Дин, отправляясь туда без какой-либо помощи извне? Делал это в одиночку, или нет? Он был умным человеком, у которого под рукой был список ресурсов, хотя он и не был членом Сов. Однако он был полностью осведомлен о нас и имел свои собственные контакты. Они с моим отцом были близки.
— Нам всем нужно сосредоточиться, — пропищал Дориан и раздал приказы: — Старейшины, перезагрузите системы. Томас, нам нужно, чтобы ты проверил каждое место и точно определил его для нас, составив чертежи работ, чтобы мы могли войти и вывести этих людей. Команда Омега и Бета, вооружайтесь, для готовности выступить.
Не споря, я поднялся со своего места и направился к Холлису и Престону, улучив момент, когда мы обняли друг друга за плечи в молчаливом утешении. Приглушенное подтверждение и клятва пробежали по всем нам; мы найдем ее, чего бы это ни стоило.
Глава 34
Милла
15 ЛЕТ
Мои руки вцепились в туалетный столик, когда я уставилась на тест на беременность. Две полоски. Положительный результат.
Я повернулась, склонив голову над унитазом, и меня вырвало тем небольшим количеством пищи, которое было в моем организме. Закрыв крышку, я покраснела, вытерла рот рукой и заставила себя посмотреть в зеркало, заметив покраснение там, где я безостановочно плакала.
Этого не могло быть.
Я опустилась на крышку унитаза, обхватив голову руками и раскачиваясь взад-вперед. Ненастоящее. Это сон. Нет, это было очень реально.
Мне было всего пятнадцать. До моего шестнадцатилетия оставалось всего два месяца. Все планы на будущее, казалось, рассеялись и беспорядочно засели в моей голове. Я не могла быть мамой.
Я, спотыкаясь, вышла из ванной комнаты и вернулась в свою спальню. Я убедилась, что спрятала тест так, чтобы его не видели ни моя семья, ни кто-либо из уборщиц. Папа сел в изножье моей кровати, на его лице отразилось беспокойство.
— Ты заболела? Я услышал тебя, — спросил он.
Я запаниковала, просто кивнула головой, не доверяя себе, чтобы заговорить. Он вздохнул, заключая меня в сокрушительные объятия, на которые я ответила взаимностью.
— Я возьму немного крекеров или чего-нибудь простого, чтобы успокоить твой желудок. Ты обязательно отдохни. Я никому не позволю тебя беспокоить, чтобы ты могла прийти в себя.
Это то, во что он верил. И все же был один человек, который мог побеспокоить меня, не задумываясь и не заботясь.
В течение двух дней мне удавалось отмахиваться от беспокойств мамы и Делейни, заявляя, что у меня болезнь, и папа поддерживал меня. Но я устала отсиживаться в своей комнате и прятаться где попало.
На третий день на моем телефоне ждало сообщение. Я моргнула, не желая отвечать на него, но знала, что игнорировать его было бы неправильным шагом.
Он: Домик у бассейна. Сейчас.
Воспользовавшись входом, невидимая для моей семьи, я спустилась по лестнице, направляясь в домик у бассейна. Он стоял там, скрестив руки на груди, с выжидающим выражением на лице. Я знала, чего он хотел, но не могла дать ему это прямо сейчас. Не то чтобы я все равно давала… скорее, он брал, а я неохотно участвовала.
— Я беременна, — выпалила я, отодвигаясь от него подальше. Он шагнул ко мне.
— Это заняло больше времени, чем ожидалось, — сказал он, его голубые глаза горели торжеством.
Я отшатнулась и упала на диван.
— Ты не можешь быть серьезным, — выдавила я, морщась от боли от ногтей, впившихся в ладони.
— Я серьезен, — его тон соответствовал словам.
— Ты намеренно испортил мои противозачаточные? — мой голос сорвался от паники.
Шок и ощущение предательства распространились по всему телу. Кем был этот мальчик, который когда-то был одним из моих лучших друзей? Разве того, что он уже отнял у меня, было недостаточно?
Он уперся руками в спинку дивана, когда навис надо мной, заставляя меня отпрянуть и посмотреть вверх, на него. Доминирующая позиция.
— О ангел, я действительно это сделал, — его голос был мягкой лаской, все волоски на моем теле встали дыбом, предупреждая. — Мне нравится собирать твои первые фотографии. Я буду единственным, кто их заберет.
Я покачала головой, отказываясь производить на свет невинного младенца, который однажды узнал бы, как был зачат. Изнасилованием. Сексуальным принуждением. Угрозами. Я бы этого не сделала. Ни за что.
— Да, конечно, — объявил он, когда мои глаза распахнулись, не осознавая, что я их закрыла. — Ты не должна позволять произносить свои мысли вслух. Ты оставишь этого ребенка, если он будет нежизнеспособен, мы попробуем снова, — его губы приблизились к моему уху. — Я и ты, превратившиеся в другого человека. Часть каждого из нас, хм… ты думаешь, этого можно избежать. Неужели ты до сих пор ничему не научилась? Ты. Моя, — его рука опустилась на мой плоский живот. — И этот ребенок тоже будет моим.
Я вспомнила, как в первый раз, когда он навязался мне, пришел врач, всучил мне утреннюю таблетку и прописал постоянный прием противозачаточных средств, ежедневную дозу для защиты от ошибок, нисколько не беспокоясь о ситуации.
После этого я пошла к своему собственному врачу и выбросил упаковку, которую он мне дал, не доверяя лекарству. Мама приняла меня, когда я попросила противозачаточные, не моргнув глазом в знак беспокойства или вопроса, почему я спрашивала. Без сомнения, она была слишком поглощена каким-то тематическим светским мероприятием, которое в настоящее время устраивала. И все же ясно, что с ними все равно что-то напутали. Намеренно.
Несколько недель спустя я посетила частное учреждение вместе с Адамом, где меня быстро просканировали и подтвердили: я была примерно на восьмой неделе беременности. До этого момента я притворялась, что это был кошмар, что я проснулась бы в любой момент, что нашла бы выход из этого запутанного бардака. Но когда я услышала биение сердца…
Я знала, что не могла сделать аборт в другом месте, о чем я искренне размышляла в предыдущие недели. Я всегда была сторонницей выбора. Женщина имела полное право выбрать лучшее для себя решение. Но он знал. Боже, он точно знал, как завлечь меня и затронуть струны
