хотелось спать, снова видеть эти сны он не желал. Кейлен поглубже закопался в перину, пытаясь улечься поудобнее, но всё равно продолжил ворочаться с боку на бок, опять и опять взбивая подушку.
Стоило ему замереть, как по голове начинало бить всё нарастающее тиканье вычурных кованых часов на стене. В Прогалине часов почти не держали. Слишком дорого и трудно достать. А вот в Даракдаре часы висели в каждой комнате. И это понятно: в городе, где не светит солнце, следить за сменой дня и ночи можно только так. Однако сейчас Кейлену хотелось сорвать часы со стены и разбить их о каменный пол.
Тик-так.
Услышав, как тихонько скрипнула дверь, Кейлен открыл глаза. Перед сном он заперся на замок. Стук сердца почти заглушил тиканье часов. Меч лежал в ножнах на письменном столе, рядом с дверью.
Снова что-то скрипнуло. На этот раз – половица. Сомнений не было: кто-то проник в комнату.
Валерис спал. Только ночью они переставали чувствовать друг друга, будто царство снов давало им возможность побыть наедине с собой. Кейлен выругался про себя, стараясь шумно не дышать.
Очередной скрип. Последние сомнения рассеялись.
Подавив страх, Кейлен откинул одеяло и прыжком преодолел расстояние между кроватью и столом. Одним движением он выхватил клинок из ножен и повернулся лицом к незваному гостю.
Едва он успел различить силуэт, как нити воздуха подхватили его под мышки и швырнули в шкаф у дальней стены. Дерево затрещало и раскололось.
Кейлен потряс головой. Перед глазами всё плыло, а меч от удара выпал из рук.
Послышался короткий хрипловатый смешок. Нападавший стоял над ним, приставив клинок к груди юноши. Глаза Кейлена еще не привыкли к темноте, и он по-прежнему видел лишь смутные очертания.
– Мальчишка, – послышался низкий и грубый голос. – С ним мы сейчас быстро.
Кейлен закрыл глаза и пробудил искру. Потянув за нити огня, воздуха и духа, он сотворил балдир, яркий как солнце, насколько хватило сил. Услышав вопль боли, юноша погасил шар.
Мужчина пятился, прикрывая свободной рукой глаза.
– Ах ты ублюдок! Ты выжег мне глаза!
Валерис вскочил ему на плечо, впиваясь зубами в шею и разрывая когтями спину, и вопли оборвались. Спутанный клубок тел рухнул на кровать. В дверном проеме Кейлен заметил второго человека.
На случай, если одного убийцы не хватит.
Кейлен не раздумывал. Он увидел, как мужчина подтягивает к себе нити огня. Юноша оказался проворнее. Воспользовавшись искрой, он подхватил нитями воздуха толстую деревяшку и метнул ее прямо в сердце противника. Короткая вспышка, и тот бесшумно повалился на колени, а затем рухнул на бок. Довольное урчание давало понять, что и противник Валериса больше никого не потревожит.
Мышцы болели от перенапряжения. В панике Кейлен не уследил за потоком искры. На лбу выступила испарина. Из коридора донеслись крики и топот. Кейлен хотел побежать на шум, но вспомнил, что стоит в одном нижнем белье. Юноша наспех накинул рубашку, натянул брюки и впрыгнул в сапоги.
Выбежав из комнаты, он будто врезался в каменную стену, а когда поднял голову, то увидел, что этой стеной был Азиус. Его сопровождал Эйсон, и оба были забрызганы кровью. Чужой.
– Кто-то… – начал Кейлен, но договорить ему не дали.
– Мы знаем, – сказал Эйсон. – Они были и в наших покоях. Как-то сумели обойти стражу.
– Это…
– Да, маги. Мы знаем.
Кейлену стало надоедать, что его постоянно перебивают.
– Кейлен, послушай меня. Это Длань, имперские убийцы. Если они пришли за нами, значит, и за Советом тоже. Мы должны их спасти. Ты с Валерисом отправляйся к царице Кире. Ее покои недалеко отсюда, в западном коридоре. Увидишь: пурпурные двери с эмблемой Даракдара. А мы с Азиусом позаботимся об остальных. Встретимся снова в Ветроходе… Кейлен, если они здесь, если действуют так открыто, то, значит, делают то же самое и в Белдуаре. Я послал Олега в Гильдию ветробежцев за Фальмином. Убедись, что с царицей всё в порядке, и бегом к тоннелям.
– Я…
– Не спорь! Иди!
Кейлен и без подсказок знал, что ему делать. Он думал рявкнуть Эйсону, что пойдет туда, куда сам решит, а не куда ему скажут. Но не стал. Юноша развернулся кругом и со всех ног побежал к покоям царицы. Валерис скакал рядом. Как бы ему ни было неприятно думать об этом – и тем более признавать, – Эйсон был прав. Всё остальное может подождать.
Приближаясь к массивным двустворчатым дверям пурпурного цвета и с эмблемой Даракдара, которой были обозначены покои царицы, Кейлен потянулся за искрой. Двое гномов в тяжелых латах и плотных малиновых плащах – знак царской гвардии – неподвижно лежали на полу. Кейлен не стал осматривать их тела. Кровь на камнях была достаточно красноречива.
Протаранив двери плечом, он ворвался в покои царицы. Сплетя плотные нити воздуха, он создал порыв ветра и швырнул человека в капюшоне через всю комнату, вдребезги разбив им окно. Убийца с криком полетел в бездну снаружи.
Парировав удар второго человека, Кейлен остановился на полушаге, когда Валерис прыгнул на грудь противнику, пронзая когтями его кожаный доспех, будто мягкое масло. От воплей юношу передернуло.
Из-за безумной спешки он не заметил, что Кира стоит посреди комнаты в чем мать родила, держа в правой руке длинную узкую секиру. Даже разгоряченный схваткой, с заходящимся дыханием, он всё равно ощутил, как краснеет. Потребовалось лишнее мгновение, чтобы юноша наконец отвел взгляд.
– Сейчас не время для скромности, дралейд. – Пускай царица стояла обнаженная, едва спасшаяся от клинка убийцы, голос у нее по-прежнему был стальной.
Кейлен не смел поднять глаза. Щеки у него густо зарделись.
– Ваше величество, в городе полно убийц. Эйсон с Азиусом отправились к другим членам Совета, но мы должны отправляться в Белдуар. Королю тоже может грозить опасность. – Часть его хотела украдкой взглянуть на царицу еще раз, однако другая часть наотрез отказывалась смотреть куда-либо, кроме каменного пола. – Вам нужна помощь?
– Нет, мальчик, я сама справлюсь. Иди!
Второй раз ему повторять было не нужно. Он стрелой выбежал из покоев, так и не поднимая глаз. Негоже ему было видеть Киру в таком виде. Она ведь царица. Да не будь она даже царицей, всё равно негоже.
Так, ругая себя, Кейлен кружил по лабиринту улиц и пешеходных дорожек. Каждый второй поворот вел куда-то не туда. Казалось, он скорее умрет от старости, чем доберется до Ветрохода. Улицы пустовали, но других убийц было не видно и не слышно. Наверное, это хорошо.
– Проклятье! – выругался Кейлен, когда понял, что беготня только завела его в тупик.
– Кейлен?
Олег
