд следом упал и второй.
От юрты отделилось ещё двое, на ходу вынимающих поясные кинжалы в локоть. Но и они, один за другим, валились кулями наземь.
Оставшиеся двое, пока их братья погибали, бросились к ружьям, прислонённым к юрте, в надежде вырубить Сергея с дальнего расстояния. Но и они не успели ничего предпринять. Всё закончилось, не успев и начаться, в считанные минуты.
Сергей обернулся к берёзе и скользнул к "алькову" с сидящим в нём на коленях Призывателем. Тот находился в глубоком трансе, бормоча что-то, раскачиваясь как маятник взад-вперёд и постукивая тихонько колотушкой в бубен. Сергей повращал своим жезлом, резко останавливая его в одному ему известных точках ритуальной фигуры, а затем, опустив его, расслабленно вернулся к девушке.
— Сейчас я развяжу тебя, — произнёс он, с болью глядя на её потёртые запястья. — Прости, что допустил подобное. Я никак не ожидал, что тут есть поклонники древнего кровавого культа.
Он опустился перед ней на корточки и отложил жезл в сторону. Вынув кляп, он осторожно распутал сначала одну, а затем и другую руку, после чего занялся ногами.
— А что с Верховным? — кровожадно уточнила Поплавская, поднимаясь в сидячее положение. — Почему ты и его не убил?
— Убил? — переспросил Сергей, нахмурясь и поворачиваясь к девушке. — Ты думаешь, я убил их?
— А разве нет? — она почувствовала, как в голосе мужчины зазвенела острая сталь обиды, смешанная с разочарованием. — Я думала… просто они так резко падали…
— Вообще-то, они
