— Я хочу, чтобы к вечеру ты убрался с плантации, — сказал ему Девлин холодным и твердым, как кремень, голосом.
Джексон осторожно дотронулся до разбитых и распухших губ.
— Ты не имеешь права, — заартачился он. — Меня нанял мистер Харли, и только он может уволить. Ты еще не хозяин здесь.
— Я не вмешиваюсь в дела Дэниэла и не выгоняю тебя со службы… — резонно произнес Джереми, — я просто говорю, что если еще раз поймаю тебя на этой плантации, то переломаю пополам.
Надсмотрщик метнул на него бессильный и ненавидящий взгляд и заковылял по дорожке, чтобы подобрать свой скрученный хлыст, свалившийся с плеча во время драки. На какое-то мгновение Мередит испугалась, что он ударит им Девлина. Ее муж тоже напрягся, стиснув кулаки и сверкнув глазами. Ей даже показалось, Джереми надеется, что Джексон именно так и поступит. Однако тот только перебросил плеть через плечо и захромал в сторону своей хижины. Мередит не сомневалась, что с наступлением ночи он исчезнет.
— Что все это значит? — Девлин повернулся к ней. — Как этот идиот посмел тронуть тебя?
— Отвергнутый поклонник, — усмехнувшись, ответила Мередит, стараясь хоть как-то разрядить грозу.
— Что? Ты хочешь сказать, он действительно имел наглость верить, что ты выйдешь за него?
С ее губ сорвался нервный смешок.
— Ну, Джексон ужаснулся: как это я вышла замуж за тебя, а не за него… Он считал, надсмотрщик — лучшая партия, чем наемный слуга.
Девлин слабо рассмеялся, покачав головой.
— Ах, Мередит, Мередит, видишь, какой роковой женщиной ты стала… Заставляешь мужчин рычать и грызться из-за себя.
— Господи, Джереми, ты говоришь это так, будто две собаки подрались из-за кости.
Он рассмеялся.
— А что? Какое-то сходство есть.
— Выходит, я кость? Не очень-то лестное сравнение.
— Мередит!
Их пикировку неожиданно прервал настоятельный крик Лидии. Повернувшись, они увидели ее бегущей через сад с приподнятыми почти до колен юбками.
— Мередит! Идем скорее!
— О, Боже! — На мгновение она застыла, рука метнулась к горлу. — Дэниэл!..
Девлин стиснул ее плечи и подтолкнул вперед.
— Иди! Я отведу лошадь на место и сразу же вернусь.
Это вывело Мередит из оцепенения, и она бросилась навстречу Лидии, лицо которой казалось мертвенно-бледным, несмотря на быстрый бег. Она слепо потянулась за руками Мередит, ничего не видя из-за застилающих глаза слез.
— Дэниэл… он…
— Он умер?
Чандлер покачала головой.
— Нет… но он дышит так странно… Пожалуйста, сделай что-нибудь.
Они побежали в дом, в комнату Харли, в испуге продолжая держаться за руки, словно две школьницы.
В спальне царил сумрак, портьеры закрыты; стоял сильный зловонный запах давно застоявшейся болезни.
— Открой шторы, ничего не видно.
— Это Дэниэл просил меня закрыть их. Ему не нравится свет.
— О! — Мередит взяла свечу и наклонилась над постелью, чтобы увидеть лицо отчима.
Оно выглядело болезненно-желтым и вялым, глаза закрыты. Казалось, он спал, но пальцы конвульсивно сжимали край одеяла. Дыхание прямо-таки клокотало в горле и груди, но, ПОХОЖЕ Дэниэл не мог откашляться. «Он словно тонет», подумала Мередит. Она позвонила, вызывая Джозефа, лакея Харли, и как только слуга вошел, приказала ему повернуть отчима на бок. Они взбили подушки у него за спиной, чтобы он не заваливался. За это время Дэниэлу, кажется, стало немного легче дышать.
Мередит присела у кровати, ее глаза не могли оторваться от созерцания пальцев Харли, беспрерывно комкающих одеяло. Она знакома с болезнью и смертью, видела, как умирали ее мать и несколько рабов, которых ей не удалось спасти. Самое ужасное, что Мередит присутствовала при уходе в мир иной множества детей, пораженных или корью, или скарлатиной, или дифтерией. Она замечала этот жест много раз раньше: беспокойное, бесцельное движение рук и пальцев — и…
Мередит стиснула руки на коленях и уставилась на них сквозь пелену слез. Она уже несколько недель знала, что это случится, но как-то старалась не думать о столь трагическом событии. Они с Лидией ухаживали за Дэниэлом, облегчали боль, но от смерти нет медицинских средств, нет никаких лекарств. Все знали об этом. И тем не менее, Мередит надеялась и отказывалась принять даже мысль о смерти. Теперь же придется.
Но в эту ночь Дэниэл выкарабкался. Он упрямо цеплялся за жизнь еще два дня. Клокотание в груди становилось все сильнее и сильнее. Уже не помогала никакая смена положения тела. Время от времени Харли приходил в себя, но лихорадка Усиливалась, и скоро слова превратились в бессмысленную беседу с людьми из прошлого. Мередит пыталась отвечать ему, если знала, о чем идет Речь. Часто Дэниэлу казалось, что она — это ее мать, Анна; потом он несколько раз назвал ее мамой.
Они с Лидией оставались рядом с ним, дежуря по очереди. Джереми находился рядом с женой при любой возможности, хотя дела плантации часто отвлекали его.
Наступила полночь. Мередит сидела у кровати больного, когда его дыхание резко изменилось. Дэниэл сделал странный глубокий вдох, затем долгий судорожный выдох. Мередит, полудремавшая в кресле, подскочила.
— Лидия! — резко позвала она. Ей уже приходилось ранее слышать подобный звук.
Чандлер инстинктивно соскочила с кровати, поставленной специально для них в комнате Харли, и подбежала к Мередит раньше, чем успела проснуться.
— Что? Что такое?
— Мне кажется… Я боюсь… — она запнулась, не в силах закончить фразу, но Лидия все поняла. Она сжала руку Мередит, такую же холодную, как и у нее.
Дыхание Дэниэла замедлилось и стало почти неслышным. Мередит потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что произошло, прежде чем оно совсем прекратилось. Она закрыла глаза, словно отгораживаясь от потока слез.
— Он ушел…
Лидия разрыдалась, опустившись на колени перед кроватью и положив голову на одеяло. Ее руки обняли Дэниэла, и она заплакала так, словно ее сердце разрывали на части. Мередит положила ладонь ей на затылок, зная, что Лидию ничем не утешишь. Она погладила голову женщины и тихо вышла, оставив Чандлер наедине с мужчиной, который делил с ней свою жизнь и состояние.
Мередит медленно направилась в свою комнату. Она не могла ня о чем думать, хотя понимала, что нужно сделать очень многое. Дэниэла необходимо одеть, потом появятся соболезнующие визитеры и… Но ведь можно все это предоставить Джереми. Он сильный и справится со всеми этими хлопотами.
Она открыла и вошла в спальню. Девлин мгновенно проснулся.
— Мередит? — Да?
Он повернулся на бок, протянул руки, чтобы обнять ее. Когда она вяло уклонилась от его объятий, Джереми соскочил с кровати.
