— Вы так и не сказали, чего вы хотите за эту информацию.
Долор замерла, но не обернулась. Когда она заговорила, от ее голоса у всех присутствующих на теле волосы стали дыбом:
— Мне не нужно ничего. Я не продаю своего хозяина, я предаю его. Но завтра я буду там, на его стороне. Я буду убивать вас и ваших детей, а когда все закончится, я не попрошу для себя милосердия. Поймаете меня – моя жизнь в ваших руках. Но вы сначала меня поймайте, — она снова медленно двинулась к камину. – Говорю вам: готовьтесь, молитесь своим богам, скажите своему Золотому Мальчику все, что вы ему еще не сказали. Используйте все козыри, которые прячете в своем рукаве, потому что это конец, — она взяла в руки щепоть пороха и, слегка повернув голову назад, тихо закончила: — И мы все в самом его начале.
После этого она исчезла в вихре зеленого пламени, оставив за своей спиной растерянных и сбитых с толку членов Ордена Феникса.
Глава 21. До восхода солнца…
Уже в первом часу ночи Северус закрыл за собой двери своих апартаментов и какое‑то время просто стоял, привалившись спиной к двери и прикрыв глаза. Усталость неподъемным грузом повисла на плечах, все волнения и тревоги этого дня выпили последние соки из его измученного тела и изможденной души. Слегка повернув голову в сторону, он бросил взгляд на свое отражение в зеркале. Мантия стала еще свободней, лицо осунулось, морщины стали заметней. Если бы Снейп сам не знал, что ему только сорок, он дал бы себе все пятьдесят… девять. С половиной. Правда волосы остаются все такими же черными, седина еще и не думала их касаться. Что ж, завтра у него есть все шансы поседеть.
Или избежать седины навсегда.
Северус невесело усмехнулся и, оттолкнувшись от двери, медленно побрел в личную лабораторию, на ходу снимая мантию и бросая ее в кресло, встретившееся по пути. Ему нужно какое‑нибудь зелье. Что‑нибудь тонизирующее, но не сильно, а то не сможет заснуть. Что‑нибудь, что позволит ему еще пару часов трезво размышлять. Другого времени на это до восхода солнца ему не представится.
Маленькая бутылочка с зельем изумрудно–зеленого цвета, легким цитрусовым привкусом и мятным ароматом успокоила начинающуюся мигрень, расслабила сведенные усталостью мышцы и разогнала туман в голове. Теперь он мог перебрать в памяти события этого чертовски длинного дня.
Когда Долор исчезла в пламени, первые несколько секунд никто не шевелился, не говорил и, кажется, даже не дышал. А потом, как это часто бывает в подобных ситуациях, все заговорили сразу. МакГонагал утверждала, что нужно эвакуировать учеников, Люпин – что необходимо срочно связаться с Министерством и просить предоставить дополнительных авроров для защиты замка. Блэк снова и снова повторял, что нужно спрятать Гарри, а Поттер кричал, что ему надоело прятаться и что, если Волдеморт сам идет к нему, он готов к встрече с ним, а там уж будь что будет. Гермиона благоразумно напоминала, что прежде необходимо уничтожить последний хоркрукс, а сам Снейп высказывал сомнения по поводу эвакуации, на которой настаивала Минерва.
— Хватит! – в конце концов не выдержал директор. Все моментально умолкли. – Северус, ты считаешь, что этой информации можно верить?
— Я не верю никому и ничему, но я считаю, что нам следует быть готовыми. Члены Ордена, авроры – все, кого сможем найти, — должны быть здесь до восхода солнца, — отчеканил Снейп.
— Что тебе наплела твоя сумасшедшая женушка, когда вы секретничали? – агрессивно поинтересовался Сириус.
— Тебя это не касается, — огрызнулся зельевар. – Если все, что она сказала мне, — правда, то мы можем доверять ее информации.
— Альбус, нужно эвакуировать студентов, — повторила МакГонагал. – Мы не можем оставлять их в замке, где они станут легкой добычей Вы–Знаете–Кого!
— Нет, Минерва, мы не можем никого эвакуировать, — отрезал Северус.
— Это еще почему? – резко спросил Люпин тоном, которого от него никто не ожидал.
— Если мы начнем эвакуацию, Темный Лорд поймет, что мы знаем о нападении, и утроит войска. Нам не выстоять тогда ни с аврорами, ни с членами Ордена! Сейчас он думает, что замок охраняют всего несколько нарядов авроров да учителя. Он уверен, что наша основная защита – чары. Долор сказала, что он найдет способ их нейтрализовать. Зачем ему брать максимальное количество Пожирателей, великанов, оборотней, дементоров и прочих против кучки профессоров и десятка авроров?
— Интересно, а как он узнает об эвакуации, а? – с вызовом потребовал ответа Сириус. – Если ты ему не скажешь?
— Ты и правда идиот, Блэк! – сорвался Снейп. – Слизеринцы! Если мы начнем эвакуацию, если они вернутся к своим родителям–Пожирателям, те моментально доложат Лорду, что в Хогвартсе готовятся к нападению.
— Так давайте не будем эвакуировать их! – заорал взбешенный анимаг. – Давайте запрем змеенышей в подземельях, пусть сидят там тихонечко!
Снейп хотел прошипеть в ответ на это что‑нибудь едкое, начинающееся со слов: «Даже и не пытайся решать судьбу МОЕГО факультета», но его опередил Дамблдор:
— Не все слизеринцы – дети Пожирателей. Если эвакуировать студентов, то эвакуировать всех, — он встал и прошелся по кабинету. – Минерва, Ремус, Сириус, соберите всех свободных членов Ордена, которые смогут быть здесь до восхода солнца. Я свяжусь с Министерством и с авроратом. Нам нужны будут люди, много людей. Гарри, Гермиона, вы должны держать рот на замке, никто не должен знать о том, что происходит.
Поттер и Грейнджер кивнули, но при этом многозначительно переглянулись. В памяти обоих сразу всплыли две буквы: АД.
— А теперь все возвращайтесь к своим делам, — скомандовал директор. – Старайтесь вести себя как обычно.
Когда все присутствующие потянулись к выходу, Дамблдор остановил Гарри, чтобы строго сказать ему:
— Даже и не думай завтра пытаться сразиться с Волдемортом. Я позабочусь о хоркруксе, но ты еще не готов победить Тома. Предоставь все нам.
Поттер снова кивнул, но старался не смотреть в глаза директору
Несколько часов спустя Северус медленно кружил по классу, тихо шелестя мантией, следя за работой студентов–семикурсников. Он прислушивался к бурлению котлов, ловил тончайшие оттенки запахов, скользил взглядом по столам с ингредиентами – все как обычно, словно ничего не произошло этим утром. Разница была в том, что он чаще поглядывал то на Поттера, то на Гермиону, но оба гриффиндорца вели себя спокойно.
Хотя руки у мальчишки дрожали. Еще бы! Зельевар ни на секунду не сомневался, что Поттер все же попытается сразиться с Лордом. Снейп считал это глупым, но мог понять желание гриффиндорца покончить с этим противостоянием. Так или иначе… И вот теперь, бросая косые взгляды на сына Джеймса, Северус пытался придумать, как уберечь ребенка в завтрашней битве. Как ему помочь? И что будет правильней: не подпустить его к Лорду или же дать ему возможность сразиться с ним наедине? От всех этих вопросов голова шла кругом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
